Читаем Сера онлайн бесплатно

— С Аджуна. Да. Аджун, где он закрыл железные врата, что защищают город, опять же, голыми руками. Он знал, что это его убьёт. И это должно было его убить. Но Бал и Митин выбрали пощадить своего любимца, не так ли? Они спасли его. Они дали ему меч из железа, потому что он показал силу, чтобы владеть им. И вот на полях сражений его друг был убит драконом, с которым они сражались. Тем самым, череп которого ты выставил за своим троном, как будто это ты его убил.

— Ты осуждаешь меня за то, что я забрал то, что по праву мне принадлежит? Трофеи войны всегда принадлежат короне, идиот.

Ещё один шаг. Я почти подошла. Почти, теперь...

— Её звали Мерель, сестра-близнец Ренфиса, того самого мужчины, что позже стал генералом твоей армии.

Беликон поморщил нос и покачал головой.

— Должен ли я что-то почувствовать? Как мне помнить всех, кто погиб, служа своему королю? Я даже не знал, что у этого мужчины была сестра.

Я проглотила подступившую к горлу желчь.

— Она умерла, крича. Фишер и другие члены Лупо Проэлия убили того ненавистного чудовища, а Фишер оказался в ловушке в его челюстях. Мерель пришла к нему там. Её дух, то есть. Она привязала свою душу к этому клинку, чтобы всегда быть с друзьями. Вот почему он назвал меч так. Ни’Мерель. Для Мерель, на Старом Фей.

Ориус насмешливо скривил губы.

— Не читай нам лекции по этимологии слов, образованных на языке, которым ты не владеешь.

Ещё шаг вперёд. Остался только один, и я буду достаточно близко.

Я специально проигнорировала замечание Ориуса.

— Так вот, этот меч, как ты можешь понять из рассказа, — не простой божественный меч. Он сделан из железа. Он хранит эхо души, которая умерла из-за тебя. Не имеет значения, жив ли Король Речной Птицы или мёртв. Ты никогда не сможешь владеть Нимерель. Если металл не убьёт тебя, то воин, который живёт внутри него, сделает это.

Он явно не знал о железе. Божественные мечи всегда заставляли людей, с которыми они не были связаны, чувствовать себя неуютно. Это было просто их природой. Он списал свою беспокойство по поводу меча на это. Он ещё не прикасался к мечу без перчаток. Это стало бы смертельным приговором, учитывая, кто он и тот факт, что меч всё ещё был связан с Фишером. Осознание пришло с ошеломляющей силой для короля — дыра в его плане. Нарушение, которое омрачило вкус победы в его рту.

Он попытался отмахнуться от этого.

— Так тому и быть. Ладно. Если никто из Фей не может прикасаться к этому чёртовому железу, то я избавлюсь от него. Похороню в неизвестном месте. Брошу в пропасть. Оно будет забыто, и ты сделаешь мне новый божественный меч—

— Есть один, — перебила я.

Рот Ориуса открылся, его злость от того, что я перебила его драгоценного короля, была очевидна. Беликон только вздохнул.

— Один что?

— Один другой, кто не затронут железом.

— Просвети меня. Кто—

— Я.

Я призвала меч, и меч откликнулся.

Я отправила горячую молитву, когда Нимерель взметнулась с камня у подножия дерева и полетела в воздух...

Пожалуйста, не убивай меня. Пожалуйста, не убивай меня. Пожалуйста, не убивай, чёрт возьми—

Меч врезался мне в открытую ладонь, и Виселый Лес замер, когда я закрыла руку вокруг рукояти мощного Нимереля. Мгновенная неприятная волна шока пробежала по моей руке, но затем... исчезла.

Не было никакого голоса в моей голове. Никаких упрёков от маленькой нити ртути, которая была в нём, ни от богов, которые его создали, ни от воина, который владел им. Лёгкий запах можжевельника щекотал затылок. Я слышала далекий, игривый смех на ветре, которого не было. И затем, одновременно, божественный меч в моей левой руке образовал столб пылающего белого света... а божественный меч в моей правой руке взорвался стеной тени и дыма.

Впервые в истории Ивелии божественный меч доверился в руки тому, с кем не был связан. Потому что Король Речной Птицы любил меня. Я пришла сюда, чтобы спасти его... и этого было достаточно для его меча.

— Невозможно, — прошептал Беликон. Но, конечно, это казалось невозможным для него. Сердце, управляемое ненавистью и страхом, не могло бы ощутить чудеса. Для этого нужно было знать любовь, радость и доверие, а эти понятия были для него такими же чуждыми, как идея Ивелии была для меня совсем недавно.

— Он мёртв. В ту секунду, как ты прикоснешься к дриаде хотя бы одним из этих мечей, он умрёт! — закричал Беликон.

— Мечи не для дриады, Беликон, — я крутанула их, пропуская свет и тень через воздух. — Они для тебя.

Я ощущала силу этого мужчины в тронном зале Зимнего Дворца. Тогда мне хотелось вылезти из собственной кожи. Опять я была свидетелем этого в Гиллетри, когда Фишер пронзил его Нимерель и мужчина не умер. Его сила снова щёлкнула по моей коже, когда я приближалась к нему. Она пыталась остановить меня, но я больше не была той девушкой, которая стояла и наблюдала, как он мучает её партнёра. Теперь у меня была своя сила, и она была не менее могущественной, чем сила этого претендента на трон.

С каждым шагом к нему, преодолевая щит, который он воздвиг вокруг себя, глаза Беликона расширялись.

— Что ты надеешься добиться? Ты не можешь убить меня, девочка.