Читаем Сера онлайн бесплатно
— Я прекрасно понимаю, — плюнул Фоули. Гнев накрыл его, быстрый и безжалостный. Он подвинулся вперёд, чтобы взять Тала за челюсть и заставить его смотреть на себя. — Ты не раз говорил мне, что становление вампиром не изменяет основы того, кто ты есть, а лишь подчеркивает их. Посмотри вокруг. Эти твари сейчас превращаются в пепел, потому что они злы до самой гниющей косточки. Они выбирают смерть вместо жизни, потому что не хотят потерять свою власть. На них не было никакой клятвы, заставляющей их совершать те злодеяния, что они совершили. Это было в их натуре. Ты—
Фоули прервал себя, тряся Тала, заставляя его смотреть, когда тот попытался отвернуться.
— Ты без вины. Все ужасные поступки, которые ты совершил, были навязаны тебе. Малькольм знал, как сильно это разорвет тебя внутри.
Тал закрыл глаза, из них катились слёзы, его лицо искажалось.
— Ты должен отпустить меня… — прошептал он.
— Ты простишь себя, — настойчиво сказал Фоули. — Ты обязательно простишь. А пока ты можешь взять это ложное чувство вины и использовать его, чтобы загладить свои поступки. Помоги исправить то, что Малькольм использовал тебя, чтобы разрушить, Тал. Есть ещё надежда.
Голова Тала откинулась назад. Снова его захватил припадок, в два раза сильнее предыдущего. Он трясся, лицо искажалось в судорогах боли.
Это было хуже, чем смотреть, как мои друзья умирают в Зилварене. Там был явный враг, но теперь казалось, что самым большим врагом для Тала было его собственное тело, и я не могла ничего сделать, чтобы с этим бороться.
— Почему ему не становится лучше? Остальные… —
В зале были другие высококровные, бывшие высококровные, пробирающиеся через смерть. Они носили на лицах ошарашенные выражения, как у людей, только что проснувшихся от дурного сна. Они переступали через тела своих возлюбленных и друзей, нахмурившись в замешательстве от происходящего перед ними. Они выглядели нормально, если не считать того, что большинство из них рыдало. Но Тал снова начал пускать пену изо рта. Он вздрогнул, схватившись за грудь, как будто мучился от боли.
— Давай, нам нужно выбраться отсюда, — вернулся Фишер, Зовена с ним. Он подтолкнул блондику вперёд, и она пошатнулась, едва не потеряв равновесие. В какой-то момент она потеряла туфли, а её красивое красное платье было разорвано и грязно. — Я не могу найти Алгат нигде, — сказал Фишер. — Я обыскал всё. Но я видел её в зале, недалеко перед тем, как я вытянул тебя с танцпола, Оша. У неё не было времени уйти до того, как «фокус» Тала сработал.
— Что это значит?
— Это значит, что она, вероятно, выпила из флакона и больше не является высококровной, — сказал Фишер. — И поверь мне, если ты думала, что она была плохой как вампир, то точно не захочешь встретиться с ней как с ведьмой.
Перстень Тала; перстень Зовены; золотая цепочка с гербом семьи Брайрстоун: три новых реликвии, созданных в мгновение ока.
Без шуток. Без тайн. Без воспоминаний.
Жидкое серебро прилипло к украшениям, как будто это было самой естественной вещью на свете. Тал был без сознания, когда мы вошли в бассейн, поэтому Фишер нес его. Фоули схватил Зовену за запястье и держал её крепко, когда они исчезли в серебре. Я последовала за ними, бросив взгляд через плечо, позволяя себе на мгновение сомневаться во всём этом. Жители Аммонтрайета стали феями. Они были в замешательстве. Даже в Когах высококровные все мертвы, а дезориентированные феи бродили по улицам, не зная, что делать и куда идти. Я всё ещё была их королевой? Это всё ещё был их дом? Я не могла понять это. Уходить прямо сейчас казалось плохой идеей, но что ещё можно было сделать?
Оружейная в Калише была пуста, за исключением нескольких кур, которые разбежались, квоча, в удивлении, когда мы вышли из жидкого серебра. Моя голова кружилась, а бесконечный плач Зовены мешал сосредоточиться.
Ночной воздух щипал моё лицо, когда мы пересекали двор, направляясь к дому. Особняк стоял гордо, как часовой, выбрасывая свет в темноту, и моё сердце ускорило свой ритм, когда я увидела переднюю дверь. Часть меня, глупо, надеялась, что всё будет в порядке, как только мы войдём внутрь. Конечно, это было не так, но я позволила себе верить в это. Хотя бы на следующие двадцать четыре часа мне нужно было верить в это, иначе я бы не выдержала всей тяжести того, что происходило сейчас.
Таладей всё ещё корчился. Он просыпался на минуту или две и пытался что-то сказать. Он хватал воздух, как если бы забыл, что такое дышать. Но, наверное, он и вправду забыл. Прошло больше тысячи лет...
Зовена всхлипывала за Фишером, время от времени выпуская горестный всхлип, но в остальном она мало что говорила. Она шаталась на ногах, усталость делала её неустойчивой.
Фишер открыл дверь и жестом пригласил меня войти первой, что, вероятно, было наилучшим решением — в тот момент, как я переступила порог Калиша, я оказалась лицом к лицу с братом, который держал в руках тяжёлую кочергу из одного из каминов.
Его глаза расширились, когда он меня увидел.
— Что, чёрт возьми, с тобой случилось? — нахмурился он. — Что на тебе надето?
