Читаем Олимп онлайн бесплатно

– Спускайтесь на шлюпке в Атлантическую Брешь, – распорядился первичный интегратор Астиг/Че из точки выше на тридцать тысяч километров и на другой стороне Земли. – Мы изучили снимки, поспешно сделанные на последнем витке. На них видно предположительно человеческое тело на дне Бреши, примерно в тридцати двух километрах к западу от затонувшей субмарины. Немедленно летите за ним.

Я материализуюсь и понимаю, что квитировался в купальню Елены Прекрасной, в сердце дворца, который она прежде делила с Парисом, а последнее время делит с бывшим свекром, царем Приамом. У меня всего несколько минут, но я не знаю, что делать.

Я иду по комнатам и зову Елену. Служанки с рабынями поднимают визг и зовут стражу. Пожалуй, еще немного – и мне придется уносить ноги, чтобы не кончить жизнь на острие троянского копья. Тут в одной из комнат я вижу знакомое лицо. Это Гипсипила, рабыня с острова Лесбос, которую Андромаха когда-то приставила к безумной Кассандре. Гипсипила может знать, где Елена, поскольку Елена с Андромахой последнее время очень близки. По крайней мере, эта рабыня не убегает и не кличет стражников.

– Ты знаешь, где Елена? – спрашиваю я, шагая навстречу.

Лицо кряжистой бабы бесстрастно, как тыква.

Вместо ответа Гипсипила с размаху бьет меня ногой в пах. Я зависаю в воздухе, хватаюсь за больное место, падаю и принимаюсь с криками кататься от боли.

Она прицеливается мне ногой в голову, я пытаюсь увернуться, и удар приходится мне в плечо. Я откатываюсь в угол, не в силах даже пискнуть. Левая рука онемела до кончиков пальцев.

Я кое-как поднимаюсь на ноги, но не могу разогнуться. Великанша приближается. По виду, намерения у нее самые серьезные.

Квитируйся, идиот! – мысленно кричу я себе.

Куда?

Куда угодно!

Гипсипила хватает меня за ворот, разрывает тунику и нацеливает кулак мне в лицо. Я закрываюсь; железный кулак едва не ломает мне лучевые и локтевые кости на обеих руках. Отлетаю к стене. Она хватает меня за грудки и бьет под дых.

Не знаю как, но в следующий миг я стою на коленях и пытаюсь одновременно защитить и живот, и яйца. В легких совсем не осталось воздуха.

Гипсипила пинает меня по ребрам, ломает по меньшей мере одно, и я валюсь на бок. Слышу, как по главной лестнице бежит стража.

«Вспомнил! При нашей последней встрече Гипсипила сопровождала Елену, и мне пришлось вырубить бабищу, чтобы похитить мою красавицу».

Рабыня поднимает меня, словно тряпичную куклу, и хлещет по лицу – сначала ладонью, потом ее тыльной стороной, потом опять ладонью. Я чувствую, как теряю зубы. Какое счастье, что я не в очках!

«Господи, Хокенберри! Только что на твоих глазах Ахиллес убил в единоборстве Зевса-Тучегонителя, а сейчас из тебя выколачивает дерьмо вшивая лесбиянка!»

Стражники врываются в комнату, выставив копья в мою сторону. Гипсипила оборачивается к ним, по-прежнему держа меня за тунику, так что носки моих сандалий беспомощно царапают пол, и подставляет меня под копья.

Я квитирую нас обоих на городскую стену.

Взрыв солнечного сияния. В нескольких ярдах от нас троянские воины отшатываются с криками. Рабыня в изумлении ослабляет хватку.

Воспользовавшись ее замешательством, я пинком сбиваю Гипсипилу с ног. Она падает на четвереньки. По-прежнему лежа на спине, подтягиваю ноги, собираюсь как пружина и сталкиваю ее со стены.

«Будешь знать, здоровая мускулистая корова, как связываться с Томасом Хокенберри, доктором филологии, специалистом по классической литературе…»

Поднимаюсь на ноги, отряхиваюсь и гляжу вниз. Здоровая мускулистая корова упала на полотняный навес рыночной палатки, прорвала его, рухнула на кучу овощей – по виду картошки – и сейчас бежит к лестнице у Скейских ворот, чтобы добраться до меня.

«Черт».

Бегу по стене к широкой смотровой площадке у храма Афины – там, как я теперь вижу, собрались члены царского семейства, в том числе Елена. Все смотрят на побережье, где бьются мои обреченные ахейцы, и никто не встает на моем пути, когда я хватаю Елену за прекрасную белую руку.

– Хок-эн-беа-уиии, – удивляется она. – Что случилось? Почему ты…

– Нужно вывести всех из города! – кричу я. – Сейчас! Немедленно!

Елена мотает головой. Стражники хватаются за мечи и копья, но Елена останавливает их движением реки.

– Хок-эн-беа-уиии… Это великолепно… Мы побеждаем… Аргивяне падают, как колосья под серпом… С минуты на минуту благородный Гектор…

– Нужно уводить людей подальше от зданий, от стен, вон из города! – ору я.

Бесполезно. Стражники окружают нас, готовые по первому приказу убить меня или утащить прочь. Мне не убедить Елену или Приама, чтобы они вовремя вывели людей из города.

Задыхаясь, слыша за спиной тяжелый топот Гипсипилы, я хриплю:

– Сирены. Где воздушные сирены моравеков?

– Сирены? – спрашивает Елена. Теперь лицо у нее озабоченное, словно я обезумел и меня срочно нужно скрутить.

– Сирены воздушной тревоги. Те, что выли несколько месяцев назад, когда боги атаковали с воздуха. Где моравеки… механические люди… оставили свою аппаратуру для воздушной тревоги?

– Ах это. В преддверии храма Аполлона, но, Хок-эн-беа-уиии, почему ты…