Читаем Одержимость онлайн бесплатно

Я прижался своим лбом к её, вдыхая запах её кожи — мороз, чистота и какие-то легкие цветочные духи, от которых у меня кружилась голова.

— Я буду стараться, малая. Ради тебя. Буду держать этого зверя на коротком поводке. Буду сдержанным, клянусь. Я хочу, чтобы ты меня не боялась. Хочу, чтобы ты была со мной не потому, что я тебя запер в этой золотой клетке и расставил охрану, а потому, что тебе здесь место. Рядом со мной. Навсегда.

Лера долго молчала. Я слышал, как сумасшедшим, загнанным ритмом бьется её сердце под слоями одежды. В какой-то момент мне показалось, что она сейчас развернется и уйдет, и я ничего не смогу сделать.

— Артём... — она медленно подняла руки и коснулась моих запястий. — Я готова попробовать. Правда. Но только если мы сможем жить без этого вечного конвоя и твоих угроз. Если ты действительно будешь меня слушать. И уважать. Не как свою собственность, не как красивую вещь, которую можно поставить на полку, а как человека. Со своими мыслями, мечтами и правом на голос.

— Обещаю, — я выдохнул это слово ей прямо в губы.

И я, сука, не врал. В тот момент я реально готов был сжечь к ебеням весь этот «Бастион», перерезать глотки всем своим врагам и самому себе, лишь бы она продолжала так на меня смотреть — с этой робкой, едва заметной надеждой. Я наклонился и поцеловал её — нежно, долго, без тени привычной агрессии и собственничества. Это был наш договор, скрепленный не кровью, а чем-то гораздо более важным. Мы бродили по парку до самых сумерек, и я впервые в жизни чувствовал себя почти нормальным. Почти человеком, у которого есть будущее, а не просто список дел на завтра.

Февраль встретил нас колючим, злым снегом и штормовым ветром, который выл в трубах, но внутри нашей новой квартиры об этом ничего не напоминало. За последние три недели я словно попал в какую-то параллельную вселенную. Мы с Лерой не поссорились ни разу — ни одного крика, ни одного брошенного в сердцах тяжелого слова, ни одной разбитой тарелки. Эта тихая гавань, о которой я раньше думал с презрением, как о чем-то «бабском», сопливом и ненужном, оказалась единственным местом на земле, где я мог наконец-то снять свой невидимый бронежилет и просто, сука, дышать.

Я смотрел на Леру и видел, как она меняется прямо на глазах. Она снова стала той самой «звездочкой» своего Универа — глаза горят, на лице постоянная улыбка, она вечно что-то чертит в своих альбомах, спорит с одногруппниками по телефону о каких-то там колоннах, реставрации и прочей зауми. Она даже внешне стала другой: щеки немного округлились, кожа разгладилась, пропала та ужасная серая маска вечного страха, которую я сам на неё когда-то нацепил. Глядя на неё, счастливую, я чувствовал, как внутри меня что-то окончательно ломается. Прошлое казалось мне старой, вонючей, заляпанной кровью курткой, которую пора было сжечь и забыть, как страшный сон.

Но просто так уйти из нашей системы было нельзя. Это тебе не увольнение из офиса с двухнедельной отработкой. Система, в которой я вырос и зубами выгрызал себе место, не отпускает просто так, за красивые глаза и обещание стать хорошим парнем.

Я сидел на кухне, потягивая остывший кофе и наблюдая за Лерой, которая разложила свои огромные планшеты прямо на полу. Через несколько дней мне исполнится двадцать четыре. Четверть века, прожитая в дерьме, разборках и вечном ожидании ножа в спину. И я точно знал, чего хочу на этот день рождения — я хотел вольную. Настоящую вольную.

Проблема была в Боксёре. Я хоть и не был верхушкой пирамиды, но после той партии в карты, когда я фактически «раздел» до трусов пару очень серьезных людей, на меня стали смотреть по-другому. Александрович и Боксёр вложили в меня кучу времени, учили меня «видеть стол», читать людей по дрожанию ресниц, и теперь они явно рассчитывали, что я стану их личным печатным станком для бабла.

Им был нужен профессиональный игрок с холодным сердцем и верный пёс в одном флаконе. А я больше не хотел быть ни тем, ни другим.

— Артём, ты чего завис? Кофе же совсем холодный, — Лера подошла ко мне со спины, мягко положив ладони на плечи. От неё пахло домом, свежестью и какой-то невероятной чистотой.

— Думаю, малая. Много хвостов накопилось перед днюхой, надо всё закрыть, чтобы не тянуло, — я перехватил её ладонь и прижался к ней щекой, закрыв глаза. — Ты сегодня в Универ?

— Да, у нас конференция по реставрации, я же говорила. Вернусь поздно, часов в семь, наверное.

— Хорошо. Я заберу тебя. Никаких такси и автобусов, поняла? Жди меня у главного входа.

Я дождался, пока за ней закроется дверь, и мой взгляд мгновенно похолодел. Маска «нормального мужика» слетела за секунду. Мне нужно было ехать в «Бастион». Разговор с Боксёром нельзя было откладывать — это висело над нами как ебаный дамоклов меч, который мог сорваться в любой момент и раздавить всё, что мы построили.

Подъезжая к промзоне, я почувствовал, как внутри привычно натягивается струна. Здесь всё было по-прежнему: серый бетон, колючая проволока, хмурые рожи пацанов, которые грелись у бочки с огнем.