Читаем Одержимость онлайн бесплатно
— Дойду, не ворчи, мамочка номер два, — Инга пригубила стакан воды и мечтательно уставилась в окно. — Ты просто их не видела, Лер. Это совсем другой мир. Настоящий мир, понимаешь? Где люди не боятся жить.
Я посмотрела на её счастливое лицо и почему-то подумала, что этот «настоящий мир» может очень быстро раздавить такую хрупкую и восторженную девочку, как моя сестра.
Закупки в супермаркете были похожи на набег саранчи. Мы ввалились туда вшестером, гремя тяжелыми подошвами по чистому кафелю, и я кожей чувствовал, как напряглись охранники, поправляя рации, и как испуганно притихли мамаши с тележками, прижимая к себе детей. Мы были инородным телом в этом стерильном раю потребления. Сизый, не глядя на ценники, скидывал в корзину упаковки дешевого мяса в липком маринаде, Валет тащил сразу три ящика водки, задевая углами стеллажи, а пацаны сгребали чипсы и сухарики целыми охапками, будто готовились к долгой осаде.
— Слышь, Тём, может, вина взять? — Денис замер у стеллажа с элитным алкоголем. В своей чистой рубашке он выглядел среди нас как приблудный пес, зашедший в мясную лавку. — Ну, девчонки же будут… Инга там, сестра её… Не водку же им хлестать.
— Вина? — Сизый заржал на весь зал, выставляя вперед обтянутое майкой пузо. Голос у него был как у треснувшего колокола. — Хлын, ты чё, в сомелье записался? На даче у меня из посуды только граненые стаканы и погрызенный пластик. Твоя «принцесса» либо пьет со всеми на равных, либо хлебает техническую воду из колодца. Понял?
Я молча прошел мимо, сгребая с полки пару бутылок коньяка покрепче — того, что обжигает горло до самых кишок. Мне было плевать, что они будут пить. Внутри снова зудело то самое предвкушение, которое бывает перед хорошей дракой или крупным делом, когда воздух становится плотным, как кисель.
На даче у Сизого жизнь закипела уже к пяти часам. Это место сложно было назвать «дачей» в привычном смысле — скорее, это был памятник заброшенным амбициям. Покосившийся забор, заросший колючим бурьяном участок и массивный кирпичный дом, который когда-то пытались достроить, но бросили на полпути. Идеальное место для того, чтобы творить любую херню: соседей в радиусе километра нет, зато звукоизоляция у недостроенных стен такая, что хоть из пулемета поливай — никто не почешется.
Музыка орала так, что старые рамы в окнах мелко дрожали, выбивая пыль из подоконников. Из колонок, выставленных прямо на веранду, надрывался агрессивный фонк, перемежаясь с тяжелым, хриплым рэпом. Басы били в грудину, задавая ритм этому хаосу и заставляя кровь пульсировать в висках.
На веранде Галя в коротком халатике, наброшенном прямо на купальник, кромсала овощи. Вокруг нее суетились Сонька и мелкая Ирка, чьи голоса тонули в грохоте колонок. Они громко ржали, обсуждая чей-то вчерашний залет, и то и дело прикладывались к стаканам с мутной жижей.
— Тём, ну глянь! — Галя подскочила ко мне, обдав запахом дешевых духов и перегара. — Мы тут стол накрыли, а пацаны уже половину нарезки сожрали. Скажи им, а то я за себя не ручаюсь, пырну кого-нибудь этим ножом!
— Остынь, Галя, — я даже не посмотрел на неё, проходя мимо с охапкой дров. — Пожрут и еще купят. Накрывай давай, скоро гости будут.
В глубине двора, в тени старой, скрюченной яблони, Валет и еще пара парней уже вовсю «отдыхали». Из-за густых кустов малины доносились визги Ирки и пьяный, утробный хохот. Кто-то уже уединился в доме, с грохотом захлопнув дверь в одну из пустых комнат. Остальные сидели на кортах у мангала, ловко открывая пиво зубами и сплевывая шелуху от семечек прямо в высокую траву.
— Картамаз, угли подошли! — крикнул Костыль, который сегодня приперся со своими ребятами — мутными типами в спортивках. — Давай, шамань своё мясо. У тебя это лучше всех выходит.
Я скинул куртку, оставаясь в одной черной майке, и подошел к мангалу. Жар от углей сразу лизнул лицо, выбивая соленый пот на лбу. Я любил этот процесс. В огне было что-то честное, первобытное. Ты либо умеешь с ним обращаться и получаешь результат, либо сгораешь к чертям вместе с мясом.
Денис крутился рядом, постоянно поправляя воротник своей накрахмаленной рубашки. Он выглядел здесь лишним элементом, как белая ворона, случайно приземлившаяся на свалке. Его взгляд метался от пьяного Валета к грязным стаканам на столе.
— Тём, я это… поеду за ними? — он заглянул мне в глаза, ища хоть каплю одобрения. — Инга написала, они готовы. Сестра её тоже собралась.
— Езжай, — я поворошил угли кочергой, высекая сноп оранжевых искр, которые тут же гасли в сумерках. — Только не вздумай их по дороге потерять. Нам тут скучно без «культурной программы».
— Я с ним рвану, — подал голос Валет, выходя из-за угла дома и на ходу застегивая ширинку. Лицо у него было лоснящееся, сытое и довольное. — А то Хлын наш по дороге от избытка нежности сознание потеряет. Присмотрю, чтоб довез в целости и сохранности.
— Вали, — я коротко кивнул. — И скажи Хлыну, чтоб бабу свою сразу к общему столу вел. Никаких «посидим в сторонке под луной». Здесь общая территория.
