Читаем Одержимость онлайн бесплатно
Его пальцы были твердыми и холодными, как инструментальная сталь. В этот момент я поняла, что все мои планы на побег не значат ровным счетом ничего. Я оказалась в одной клетке со зверем, который умел носить чистую одежду и приятно пахнуть, но от этого его клыки не становились менее острыми.
— Сизый, налей даме. Пусть расслабится. А то она на нас смотрит, как на микробов под микроскопом. Слишком много чести для нас, верно, Лера?
Я посмотрела ему прямо в глаза, стараясь, чтобы он не заметил, как мелко дрожат мои колени.
— Вы и есть микробы, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё обрывается. — Только очень большие. И очень грязные.
Я ждала удара. Ждала, что он рассвирепеет, как Валет. Но он лишь чуть сузил глаза, и в них на мгновение мелькнуло что-то похожее на азарт. Как у игрока, которому наконец-то сдали интересную карту. И от этого выражения лица мне стало по-настоящему, до тошноты страшно.
Часы на стене, покрытые слоем жирного налета, медленно, с издевательским скрипом отсчитывали минуты моего унижения. Каждая моя попытка встать или просто направиться в сторону выхода пресекалась мгновенно и буднично: то Сизый якобы случайно перегораживал проход своим массивным, пахнущим потом телом, то Валет, поигрывая ключами от машины, отвешивал такие сальные шуточки, от которых мне хотелось содрать с себя кожу.
— Ну чего ты, Лерок, как неродная? Глотни хоть сока, глядишь, и мир станет ярче, — Денис протягивал мне заляпанный стакан, но я видела его дрожащие пальцы и понимала: в этой посуде может быть подмешано что угодно, от дешевого спирта до чего-то посерьезнее.
Я молчала. Я не ела, не пила, не прикасалась ни к чему в этом проклятом доме. Я старалась дышать через раз, чтобы не впускать в себя этот воздух. Я была как запертая в чертеже линия, которая не имеет права на малейшую погрешность, иначе всё здание рухнет.
Но самым невыносимым, самым болезненным было наблюдать за Ингой. Моя сестра, моя «книжная девочка», за какие-то два часа умудрилась не просто вписаться в этот вертеп — она в нем буквально расцвела. Она сидела в обнимку с Денисом, заливисто смеялась над скабрезными шутками Костыля и о чем-то оживленно, по-дружески шепталась с Галей — девицей с вульгарным макияжем и повадками портовой торговки. Галя, которая еще недавно готова была вцепиться Инге в волосы из ревности, теперь по-хозяйски похлопывала её по плечу, передавая стакан с чем-то розовым и шипучим. Предательство Инги теперь приобрело законченную, совершенную форму: она не просто заманила меня сюда обманом, она наслаждалась процессом, пока я задыхалась от отвращения и страха.
На часах было уже десять вечера. Шум в доме стал невыносимым, басы низкокачественного фонака выбивали из меня остатки самообладания. Голова раскалывалась. Я отошла в уборную на пару минут, чтобы просто плеснуть в лицо ледяной водой и не дать себе разрыдаться от абсолютного бессилия.
Когда я вернулась на кухню, сердце пропустило удар и, кажется, на секунду остановилось. Половина компании исчезла. Не было Валета, не было шумных девиц, а главное — исчезли Денис и Инга. За столом остались только пара в хлам пьяных парней, которые дремали, уткнувшись лицом в тарелки с горой обглоданных костей.
— Где Инга? — резко спросила я, подходя к столу и чувствуя, как внутри всё леденеет.
Один из парней мутно посмотрел на меня, икнул и неопределенно махнул рукой в сторону лестницы:
— Ушли... проветриться... или типа того. Наверху они, комнату пошли смотреть.
Паника, острая и холодная, как скальпель хирурга, полоснула по моим нервам. Я бросилась к лестнице на второй этаж. Ступеньки скрипели под моими ногами так громко, что казалось, этот звук слышен за версту. В голове билась только одна мысль: «Найти её. Увести. Прямо сейчас. Пешком по трассе, через лес, как угодно — только прочь из этого ада».
Я почти бежала по темному коридору второго этажа, задыхаясь от спертого, пыльного воздуха. Сердце колотилось где-то в самом горле, мешая нормально дышать. «Где она? Инга! Отзовись!» — этот крик застыл в моих легких. Я толкала одну дверь за другой, натыкаясь лишь на пустые, пахнущие гнилью и сырым кирпичом помещения. Страх, который я так тщательно сдерживала весь этот вечер, наконец прорвался наружу плотиной, заставляя мои руки мелко и часто дрожать.
Вдруг из глубокой, густой тени дверного проема вынырнула массивная фигура. Я не успела даже вскрикнуть — широкая, жесткая ладонь, пахнущая дорогим табаком, намертво накрыла мне рот, пресекая любой звук. Вторая рука стальным обручем перехватила мою талию, лишая опоры под ногами. Меня буквально смело с места. Одним резким, мощным движением парень затащил меня внутрь комнаты и ногой с силой захлопнул дверь.
Щелчок врезного замка прозвучал в наступившей тишине как выстрел в упор, окончательно отсекая меня от остального мира и всякой надежды на помощь.
Он убрал руку от моего лица, и я наконец смогла глотнуть воздуха, который тут же застрял в груди комом. В слабом, холодном свете луны, пробивающемся сквозь мутное, годами не мытое окно, я узнала его. Это был Артём.
