Читаем Одержимость. Тьма онлайн бесплатно
С момента нашего долгого, выворачивающего душу наизнанку разговора в стерильной тишине палаты прошло двое суток. Мой психотерапевт, Ирина Сергеевна, после внепланового осмотра и тщательного изучения последних анализов, наконец, дала добро на выписку. Мы достигли компромисса: я продолжу сеансы, но исключительно в онлайн-формате. Мысль о том, чтобы снова добровольно переступить порог любого казенного учреждения, вызывала у меня приступ удушья.
В день выписки Лёха приехал за мной рано утром. Я ждала его, неподвижно сидя на идеально заправленной кровати, сжимая в руках крошечную сумку. В ней уместились немногие вещи, купленные им через службу доставки. Мои старые, пропитанные страхом и грязью джинсы и растянутое худи, в которых я когда-то бежала из приюта навстречу «свободе», исчезли навсегда — Лёха лично распорядился их утилизировать. На мне была новая, неприлично мягкая одежда из качественного трикотажа, но даже она казалась мне чужой, колючей и неестественной, словно театральный костюм.
Мы вышли из госпиталя под слепящие, безжалостные лучи январского солнца. Снег искрился так ярко, что резало глаза. Машина Лёхи замерла прямо у крыльца, работая на холостых оборотах. Я молча скользнула на пассажирское сиденье, чувствуя, как сердце в груди снова начинает отстукивать свой рваный, тревожный ритм. Мы ехали долго, петляя по заснеженным артериям города, но это был не тот старый, до боли знакомый мне район. Мы въехали в совершенно новый квартал в самом центре — царство стекла, бетона и панорамных видов. Закрытая территория, вежливая охрана у шлагбаума, камеры на каждом столбе.
— Что случилось со старым домом, Лёха? — наконец не выдержала я, глядя, как тяжелый Mercedes плавно ныряет в чрево подземного паркинга.
— Продал, — коротко бросил он, не отрывая сосредоточенного взгляда от разметки. — Не место там... для новой жизни. Слишком много призраков в углах попряталось. Купил квартиру здесь. Всё новое, с нуля. Ни одна живая душа, кроме Валета, не знает этот адрес.
Он заглушил мотор, и в салоне повисла плотная тишина. Лёха повернулся ко мне, одарив своим тяжелым, пронзительным, но теперь каким-то странно-заботливым взглядом, от которого по коже пробежала волна тепла.
— Пойдем, кошка. Пора домой. В настоящий дом.
Я покорно вышла, чувствуя себя тенью за его широкой спиной. Скоростной лифт почти бесшумно поднял нас на один из последних этажей. Квартира оказалась огромной, залитой светом и пугающе безупречной. В ней пахло дорогим деревом, свежей краской и чем-то неуловимо нежным — кажется, он специально зажег ароматические свечи перед моим приездом. Светлый паркет, панорамные окна во всю стену, за которыми расстилался город, начинающий зажигаться вечерними огнями... Здесь не было ни единого напоминания о той прежней, зловещей жизни.
— Твоя комната, — Лёха толкнул тяжелую дверь в конце длинного коридора.
Я замерла на пороге, боясь разрушить эту картинку. Спальня была окутана мягким, теплым сиянием скрытой подсветки. Она была безупречно чистой, уютной и какой-то пронзительно девичьей, чего у меня не было никогда в жизни. Светло-бежевые стены, пушистый ковер, в котором тонули ступни, огромная кровать с облаком серых подушек. В углу — живое дерево бонсай в кадке, на тумбочках — лампы с мягким абажуром. Низкий столик с сухоцветами и даже небольшой электрокамин, в котором плясало искусственное пламя. Это было спасение. Но я стояла и не решалась войти, чувствуя, как в горле вскипает немая, удушающая паника от осознания того, что я этого не заслуживаю.
— А твоя? Где будешь ты? — прошептала я, оборачиваясь к нему.
Он молча открыл соседнюю дверь. Его комната была абсолютным антиподом моей. Мрачная, брутальная, в темных тонах голого бетона и матового металла. Лампы Эдисона на длинных проводах, низкая кровать на деревянном подиуме с холодной подсветкой. Над изголовьем — огромное темное полотно с изображением ночного леса. Опасная, хищная комната. Идеальное логово зверя, который научился прятать свои клыки.
— Иди, Тась. Прими горячий душ, выдохни, — Лёха небрежно бросил связку ключей на комод. — Я заказал ужин из ресторана, привезут через час. Ванная полностью в твоем распоряжении.
Ванная комната оказалась оазисом из травертина и стекла. Я заперла дверь на все существующие засовы, содрала с себя новую одежду и шагнула под обжигающие струи воды. Я мылась долго, исступленно, терла кожу жесткой мочалкой до тех пор, пока она не стала пунцово-красной. Мне хотелось содрать этот слой кожи, смыть само воспоминание о прикосновениях Яна. Я видела в зеркале свои ключицы, свои бедра и чувствовала... тотальное осквернение. Ян растоптал моё тело, а Лёха... Лёха видел меня в той ванной. Сломленную, использованную, грязную. И от этого понимания мне было до судорог стыдно. Я считала себя «бракованным товаром», который он почему-то решил оставить себе.
