Читаем Сера онлайн бесплатно

— А ты продал это место мне пятьдесят лет назад вместе со всеми долгами — и сегодня я простил один. Всё. Конец. Принеси им вино, — приказал он. — За счёт заведения.

А потом взял меня под руку.

— А ты — со мной. Мне нужно с тобой поговорить.

Глава 11.

ТАЛ

САЭРИС

— КТО ТВОЙ ДРУГ?

Таладей захлопнул дверь своего кабинета с яростным рычанием.

— Не твое дело.

Я не ожидала, что он мне расскажет, но всё равно решила спросить.

— Я не думала, что ты владелец таверны, Таладей. Там творится полный бардак, знаешь ли. Всё это трахание и кормёжка.

Я потянулась к стеклянной статуэтке ворона из обсидиана на его необычайно аккуратном столе, но он отбил мою руку, раздражённо рыча.

— О, правда? Я не заметил. А где твой спутник?

Я обернулась, осматривая стены, увешанные картинами, и полки с книгами. Коллекция у него была впечатляющая. В комнате пахло чем-то хорошим — сухой бумагой, землёй, тёплой ванилью и шоколадом. Уютно. — О, не знаю, — сказала я протяжно. — Сейчас нигде в этом мире, чтобы точно указать.

Таладей уставился на меня пустым взглядом.

— Разве тебе не нужно моргать? Мне нужно, но, возможно, это моя полукровка-фей.

Он очень медленно закрыл глаза и оставил их закрытыми. — Скажи, что он снова не прыгал через ртуть.

Я села в кресло по ту сторону его стола, тихо наблюдая за ним несколько минут. Снова потянулась за стеклянной статуэткой ворона, но как только я дотронулась до неё, по моей руке пронзила верёвка огня. Я была в перчатках — Связки Бога всё ещё лучше скрывать от чужих глаз, — но свет просачивался из-под кожаного манжета, заполнив мою руку.

— Ай.

Моя рука задрожала. Я вонзила её в подмышку, прижимая к боку, сжала глаза, ожидая, пока боль утихнет.

— Саэрис? Что с тобой?

Я опустила руку себе на колени. Свет, вытекающий из перчатки, больше не был виден, но боль всё ещё выжигала, заставляя меня задыхаться.

— Ничего. Всё в порядке, — произнесла я, пытаясь сделать голос лёгким и невозмутимым. О, мне нужно пойти в актёрскую труппу Санасрота и начинать брать роли; я прям как правда говорила.

Несмотря на мой убедительный спектакль, я понимала, что Таладей не верит мне. Но он не стал возражать.

— Если Фишер не в Ивилии, я должен знать, — сказал он.

Я откинулась в кресле.

— Правда?

— Да! Весь Кровавый двор знает, на что Фишер способен. Он напомнил им, когда раскромсал Эретха, как соломинку, в Зале Слез. Кстати, это причиняет мне кучу головной боли. Нельзя, чтобы было четыре Лорда Полуночи, Саэрис. Должно быть пять, а значит, нужно организовать голосование… — Он остановился, фыркнув. — Неважно. Слушай, люди слишком боятся действовать против тебя, пока Фишер рядом. Они решатся попробовать, если подумают, что ты слаба или беззащитна. Нам нужно выставить дополнительные охраны у твоих покоев.

— Не выставляй дополнительных охранников, — ответила я, чувствуя, как боль снова пронзает мою руку, как жидкая молния, собирающаяся в плече. Я постаралась не вздрогнуть. — Если не хочешь, чтобы я выглядела слабой, забери уже ту охрану, которая есть. Мой указ не позволит им выйти за рамки, в любом случае.

Бум.

Бум.

Бум.

Мне хотелось закричать.

Мои руны снова сжигали мою кожу, до самого костяка.

— Ммм, — сказал Таладей, постукивая пальцами по краю стола. — Может, ты права. Давай подумаем ещё. А пока что ты почему прячешь свою руку?

— Я не прячу свою руку. — Но я прятала её. Я засунула её между коленями под столом и прижимала между бедрами, в тщетной надежде, что это снимет боль.

— Саэрис. Я позволю тебе это, потому что ты ещё новичок во всём этом, но вампир не может лгать своему создателю. От тебя исходит синяя аура, когда ты пытаешься. Чем сильнее аура, тем больше ложь, а сейчас ты освещаешь мой кабинет, как факел. Но даже если бы её не было, я всё равно чувствую, что ты страдаешь. Очень страдаешь. Скажи, что с тобой?

Иногда мне становилось плохо в Третьем. После того как мою мать убили, мне не было кому помочь, когда я болела. Хейден был слишком молод и беспечен, чтобы на него полагаться, да и вообще, это я должна была заботиться о нём, а не наоборот. Мне не приходилось просить Элроя о помощи. Он уже дал мне работу и предложил защиту от стражей Мадры, поэтому просить ещё чего-то казалось слишком многим. Так что я оставалась одна. Я сражалась с лкровьадкой, не имея рядом никого, кто мог бы меня поддержать, и не было слов утешения. Я убеждала себя, что не нуждаюсь в помощи, потому что её всё равно не получу, и зачем жаловаться на то, чего никогда не будет? Я настолько в это верила — что я сильная, что мне не нужно ничье внимание — что теперь любое проявление заботы заставляло меня чувствовать себя так, будто я хочу вырваться из своей собственной кожи.

Но, похоже, Таладею невозможно солгать, так что у меня не было другого выбора, кроме как рассказать ему правду.

— Мои метки, — сказала я. — Они снова пылают. Это единственный способ описать это. Я чувствую, как внутри меня накапливается давление. Всё время. И иногда… оно… набухает. Кажется, что оно вот-вот вырвется из моей кожи. А потом просто… уходит.

Мой создатель посмотрел на мои руки.

— Сними перчатки. Покажи мне.