Читаем ( Бес ) Предел онлайн бесплатно

Смотрю на мелькающие огни проезжающих машин и не понимаю, на кой черт сюда приперся. Голова трещит так, что хочется наглотаться какой-нибудь сильнодействующей дряни, а потом заснуть. Вот только есть проблема-даже если я впихну в себя летальную дозу снотворного, все равно не вырублюсь. Черт, как же я хочу уснуть без задних ног, как в детстве. А потом мать будет теребить меня, что пора в школу. Я покиваю, даже встану с закрытыми глазами, она уйдет на работу, а я вновь юркну под одеяло и просплю до обеда, прогуляв занятия. Только вот ни школы, ни мамы, ни детства уже давным-давно нет. Единственный способ уснуть-это, разве что, отрубить себе башку, но беда в том, что на это я пока не согласен. Открываю бардачок и нехотя, но все же беру блистер с каким-то завалявшимся обезболивающим. Только покрутив упаковку, понимаю, что не стану это пить. Надо перетерпеть, ведь организм привыкает к химии. Как только эта мысль приходит мне в голову, я от души прыскаю смехом. Кого я обманываю, у меня просто нет воды. А разжевывать горькую дрянь и пропихивать собственной слюной? Нет уж, увольте.

Кладу упаковку в карман пальто и все же выхожу на улицу. Быстрые шаги не помогают мне ускользнуть от ноябрьского очарования, в виде продирающего до костей ледяного ветра и мерзопакостной мороси, напоминающих скорее конец света. Терпеть не могу это время. Скорее бы выпал снег, всяко лучше, чем эта вечная темень.

Как только зашел в здание и запил таблетку водой из кулера, испытал по истине облегчение, то ли от смены обстановки, то ли от того, что возможно скоро немного стихнет боль. Правда, когда прошмыгнул в закрывающуюся кабину лифта, все вернулось на круги своя, стоило узреть женщину, примкнувшую к самому углу. Все бы ничего, но исходящий от нее больничный запах, пробирающийся в каждую клеточку моего организма, напомнил мне о том, от чего мое сознание каждый вечер старается убежать. Пытаюсь не вдыхать ненавистный запах, но как назло из легких как будто выбивает весь воздух, я задыхаюсь и мое лицо, судя по отражению в зеркале, становится багряно-красным. Что думает при этом еще более скукожившаяся женщина, даже страшно представить. Створки лифта приоткрываются, и я выбегаю из кабины словно умалишенный. Хотя по сути-это недалеко от истины. Немного отдышавшись, прохожу в хорошо знакомое помещение и утыкаюсь взглядом в секретаря.

— Елена Михайловна на месте? — без предисловий начинаю я, хотя понимаю, что надо бы быть более вежливым, ведь секретарша новая.

— Да, но приемные часы уже закончены.

— Но тем не менее она здесь, значит не закончены. Не бойтесь, она меня примет.

Иду к кабинету и уже взявшись за дверную ручку, кидаю взгляд на рядом стоящего мужика лет пятидесяти, смотрящего на меня с явным недовольством.

— Вы к Елене?

— Нет, я за Еленой, — зло отвечает мужчина, обдавая меня запахом табака. Чтоб тебя!

— Хорошо, что у нас с вами разные цели, — нажимаю на ручку и захожу в помещение, громко закрыв за собой дверь.

— Часы приема зак…, - начинает Елена, завязывая шелковый шарфик на шее, но стоит ей поднять на меня взгляд, как ее руки тут же опускаются и на лице появляется натянутая улыбка. — Добрый вечер, Игорь, мне стоит раздеться?

— Безусловно. Остаться и раздеться. И я про верхнюю одежду. То, что идет после пальто, обязательно оставьте.

Обхожу Елену и на ходу снимаю свое пальто. Сажусь в кресло и прикрываю глаза. Кое-кто, судя по звукам позади меня, непозволительно долго копошится, только усиливая мою головную боль. Наконец, слышу звук ее каблуков и то, как открывается ящик.

