Читаем Одержимость онлайн бесплатно

Я уставилась на здание, а потом на Артёма.

— Это… это и есть место, где ты проводишь время? — мой рациональный мозг, привыкший к четким структурам, сейчас просто отказывался выдавать логичный ответ.

— Чё застыла? — Артём заглушил мотор и вытащил ключ из зажигания. — Выходи. Пошли, покажу тебе свои «хоромы».

Он вышел из машины, и я увидела, как его походка изменилась. Исчезла та наглая, ленивая развязность хищника. Он шел к воротам уверенно, но без своей обычной агрессии. Я медленно поплелась следом, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Картамазов и детский дом? Это сочетание казалось таким же невозможным, как изящный барочный декор на бетонном ДОТе.

Здание детского дома выглядело удручающе. Это была типичная постройка времен советского неоклассицизма, которая когда-то, возможно, казалась величественной, но теперь напоминала больного старика, доживающего свой век. Красный кирпич местами выкрошился, а штукатурка на карнизах висела лохмотьями, обнажая серую дранку. Окна были разномастными: где-то стояли современные стеклопакеты, а где-то — старые рассохшиеся рамы, заклеенные по краям пожелтевшей бумагой.

— Государство на это место забило еще в девяностых, — Артём кивнул на облупившийся фасад, засовывая руки в карманы куртки. — Финансирование копеечное, только на макароны да на свет хватает. А так как этот район мой, мы с пацанами решили, что негоже пацанятам в скотских условиях расти. Заносим сюда долю с каждого дела. То крышу подлатаем, то в столовую плиты новые купим.

Охранник в заношенной форме, сидевший в тесной будке у ворот, завидев черную «девятку», тут же выпрямился. Он не просто открыл калитку, он уважительно кивнул, когда мы проходили мимо.

— Здорово, Артём. Давненько не заглядывал, — пробасил старик.

— Здорово, Михалыч. Дела были, — коротко отрезал Артём.

Мы не пошли внутрь здания, где пахло хлоркой и столовской капустой. Артём уверенно свернул за угол, к игровой площадке. Она тоже была «сборной»: старые советские железные горки соседствовали с новыми пластиковыми качелями, на которых еще блестела свежая краска — явно работа пацанов Артёма.

Группа детей лет пяти-шести возилась в песочнице под присмотром немолодой воспитательницы. Артём остановился в нескольких метрах и вдруг громко, по-разбойничьи свистнул.

Один мальчишка, самый шустрый, в синей курточке с капюшоном, мгновенно замер. Его глаза округлились, а на лице расплылась такая искренняя, светлая улыбка, какой я никогда не видела в мире Артёма.

— Арте-е-е-ем! — закричал он, срываясь с места и смешно перебирая короткими ножками по протоптанной траве.

Артём присел на корточки, раскрывая объятия. Когда мелкий долетел до него, Артём подхватил его под мышки и с легкостью подкинул высоко в октябрьское небо. Мальчик заливисто рассмеялся, совсем не боясь высоты.

— Здорово, Лёха! — Артём поставил его на землю, но продолжал придерживать за плечи. — Ну как ты тут? Не хулиганишь? Воспитательницу слушаешь?

— Слушаю! — Лёха задыхался от восторга, его щеки раскраснелись на холодном воздухе. — А мы вчера самолет строили! Из коробок! Ты посмотришь?

— Обязательно посмотрю, — голос Артёма стал другим. В нем не было той давящей стали, от которой у меня обычно замирало сердце. — Держи, боец.

Он выудил из кармана шоколадку и маленькую модельку машины — точную копию своей «девятки». Глаза у мальчика загорелись.

— Ого! Такая же, как у тебя! — Лёха прижал игрушку к груди. — Ты придешь еще?

— Приду. Давай, беги к своим, а то воспитательница на меня уже косо смотрит.

Мальчишка послушно убежал, то и дело оборачиваясь и маша рукой. Артём поднялся, отряхнул колено джинсов и молча пошел дальше по дорожке, ведущей вглубь запущенного яблоневого сада. Я шла рядом, пытаясь переварить увиденное. Конструкция моего мира, где Артём был исключительно разрушителем, дала серьезную трещину.

— Лёха… — я заговорила первой, нарушая тишину. — Он твой родственник?

— Нет, — Артём шел, глядя под ноги на опавшую листву. — Лёха — сын Костыля. Помнишь такого? Хотя вряд ли запомнила, ты его видела один раз тогда на даче, а в тот день народу было много.

Артём был прав, я вообще никого не запомнила, да и не до этого мне было. Мне хотелось поскорее убраться оттуда вместе с Ингой. Но глядя на мальчика, трудно было представить, что у такого человека может быть такой светлый сын.

— Как же так вышло, что он здесь? — тихо спросила я.

— Обычная история для наших краев, — Артём сплюнул, и в его голос снова вернулась привычная горечь. — Костыль загулял с малолеткой, лет шестнадцать ей было. Родила, посмотрела на этот сверток и поняла, что жизнь её на этом кончилась. Отказалась от него. А Костыль… этот урод обнаружил пацана в корзинке у себя под дверью через неделю. Решил «избавиться» от него, чтоб проблем не было. Хотел в овраг вывезти или оставить где на вокзале.

Артём замолчал, его челюсти плотно сжались.