Читаем Сера онлайн бесплатно

Половицы скрипнули, когда он пересёк спальню и встал передо мной.

— Но мы разберёмся с этим вместе, Оша. Мы пройдём через всё это и со временем будем куда лучше понимать, как здесь всё устроено.

Я грустно улыбнулась ему.

— Вообще-то я как раз хотела, чтобы ты сказал мне не волноваться, — призналась я. — Можешь переформулировать всё это, пожалуйста?

В глазах Кингфишера мелькнуло веселье, когда он наклонился и поцеловал меня.

— Хотел бы я, Оша. Хотел бы я.

Калиш был огромным местом, полным скрытых, тайных уголков.

Я провела дни, исследуя его, когда Фишер оставил меня здесь после того, как на меня напал фидер в столовой, но всё равно оставались целые крылья поместья, куда я ещё не заглядывала. Комнаты, в которых я ни разу не была.

Эта была одной из них.

Южная гостиная — так её называл Арчер. Ряд высоких окон выходил на розовый сад, укрытый белизной. Бутоны на колючих кустах были раскрыты, несмотря на холод, и по ту сторону стекла колыхалось море бархатных цветов, тёмных, как кровь, припорошённых снегом.

Перед потрескивающим камином стояло стёганое кресло. На стенах висели портреты в позолоченных рамах. Письменный стол был поставлен у окна, словно тот, кто писал за ним, любил смотреть в сад, обдумывая свои слова.

Именно там стоял Хейден — по другую сторону стола, глядя в окно, засунув руки в карманы.

Дверь скрипнула, когда я вошла, и он вздрогнул. Обернулся — его светлые кудри всё такие же взъерошенные, лицо загорелое, губы потрескавшиеся. Глаза расширились, когда он увидел меня. Он не сказал ни слова.

Я столько раз прокручивала эту сцену в голове с тех пор, как попала в Ивеллию, но теперь, когда Хейден был здесь и всё происходило на самом деле, ни один из ожидаемых вариантов не сбылся. Мой брат не выглядел счастливым, что видит меня. Он выглядел напуганным.

— Значит, это правда. Он тебя не убил — этот гигантский мудак с заострёнными ушами.

Я опустила голову, не зная, стоит ли на это улыбаться.

— Нет. Не убил.

— Тогда где он?

— Его зовут Кингфишер. И он ушёл за одним из наших друзей. Он должен был привести его в Калиш ещё вчера, но… кое-что случилось.

Арчер во дворе, бросающийся мне на защиту.

Арчер, едва не погибший, спасая меня.

Я моргнула, отгоняя воспоминания о том, как из его горла хлестал расплавленный камень.

Хейден фыркнул. Отойдя от окна, он пересёк комнату и остановился передо мной, оглядывая меня с головы до ног. Переносица его была усыпана веснушками.

Медленно обходя меня по кругу, он устроил мне полную инспекцию; его плечи напряглись, когда он заметил мои уши, выглядывающие из-под распущенных волос, но он ничего не сказал. Наконец он остановился напротив, всё так же держа руки в карманах.

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он сухо. — Здоровой. Кэррион сказал мне, что ты изменилась. — Он нахмурился, взгляд стал отстранённым. — Он сказал, что ты стала чем-то другим. Как он. — Тише добавил: — Теперь я понимаю.

— Правда?

Он кивнул.

— Мадра всем говорит, что ты мертва. Убита фейскими мятежниками. Она произнесла очень убедительную речь.

— Я не сомневаюсь.

— Она делает из тебя мученицу своего дела. Использует твоё имя и твою историю. Переворачивает всё, выставляя тебя каким-то патриотом Зилварена, который любил свой город. Она сказала, что ты работала на неё, была верной подданной, жестоко убитой чужаками, владеющими запрещённой магией.

— И люди ей верят?

Хейден пожал плечами.

— Не знаю. Трудно сказать. Мадра всегда говорила странные вещи о фей. Особенно в это время года, когда Фестиваль Ровного Света уже на носу.

— Я не про фей, Хейден. Я про меня. Про то, что я якобы работала на неё. Что была верной подданной Зилварена! — Сама мысль была нелепой. Мадра лгала и раньше, но эта ложь была самой отвратительной. Всю жизнь я выступала против её правления. Делала всё, что могла, чтобы посеять раздор и хаос в её доме, не угодив при этом в могилу. А теперь она распускала слухи, будто я всё это время служила ей? Работать на неё — значит шпионить за соседями. Шептать ей на ухо секреты, которые не предназначались для чужих ушей. Значит быть предателем и лжецом, предать своих друзей.

Хейден не смотрел мне в глаза.

— Она дала всему городу дополнительные пайки еды и тройную норму воды в твою честь. За твою службу короне.

— Что?

— Жители Третьего не приняли этого. Они выливали свои фляги на улицы. Отдавали хлеб воронам. И, делая это, проклинали тебя.

Чёртова сука.

Я не хотела быть героем для своего народа. Мне было всё равно, узнают ли они когда-нибудь моё имя. Всё, что я делала, помогая мятежникам Зилварена, происходило втайне и в тишине. Мне никогда не нужно было привлекать к себе внимание. И уж точно мне не нужен был похлопывающий по плечу кто-то, признающий мои «добрые дела». Но мысль о том, что жители Третьего — мои люди — проклинают моё имя и отказываются от дополнительной воды в знак протеста против меня? Чёрт возьми. Меня сейчас вырвет.

— Мне нужно вернуться. Мне нужно всё им объяснить. Все мои контакты по всему городу—