— Б…б… — открываю глаза и наблюдаю за тем, как Елена проговаривает несколько раз букву «б», копошась в бумагах.

— Вы стали заикаться или хотите матюгнуться за поздний визит?

— Я ищу дату вашего последнего визита, Бессонов Игорь Александрович, но про второе вы тоже правы.

— Кстати, можете материться, это сближает людей.

— Да уж, куда еще больше. Мне кажется, мы с вами и так чрезмерно близки. Итак, последний визит три месяца назад, что случилось?

— Мужик в коридоре… он вам кто?

— Мой муж. Какое отношение он имеет к моему вопросу? — откидываясь на спинку кресла, безэмоционально произносит Елена.

— Кошмар, если он и правда ваш муж, — продолжаю гнуть свою линию я, понимая, что скоро выведу мою психологичку на другой уровень разговора. Наверное, за этим я и хожу к ней. — Какая у вас разница в возрасте? Двадцать или тридцать лет?

— Шестнадцать, — не скрывая улыбки, выдает она. — Это вас напрягает?

— Это вас должна напрягать такая разница в возрасте. Фактически-это путь в никуда, скоро вам захочется гульнуть, ведь вы еще молодая и эти отношения ровно, как и брак обречены.

— Ну главное, что меня все устраивает. Повторяю свой вопрос, какова цель вашего визита, Игорь?

— Я подумал, что вы должно быть потратили все деньги за наши прошлые сеансы и решил сделать доброе дело-подкинуть вам деньжат. Новый год на носу, подарки, то се, как раз купите курс омолаживающих процедур для вашего супруга. К празднику будет как новенький.

— Странно, выглядите вы крайне изможденно и плохо, но если ваш сарказм льется рекой, то силы все-таки остались.

— Я настолько плохо выгляжу? — усмехаясь произношу я.

— Плохо. Красные и стеклянные глаза, можно было бы подумать, что вы пили, но алкоголем от вас не пахнет. Значит у вас, вероятнее всего, бессонница. Вы похудели, неосознанно сжимаете висок, что скорее всего говорит о головной боли… Продолжать?

— Достаточно. Вот поэтому я сюда и пришел, — откладываю пальто в сторону, встаю с места и подхожу к панорамному окну, засовывая руки в карманы брюк. — Вы единственный человек, с которым мне нравится говорить, и несмотря на кукольную внешность, вы умны. Не теряетесь, не льстите, говорите то, что хотите. Мне это безусловно импонирует. Иногда даже давали дельные советы…

— Которыми вы все равно пренебрегли, — констатирует она, издавая негромкий стук каблуков и источая едва улавливаемый запах женских духов. Что добавляет еще один балл в копилку этой женщине, ибо я ненавижу приторные ароматы. — Как давно у вас бессонница? — еще один плюс, начинает издалека, но бьет прямо в лоб. Елена становится около окна и устремляет свой взор на мои сжавшиеся кулаки.

— Месяц… месяц назад я… я отвез Марину в больницу.

— Удивительно, что это произошло не два года назад, а только сейчас.

— Я не справлялся, — пропускаю мимо ушей ее фразу. — Точнее…, - смотрю на сжавшийся кулак и не могу произнести ни буквы, не говоря уже о слове. В голове крутится многое, а язык словно прирос к небу. — Не справилась она, — наконец выдаю я. — Я не хотел ее отдавать, но у нее начались проблемы с дыханием и врачи, которые дежурят у нас дома, настояли на больнице.

— Ну вы бы так просто не согласились на больницу, значит дела совсем плохи?

— Они сказали, что в случае необходимости реанимации, та аппаратура и те условия, которые я подготовил, могут не помочь. И я струсил…

— Игорь, вы же умный мужчина и должны понимать, что как бы вы ни пытались откладывать этот момент, Марина изначально должна была быть в больнице. И не потому что вы не можете дать ей должный уход, уж в этом вам нет равных, а потому что такие больные должны лечиться в медицинских учреждениях.

— Она не любит больницы.

— Вы сделали из своего дома больницу, и не спорьте, что это не так.

— Теперь уже нет.

