Читаем Сера онлайн бесплатно
Но остальная часть меня испытывала облегчение от того, что в душах моих друзей всё ещё оставался смех. Они тоже страдали. Их потери тоже были тяжёлым грузом. Им приходилось каждый день видеть, как наш народ истязают, поедают и обращают. И если они всё ещё могли находить в себе силы смеяться — я был рад этому. Значит, возможно, надежда была и для меня.
Я опустил голову, мягко улыбаясь, глядя на свои руки. Если подумать, это было довольно смешно.
— Честно говоря, думаю, я отчасти в этом виноват, — сказал Лоррет, снова переключая внимание на меч. Металл издавал ровное, яркое гудение, когда он проводил точильным камнем по лезвию. — Она спросила меня о торговле кровью в таверне не так давно. Я объяснил настолько, насколько счёл уместным. В ретроспективе, я дал ей только половину той информации, которая ей, вероятно, была нужна. Но откуда мне было знать, что её обратят и она окажется в положении, когда сможет тебя укусить? Я думал, ты сам всё объяснишь, когда придёт время, и ты захочешь—
— Пожалуйста, перестань говорить.
Это было совершенно неразумно — то внезапное желание, которое у меня возникло: обхватить руками шею Лоррета и сжать, пока он не перестанет дышать. Но даже в лучшие времена спаренный фей не любил, когда другой мужчина говорил о его паре. А я был спарен совсем недавно. Одна мысль о том, что он вообще говорил с Саэрис о торговле кровью, заставляла меня звереть и сжечь к чёрту весь этот военный шатёр.
Лоррет усмехнулся, ничуть не смутившись моей резкости. Он лишь покачал головой и продолжил своё дело.
Ш-ш-шик.
Гу-у-у-у-м.
Ш-ш-шик.
Гу-у-у-у-м.
Мудро он сменил тему.
— Я всё ещё не нашёл его, — сказал он, и на него опустилась серьёзность.
Улыбка Рена тоже исчезла. Он ковырял ногти, глядя в огонь, когда заговорил:
— Мы даже не знаем, там ли он.
Я знал, о ком они говорили, хотя никто из них не произнёс его имени. Наш друг. Наш брат.
Фоули был с нами, когда мы взбирались на дракона. Старый Шакри стряхнул его и отправил в полёт во тьму. Падение размозжило ему тело, но убили его вампиры. Они выпили его досуха и оставили сломанным в снегу. Нам потребовались часы, чтобы найти его. Я был уже освобождён из пасти дракона, и наступило утро, когда мы обнаружили его — задыхающегося, в крови, прячущегося от рассвета в устье пещеры.
Он должен был стать вампиром. Малкольм был единственным из своего рода, кто умел создавать других вампиров, сохраняя их разум и личность. По крайней мере, так мы тогда думали. Мы считали это чудом.
Годы спустя я узнал правду: той ночью там был Таладей, он руководил штурмом горы.
Когда его спросили, он сказал, что сделал это из доброты ко мне. Что напоил Фоули своей кровью, а затем осушил его — лишь для того, чтобы дать ему выбор, жить или умереть.
Фоули был в ярости. Он был в смятении. Мы оставались с ним. Наш друг кричал часами, пока завершался его переход. Он успел напитаться ещё до того, как мы его нашли, и не мог перестать рыдать по тем, кого убил. Ужас от того, во что он превратился, казался, вот-вот его убьёт.
Когда стемнело, он ушёл от нас — бежал в ночь, вниз с горы и прочь.
Позже мы услышали, что он добрался до Аммонтарайета. За эти годы мы не раз пытались связаться с ним, но все наши письма оставались без ответа.
— Он там, — тихо сказал я. — Он бы не ушёл. Он бы не доверил себя живым.
Некоторое время никто из нас не говорил.
Ш-ш-шик.
Гу-у-у-у-м.
Ш-ш-шик.
Гу-у-у-у-м.
Даже сидя неподвижно, уставившись в пламя, Ренфис излучал такое напряжение, что оно стало четвёртым присутствием у костра, забирая всё тепло.
— Ты заговоришь или будешь вариться в себе? — спросил я наконец.
Он резко вдохнул, будто очнувшись ото сна.
— Мне нечего добавить к тому, что я уже сказал.
Лоррет наконец отложил Авизиэт, откинулся на спинку стула и поставил кружку с элем на живот.
— Тогда скажи это ещё раз, и мы выслушаем тебя снова.
На мгновение показалось, что Рен промолчит, но потом он всё же заговорил.
— Прошли сотни лет. Почти целая эпоха. Мы знали его когда-то, но теперь Фоули был вампиром дольше, чем феей. Кто скажет, что он хоть сколько-нибудь похож на того человека, с которым мы когда-то сражались плечом к плечу?
Он был прав. Прошло слишком много времени. Но снова всплыло это слово.
Вера.
Иногда она позволяла мне подняться из грязи хотя бы на мгновение, чтобы перевести дух.
— Он был связан с нами кровью, как и мы с ним. Он поклялся защищать наш народ, как и всех существ Ивелии. Если бы ты оказался на его месте, Рен, ты бы нарушил свою клятву?
Ренфис стал не просто командиром Люпо Проэлия, когда я пропал в лабиринте. Он стал генералом целой армии. Он добровольно взвалил на себя груз ответственности, который раздавил бы большинство воинов — так же, как когда-то почти раздавил меня. Я знал его суть. Он был честным. Верным. Хорошим. И всё же он был достаточно глуп, чтобы покачать чёртовой головой.
— Честно? Я не знаю, брат.
— А я знаю. Ты бы никогда не отвернулся от своего обещания. И я выбираю верить, что Фоули тоже этого не сделал.
