Читаем Одержимость. Тьма онлайн бесплатно
Двор детдома был залит неверным, дрожащим светом редких фонарей и разрезан холодными лучами фар тех самых внедорожников, которые всё еще стояли в центре. Музыка из зала здесь превращалась в низкий, утробный гул, похожий на стон раненого зверя. Я почти пересекла открытое пространство, стремясь скрыться в спасительной тени перехода между корпусами, как вдруг воздух за моей спиной странно шелохнулся. Инстинкт самосохранения, вскормленный годами жизни на улице, заорал внутри благим матом, но было поздно.
Я не успела даже обернуться.
Сильная, огромная рука в грубой кожаной перчатке намертво, до хруста челюсти, зажала мне рот, обрывая едва зародившийся крик в самой гортани. Вторая рука обхватила меня поперек груди, намертво прижимая к чужому, жесткому и пахнущему дешевым табаком телу. Меня буквально оторвали от земли, лишая опоры.
Похититель был намного выше меня, широкоплечий и крепкий, но я сразу поняла — это не Лёха и не Ян. Тот двигался как скала, а этот действовал резче, суетливее, с какой-то подлой поспешностью. Но сил ему было не занимать. Я отчаянно забилась в его хватке, пытаясь достать его каблуком по голени, кусая кожу перчатки, закрывавшей мне рот, и царапая руки.
— Тихо ты, кошка драная, не дергайся, хуже будет, — прохрипел он над моим самым ухом. Голос был абсолютно незнакомый — холодный, надтреснутый и напрочь лишенный эмоций.
Меня потащили к одной из машин, стоявшей в густой тени старой, раскидистой липы. Я брыкалась, стараясь создать как можно больше шума, надеясь, что кто-то из ребят выйдет покурить на крыльцо. Но музыка в зале гремела слишком неистово, поглощая любые звуки борьбы.
Мы оказались у распахнутой задней двери внедорожника. Парень на долю секунды ослабил хватку, чтобы дотянуться до ручки, и я, собрав все силы, рванулась вперед, почти вырвавшись из его железных тисков.
— Ах ты ж сучка... — рыкнул он, теряя терпение.
В следующую секунду мой мир взорвался мириадами ослепительных искр. Резкий, профессионально поставленный удар в челюсть отправил меня в глубокую, вязкую и беспросветную темноту. Мои колени подогнулись, сознание мгновенно погасло, и последнее, что я почувствовала — это как моё обмякшее тело грубо зашвыривают на холодное кожаное сиденье автомобиля, и тяжелый запах дорогого салона поглощает меня целиком.
Таисия Картамазова
Сознание возвращалось рывками, сквозь плотный, липкий туман, который, казалось, заполнил не только комнату, но и мои легкие. Каждый вдох давался с неимоверным трудом, словно воздух превратился в густой, кипящий кисель, обжигающий гортань. В голове стоял низкий, гудящий шум, похожий на звук далекого роя пчел, и этот звук постепенно перерастал в невыносимый звон. Первое, что я почувствовала — обжигающий, потусторонний холод металла, впившийся в запястья. Звук сухого, механического щелчка наручников о металлическое изголовье кровати отозвался в моем черепе колокольным набатом, дробя остатки мыслей на острые, кровоточащие осколки.
Я попыталась пошевелиться, но тело было чужим, словно взятым напрокат. Оно не слушалось, оно предательски обмякло, превратившись в вату, набитую расплавленным свинцом. В глазах двоилось, мир плыл и переливался ядовитыми цветами. Тяжелые бордовые шторы на окнах то расплывались огромными кровавыми пятнами, то превращались в танцующих, уродливых теней, которые тянули ко мне свои длинные, костлявые пальцы. Воздух в комнате казался слишком сладким, приторным, до тошноты насыщенным ароматом каких-то дешевых благовоний и тяжелого, чужого пота. Сердце колотилось в каком-то неистовом, рваном ритме, ударяясь о ребра, а по венам, выжигая всё живое, разливался странный, пугающий жар, заставляя каждую клетку кожи гореть.
«Мне что-то вкололи... Это не просто так...» Эта мысль пронеслась на самых задворках сознания, вспыхнула слабой искрой и тут же утонула в новой волне вязкой, парализующей слабости. Галлюцинации накатывали одна за другой, стирая грани реальности. Стены комнаты то сжимались, грозя раздавить меня своим весом, то вдруг расширялись до размеров бесконечного, ледяного ангара, где я была крошечной песчинкой. Золоченая рама огромного зеркала напротив начала медленно плавиться, стекая на ковер тягучими золотистыми слезами, которые превращались в змей, шипящих и извивающихся у подножия кровати.
— Ян… — мой голос прозвучал как надтреснутый, едва слышный шепот. — Ян, ты здесь? Пожалуйста... спаси меня...
Среди густых теней в углу, где свет тусклой люстры не доставал до пола, отделился силуэт. Медленно, пугающе плавно, словно хищник, абсолютно уверенный в своей безнаказанности, он подошел к кровати. Я зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли красные круги, отчаянно надеясь, что это морок, порожденный химией в моей крови. Но когда я открыла глаза, двоящееся изображение наконец сфокусировалось на одном лице.
Ян.
