Читаем Олимп онлайн бесплатно

Просперо выглядел гораздо более материальным, чем Харман помнил его по встрече на э-кольце несколько месяцев назад. Морщинистая кожа не просвечивала, как у голограммы. Голубая мантия из шелка и тонкой шерсти, расшитая золотыми планетами, серыми кометами и горящими алыми звездами, висела теперь тяжелыми складками и волочилась по турецкому ковру. Харман видел длинные серебристо-белые пряди за острыми ушами, старческие пятна на лбу и руках, желтизну ногтей. Он отметил видимую увесистость резного жезла в правой руке Просперо и то, как шаркали по полу и ковру синие домашние туфли.

– Отправь меня домой, – потребовал Харман, надвигаясь на старика. – Сейчас же!

– Терпение, терпение, человек по имени Харман, друг Никого. – Маг чуть улыбнулся, показав желтоватые зубы.

– К черту терпение! – рявкнул Харман.

Только теперь он почувствовал всю силу собственной ярости. Как они смели похитить его, разлучить с Ардисом, с Адой, будущим ребенком! Ариэль наверняка действовал по приказу этого шаркающего старика в голубой мантии. Харман сделал еще шаг к Просперо, ухватил того за развевающийся рукав…

И отлетел на восемь футов с ковра на полированный пол, где и остался лежать на спине, моргая, чтобы прогнать оранжевые круги перед глазами.

– Я никому не позволю меня касаться, – вполголоса произнес маг. – Не вынуждай меня пускать в ход старческую клюку. – И он чуть оторвал от пола тяжелый посох.

Харман встал на одно колено:

– Отправь меня обратно. Прошу тебя. Я не могу оставить Аду в такое время.

– Ты уже избрал сей путь, разве нет? Никто не заставлял тебя везти Никого в Мачу-Пикчу, но при этом никто не остановил.

– Чего ты хочешь, Просперо? – Харман встал, безуспешно пытаясь сморгнуть последние красно-оранжевые круги, и сел на ближайший деревянный стул. – Как ты пережил разрушение астероида? Я полагал, твоя голограмма заключена там вместе с Калибаном.

– Так оно и было, – ответил Просперо, расхаживая взад-вперед. – Малая часть меня по большому счету, но существенная малая часть. Вы вернули меня на Землю.

– Мы… – Харман запнулся. – Соньер, да? Ты как-то сумел загрузить голограмму в память машины?

– Да.

Харман тряхнул головой:

– Ты мог вызвать соньер на орбитальный остров в любое время.

– Ошибаешься, – ответил старик. – Машина Сейви совершает орбитальные визиты исключительно для людей, а я… не вполне вписываюсь в данную категорию.

– А как спасся Калибан? – спросил Харман. – Я точно знаю, чтоего в соньере со мной, Даэманом и Ханной не было.

Старик пожал плечами:

– Похождения Калибана – его личное дело. Негодяй мне больше не служит.

– Он вновь служит Сетебосу.

– Да.

– Но Калибан как-то выжил и возвратился на Землю после стольких веков.

– Да.

Харман провел по лицу рукой. Он внезапно понял, что смертельно устал и хочет пить.

– Деревянный шкапчик под антресолью – это нечто вроде холодильника, – сказал Просперо. – Там есть еда и… бутылки с чистой водой.

Харман резко выпрямился:

– Ты читаешь мои мысли, маг?

– Нет. Твое выражение. Нет карты более легкой для понимания, чем человеческое лицо. Иди попей. А я присяду здесь, у окна, и подожду, когда ты вернешься освеженным и готовым к беседе.

На ватных ногах Харман дошел до вместительного деревянного холодильника, потянул за бронзовую ручку и на минуту застыл, глядя на бутылки и завернутые во что-то прозрачное продукты. Затем надолго припал к воде.

Просперо восседал за столом на фоне солнечного окна. Харман вышел на середину красно-коричневого ковра:

– Зачем ты приказал Ариэлю доставить меня сюда?

– Если быть точным, я велел моему биосферному духу перенести тебя в джунгли у Кхаджурахо, поскольку в пределах двадцати километров от эйфельбана факсирование запрещено.

– Эйфельбана? – повторил Харман, продолжая потягивать ледяную воду. – Та́к вы с Ариэлем называете эту башню?

– Нет-нет, мой дорогой Харман. Так мы… или, правильнее сказать, хан Хо-Теп, поскольку именно этот джентльмен построил эйфельбан несколько тысячелетий назад, назвал систему в целом. Это лишь одна… постой-ка, дай припомнить… из четырнадцати тысяч восьмисот точно таких же башен.

– Зачем столько?

– Так захотелось хану, – ответил маг. – И ровно столько Эйфелевых башен потребовалось, чтобы соединить восточное побережье Китая с Атлантической Брешью на берегу Испании. Считая магистрали, тупики и боковые ветки.

Харман решительно не понимал, о чем старик говорит.

– Эйфельбан – это какая-то транспортная система?

– Твой шанс для разнообразия прокатиться с комфортом, – ответил Просперо. – Я бы даже сказал,наш с тобой шанс, ибо небольшую часть пути мы проделаем вместе.

– Никуда я с тобой не поеду, пока…

Харман осекся, выронил бутылку и двумя руками вцепился в стол.

Вся двухэтажная платформа на вершине накренилась. Послышался лязг и ужасающий скрежет, конструкция вздрогнула и накренилась еще сильнее.

– Башня падает! – заорал Харман.

За стеклышками в прихотливых железных переплетах зеленый горизонт наклонился, закачался, наклонился снова.

– Ничего подобного, – спокойно возразил Просперо.