— Вот поэтому вы и не спите. У вас отобрали то, чем вы фактически жили. В вашем случае забота о Марине несколько… патологична. Если хотите знать мое настоящее мнение, то все это вам должно пойти на пользу. Прекратите себя съедать угрызениями совести и чувством вины. Вам нужно начать жить по-другому. Неужели вы не понимаете, что постоянные думы о Марине вас разрушают? Попробуйте встречаться с женщиной. По-настоящему встречаться, а не иметь всего лишь сексуальную связь.

— Это предательство.

— Вы слишком категоричны, в этом и есть ваша самая большая проблема. В тридцать три года пора понять, что на одном человеке жизнь не заканчивается, влюбляться, как и любить можно не один раз, Игорь. Если не перестанете на ней зацикливаться, то закончите не у меня в кабинете, а в психиатрической больнице.

— Жестоко…, - разворачиваюсь и вновь сажусь в кресло. — Возможно я там и вправду скоро окажусь.

— Не окажетесь, если найдете новый смысл жизни или хотя бы то, что вас отвлечет, — вновь садится напротив меня, закидывая ногу на ногу. — Вам нужно чем-то заняться. Человек-это социальное существо, которое должно работать и в процессе постоянно развиваться.

— Вы предлагаете мне пойти на завод и пахать там с утра до ночи? Давайте откровенно, Елена, это все чушь собачья. Человек работает для того, чтобы прокормить себя и свою семью. О каком, к черту, развитии идет речь, когда человек пашет? Вы думаете грузчик в перерыве на работе открывает путеводитель по музеям города, слушает Шопена, или обсуждает со своим коллегой, что нового в мире искусства? Чушь. Зачем притворяться тем, кем не являешься? Мне повезло в этой жизни, и я заработал много денег, не растрачивая впустую свои силы и здоровье. Давайте не будем лукавить, о таком мечтают если не все, то многие. И нужно быть полнейшим идиотом, чтобы снова пойти пахать на чужого дядю, только потому что мне надо отвлечься и вновь стать социальным существом.

К гадалке не ходи, Елену бесят мои слова. Может она даже в чем-то со мной согласна, но в данном случае не позволит себе в этом признаться.

— Хорошо, ваши доводы мне ясны. Но это не отменяет того, что вам нужно чем-то заполнить свою жизнь. Грубо говоря, перенести заботу о Марине на что-то другое. Не хотите родить ребенка? — если до этого я не смотрел на нее, а разглядывал свои не совсем чистые ботинки, то теперь я смотрю на нее с недоумением. Вот же стерва белобрысая, знает же, что наступает на больную мозоль. — Не надо на меня так смотреть, вы же хотели детей. Кто как не ребенок может заполнить вашу жизнь.

— Нет, — категорично отвечаю я. — Детей надо рожать в полной семье. Мне будет достаточно того, с кем можно будет иногда поговорить, в большем я не нуждаюсь.

— Заведите собаку.

— Нет.

— Почему снова нет? Вы же любите животных.

— Потому что они долго не живут. Потом придется переживать их утрату, я не хочу этого.

— Тогда проблема решена. Попугай. Заведите попугая, например, жако. С ним вы и поговорите, ну и главное-он очень долго живет.

— Если я заведу жако, то мне будет полная «Ж». В смысле жопа.

— Зато он долго живет, — улыбаясь произносит Елена.

— Попугая я куплю, если захочу подарить его своим врагам, ну или, если я все же решу покончить жизнь самоубийством.

— Зря, он прекрасный собеседник и не забывайте, что он может умереть после вас.

— Ну и как я оставлю его после своей смерти?

— Перепишите его в завещании врагам.

— Дорогая Елена, я надеюсь, что враги помрут раньше меня.

— Какой же вы все-таки тяжелый мужчина, Игорь. Ладно, зайдем с другого ракурса. Как давно у вас был секс?

— Три недели назад.

— Дайте угадаю, это вы так себя наказали за то, что отдали Марину в больницу? Кто это был? Проститутка?

