Читаем Сера онлайн бесплатно

— Итак, — произнесла Изабель, — этот мужчина, назвавшийся богом, сказал, что вы с Фишером единственные, кто может предотвратить конец всего?

— Нет. Он сказал, что мы с Фишером — какая-то ось. Точка схождения нитей судьбы. Он сказал, что боги не видят вокруг нас. И что мы должны найти способ это исправить — иначе всё потеряно. Я не говорю, что мы особенные, Изабель. Я говорю, что… — я запнулась, подбирая слова, — бог поставил на маловероятный исход и кинул кости — просто чтобы посмотреть, сработает ли. Вот и всё. Вот с чем мы сейчас работаем.

Никто не выглядел счастливым от такой информации.

Пока я обводила взглядом мрачные лица, взгляд упал на Кэрриона. Он устроился, свесив руки со спинки дивана, подбородок уложил на подушку — и подмигнул мне самым нахальным образом.

— Придумаешь что-нибудь, Фейн. Ты всегда придумываешь. Ты очень умная для двадцатипятилетней.

Я фыркнула и невольно рассмеялась — и напряжение, которое высасывало из комнаты воздух, вдруг треснуло.

— Если уж ты собираешься издеваться из-за моего возраста, Свифт, то хотя бы называй его правильно. Мне двадцать четыре.

Он наклонил голову, поиграл бровями:

— Да ну?

— Я… — Я осеклась, нахмурилась и попыталась посчитать. Сколько я уже в Ивелии? Ощущение было, будто целую вечность, но… боги, я не знала. Достаточно долго, чтобы пропустить собственный день рождения. Мне действительно уже двадцать пять.

Кэррион снова уткнулся в книгу:

— Не переживай, Фейн. Устроим тебе огромную вечеринку, как только люди перестанут умирать по всему миру.

— Я не хочу вечеринку.

— Почему? Ты всегда приходила на мои дни рождения.

— Я приходила на Калинины, — поправила я. — Ты и твои пьяные дружки просто иногда оказывались рядом.

Лоррет усмехнулся Кэрриону:

— Вообще-то только фейлинги устраивают дни рождения. Мы прекращаем праздновать, когда нам исполняется четырнадцать. Тебе сейчас сколько — тысяча семьсот?

— Следи за языком, старик. Я не древний, как вы, — фыркнул Кэррион, перелистывая страницу. — Мне всего тысяча девяносто шесть, благодарю.

Лоррет нахмурился:

— Невозможно. Наследник Дайантуса пропал, когда мы были фейлингами. Мне было… — он напряг память, — тринадцать. Я готовился к клятве. А тебе сколько было, Фишер?

В отличие от Лоррета, мой спутник не выглядел ни удивлённым, ни растерянным.

— Почти десять, — сказал он.

— Значит, он почти нашего возраста, — Лоррет поднял брови на Кэрриона.

— Нет, — тихо сказал Фишер. — Он говорит правду. Ему, скорее всего, всего около одиннадцати сотен.

Кэррион ткнул в Фишера пальцем:

— Спасибо. Я вообще-то считать умею, Лоррет из Сломанных Шпилей.

— Так он не наследник? — Те Лена звучала так же растерянно, как и мы все.

Кэррион сел ровно:

— Подождите. Я не наследник? Я свободен?

— Он наследник, — сказал Фишер. — Я много думал об этом после лабиринта, и есть правдоподобное объяснение его возраста. Когда мой отец протащил его через ртуть, что-то должно было случиться. Я бы поставил на богов — они снова вмешались.

— Думаешь, они хотели поговорить с ним? — спросила я. — Как Зэрет говорил со мной?

Фишер медленно кивнул:

— В их мире время странное. Когда они забрали меня у ворот Аджуна, я стоял с Балом и Митином посреди поля высокой травы. На холме вдали я видел две фигуры. Первая — Зэрет. Вторая… — он посмотрел на меня, — была ты, Оша.

Это было… не то, что я ожидала услышать. Фишер сражался у ворот Аджуна и едва не погиб больше тысячи лет назад. Меня затянуло в ртуть и в мир богов всего несколько недель назад.

— Но… как? И откуда ты знаешь, что это была я?

Я не знал твоего имени. Не видел лица. Но я знал, Оша. Моя душа узнала мерцание самой себя в другом человеке — и знала.

Вслух, для остальных, он сказал:

— Когда отец бежал с наследником Дайантуса, один или несколько богов должны были задержать их побег. По крайней мере в точке назначения. Здесь, в Ивелии, время продолжало идти. А в Зилварене, думаю, оно стояло.

— Почему? — спросил Кэррион раньше, чем я успела закончить мысль. — Зачем? Я не помню, что был там. Ничего не помню. Я даже твоего отца не помню, Фишер. У него был план на меня? Или у богов?

Фишер долго молчал, глядя на руку на столе.

— Я почти не помню отца, — сказал он наконец. — И я не притворяюсь, будто понимаю планы богов. Мы можем только строить свои и надеяться на лучшее.

— Согласен, — впервые за весь разговор заговорил Рен. Он потёр челюсть. — Повестку богов разберём потом. Сейчас важнее задача. Серебра катастрофически мало, но, похоже, это уже не единственная проблема. Орда пока сдержана. Саэрис запретила им выходить с мёртвых полей. Нам не надо ждать их у реки. Да, реликвий ещё нет, но пока можно обойтись и без них.

— Нет, — сказала я. — Они нам всё равно нужны.

Все снова уставились на меня.

— Нужны даже больше, чем раньше. Вампиры у реки вчера не должны были суметь ослушаться моего указа. Но они смогли.

— Потому что их заразила гниль, — медленно сказал Рен, и плечи у него опали. — И гниль расползается. Если орда у Аммонтарайета заразится…

— Нам конец, — закончил Фишер. — Чёрт.

Он нахмурился — взгляд ушёл куда-то далеко, пока он переваривал это.