Читаем Сера онлайн бесплатно

— Другие опечаленные, которые также хоронили своих близких на вершине горы, встали на колени рядом с Реном и начали молиться. Мы все понятия не имели, что происходит. Но Аджунские Фей сказали нам, что как только твоя кровь становится частью этой горы, ты становишься её частью. Что поскольку Рен похоронил здесь своего родственника, и это была его сестра-близнец, теперь он стал частью Аджунских Фей.

— И только Аджунцы могут быть призваны присоединиться к рыцарству, которое охраняет его ворота, — тихо сказал Рен.

— Так... ты был призван сюда, чтобы охранять ворота?

— Не те ворота, что защищают город, Оша. Другие ворота.

От этого паника и адреналин прокачались по моему позвоночнику. Лоррет рассказывал мне о других воротах на площади в Иннистаре. Я обещала, что не поеду в каком-то безумном стремлении добыть серную соль, нужную для того, чтобы остановить гниль, без Фишера, и в ответ Лоррет рассказал мне, откуда берется серная соль.

— Здесь всегда был город, — сказал Фишер. — Потому что здесь всегда были ворота. Портал между этим миром и другим.

— Как жидкое серебро, но не совсем, — выдохнула я. Я чувствовала раздражение Фишера по этому поводу, что Лоррет явно рассказал мне то, что он знал, но он удержался от того, чтобы выразить эти чувства вслух.

— Да. Во многом то же самое. Но в других отношениях нет. Оригинальные Алхимики не могли контролировать это. Даже самые сильные из них. Оно сводило большинство из них с ума. Ворота открывались сами по себе и не закрывались. Злобные существа использовали их как дверь в этот мир. Они вызывали хаос и ужас по всей Йвели. Поскольку никто не мог закрыть портал, были созданы Рыцари Орритиана. Их наделили старой магией. Могущественной. Шестеро из них всегда стоят на страже у ворот, канализируя свою магию в барьеры, которые не позволяют злу проникать в этот мир. Они по очереди охраняют не только Аджун, но и всю Ивелию.

— Когда жидкое серебро было застывшим здесь, отрезая нас от других миров, — сказал Ренфис, невольно продолжая объяснение, — ворота в Аджун остались открытыми. Беликон объявил, что это знак. Он сказал, что поскольку это были единственные открытые ворота, они приведут нас к богатству и славе. Он привёл Фейлинга сюда, в Аджун, чтобы посетить ворота. Он был едва больше, чем мальчик. Беликон дал ему меч и заявил, что он должен первым пройти через ворота и увидеть рай, который ждёт нас с другой стороны.

— Поскольку это озеро было другим, чем все другие озёра, он сказал, что мне не нужно было амулет, который моя мать мне дала, — прошептал Фишер.

Подождите.

Лоррет не говорил мне об этом.

Ступеньки были крутыми, а воздух — холодным, как лёд, но это не имело ничего общего с тем, что я вдруг начала задыхаться.

— О чём ты говоришь, Фишер?

Он продолжал, говоря медленно, осторожно, убирая все эмоции из своих слов.

— Я был Ожицован к нему. Мне было одиннадцать. Он сказал, что я уже полностью взрослый в его глазах, что я готов стать почитаемым воином Йвели, уважаемым в его дворе. Моя мать умерла неделю назад, и он посадил меня на колени перед тем камнем и заставил пообещать. После этого ему было легко. Он приказал мне отдать ему реликвию, а потом приказал войти в озеро.

Ветер завывал, пока мы поднимались выше. Становилось ещё холоднее, зубы холода вонзались в чувствительные кончики моих ушей. Я пыталась понять, что мне говорят, но жестокость всего этого почти делала это невозможным. Это было там, где Король Речной Птицы вошёл в жидкое серебро. Здесь его заразило изнутри, и оно чуть не свело его с ума.

— Я сделал то, что велел мне мой король. Я шагнул в озеро. Как только мои босые ноги коснулись отравленной руды, я понял, что умру. Меня перенесло в другой мир. Место...— Фишер замолчал, как будто он дошёл до середины предложения и вдруг обнаружил, что слова исчезли.

— Король и его люди ждали два часа, пока Фейлинг не вернулся, — сказал Рен. — И когда он не вернулся, король притворился, что потерял своего пасынка, последнюю связь с его дорогой Эдиной. Он уже завещал Калищ вместе с титулом, который сопровождал эти земли, своему сенешалю, когда озеро взорвалось и выбросило Фейлинга. Его глаза были обрамлены серебром, как звезды.

— Я сам не знал, — прошептал Фишер. — Мне потребовалось много времени, чтобы прийти в себя... умственно. Беликон был разочарован. Он думал, что это хороший способ избавиться от меня. Один из рыцарей Орритиана вернул мне мою реликвию, и Беликон отправил меня учиться ремеслу убийства в его военных лагерях.

Рен достиг вершины ступеней и ждал нас, с мрачным лицом.

— Непостижимо, но то озеро в Аджуне закрылось в тот день, — сказал он. — Оно открывалось и закрывалось трижды с тех пор, без предупреждения. Рыцари всегда оставались на страже, на всякий случай. Никто не был призван заменить их за века. Пока теперь.

Эти слова. Где я их слышала раньше? Они вернулись ко мне быстро. Там, в Калище, в комнате Эверлейн. Сестра Фишера тряслась и извивалась на кровати, и этот ужасный, мёртвый голос поднялся и вырвался из её уст. «Ворота открыты. Их нельзя закрыть. Ворота открыты. Ворота открыты...»