— Элитная проститутка. Какое отношение секс имеет к тому, что мы начали разговор о том, что мне нужно чем-то заняться?

— К тому, что для того, чтобы чем-то увлечься и заняться, вам надо спустить пар. А что лучше всего от этого избавляет? Правильно-секс.

— Чтобы спустить пар, дорогая Елена, у меня есть рука. Я вам больше скажу, у меня их две. Ну и раз пошел такой разговор, девяносто девять процентов мужиков ее используют, даже при наличии жены и любовницы. Только признается в этом далеко не девяносто девять процентов.

— Девяносто девять? И все же один процент остается.

— Конечно, остается, у этого процента просто нет рук.

— И все-таки, вы мне нравитесь, Игорь, есть в вас какая-то…

— Безуминка.

— Точно. Ладно, сегодня с вами каши не сваришь, приходите ко мне завтра, когда спустите пар. Я не про секс, сейчас я вам кое-что посоветую и гарантирую, что вы не только заснете сегодня, но и реально выпустите пар.

— Вы меня заинтриговали.

— Вам, так сказать, нужно быть поближе к народу. Есть один магазин, который так и называется тем словом, которое я только что произнесла, только с окончанием «ый». Так вот, сейчас мы составим список продуктов, которые вы любите и должны будете купить. Я понимаю, что они у вас есть дома в изобилии и вам их всегда приносит курьер, но сделайте это сами. Когда зайдете в магазин, вы там кое-что увидите, уверяю вас, после этого вы немного забудетесь.

— Честно говоря, Елена, сейчас я сомневаюсь кто из нас имеет проблемы с головой.

— Просто обещайте, что вы купите все, что мы напишем в списке. Уверяю вас, поход в магазин вас отвлечет.

— И что я там увижу, дегустацию вин? Мне пересесть на общественный транспорт?

— Дегустацию тоже увидите, а автомобиль менять не стоит. Итак, давайте составим список продуктов.

Елена берет бумагу с ручкой и начинает докапываться ко мне с продуктами. Я как послушный клиент надиктовываю список, но так и не могу понять в чем подвох.

— А как же овощи и фрукты, вы что их не едите? Это обязательная программа, в том зале самая лучшая…дегустация, — делает многозначительную паузу, рассматривая меня с вполне себе милой улыбкой. — Вы все поймете, как только туда зайдете. Давайте все же добавим в ваш список фрукты.

— Ну запишите виноград, манго, бананы… и физалис. Давайте еще томаты и цукини.

— Отлично! Итак, еще раз пообещайте мне, что купите все это. Если, конечно, все будет в наличии.

— А вы мне точно гарантируете, что я забудусь и усну?

— Однозначно. Адрес ближайшего магазина я вам написала в конце списка.

— Тогда обещаю.

Вынимаю деньги из бумажника, кладу на журнальный столик, а затем немного подумав, снова достаю несколько купюр.

— Вашему мужу, — указываю глазами на деньги. — Омолаживающие процедуры нынче дорого стоят.

— Игорь, — останавливает меня у двери, при этом демонстрируя мне ехидную улыбку. — И все-таки подумайте о том, чтобы завести собаку, попугая или кошечку.

— Обязательно.

***

Сложно сказать, чего именно я ожидал от похода в магазин. Удивить меня чем-либо сложно, даже если там горы дегустаций из деликатесов. Я пресыщен едой, к тому же совершенно не голоден.

Первой возникшей проблемой по приезду к указанному адресу, оказалась парковка, точнее отсутствие мест на стоянке. Простояв минут десять в ожидании пока кто-нибудь соизволит уехать, понял, что это совершенно гиблое дело. В итоге уехал и нашел место во дворе какого-то дома. Да уж, столько топать до магазина мне давно не приходилось, это уже здорово отвлекает от сжирающих мою голову мыслей. Когда зашел в здание и собственно в магазин, на языке крутилось только одно: «Что это, мать вашу, такое?!».

— Мужчина, вы долго будете стоять?! Другим тоже нужны тележки, — слышу позади неприятный и грубый женский голос.