Читаем Сера онлайн бесплатно

— Позволь этой маленькой капле росы коснуться твоей кожи — и она заберёт твою боль навсегда, — сказал он. — «Погибель Вдовы» безопасно жевать, когда яд очищен с лепестков, а листья вымочены и высушены пару дней. Если ты не будешь глотать листья, а только жевать их, всё будет в порядке. Но я привёл тебя сюда не ради урока по растительной медицине. Я хотел показать тебе, что иногда самые красивые вещи — самые смертоносные. Платье не сделает тебя слабой. Оно не сделает тебя уязви—

— Помогите! — дрожащий крик прорезал музыку.

В одно мгновение Фишер выхватил Нимерель и начал сканировать толпу, пытаясь найти источник крика.

— Боги! Что—что происходит?

За ближайшим столом один из высококровных мужчин склонился над своей тарелкой и содрогался; из его рта хлынул густой поток зловонной чёрной крови. Она текла и из его глаз. Стекала из носа и ушей.

— Помогите! — мольба раздалась снова, теперь с другой стороны зала.

И снова — уже у нас за спиной. — Пощадите! Пожалуйста!

Рыжеволосая женщина в королевском синем платье рухнула на колени, изо рта у неё хлынула кровь, и она распласталась на обсидиановом полу, содрогаясь в судорогах.

Фишер с широко раскрытыми глазами оглядывал происходящее в неверии.

— Что, во имя всех богов, здесь творится? — прошептал он. — Это… это было в дневнике?

— Нет! Нет, там было сказано назвать Фоули Лордом! Там не было ни слова об этом!

Слева и справа высококровные начали извергать кровь, заливая свои изысканные наряды алым. Мужчины и женщины — все падали, дрожа, цепляясь пальцами за пол, их окровавленные глаза закатывались.

Вскоре почти все вампиры в зале корчились на земле. И посреди них стоял Таладей, возвышаясь над ними, словно сереброволосый вестник смерти.

— Братья и сёстры! — воззвал он. — Пришёл ваш суд!

— Какого чёрта? — прошипел Фишер.

— Ваша прожорливость стала вашей погибелью! Добро пожаловать в вашу окончательную смерть! Но кто я такой, чтобы лишить вас последнего шанса на искупление? Слуги, на которых вы так жадно пили сегодня вечером, идут по залу со стеклянными флаконами. Возьмите флакон и проглотите его содержимое — и вы пройдёте через мучительное превращение. Нет, не превращение. Вы будете возрождены — возвращены к жизни, к своим фейским телам, где вам предстоит столкнуться с ужасом того, во что вы позволили себе превратиться! Откажетесь от флаконов — и отправитесь вместе со мной к другим демонам в ад, без промедления!

— Что, чёрт возьми, он сделал? — Фишер рванулся к Лорду, перешагивая через поверженных высококровных. Я была прямо за ним, мой разум кружился от картины, разворачивавшейся перед нами.

— Тал! Тал, ты с ума сошёл? — Фишер схватил Лорда и встряхнул его. — Что это такое?

— Это то, что следовало сделать давным-давно. Они никогда не изменились бы, Фишер, — сказал он. — Они на это неспособны. Зло до мозга костей. И я не собирался взваливать это на твои плечи. И на тебя тоже, Саэрис, — его взгляд нашёл мой. — Я сделал тяжёлый выбор, чтобы вам обоим не пришлось этого делать. Это был мой последний поступок как Лорда Полуночи. Теперь я пойду расплачиваться за грехи, которые совершил.

Мы должны были заметить бокал в его руке. Мы должны были остановить его, прежде чем он опрокинул в себя вязкую, тёмно-красную кровь. Мы в ужасе смотрели, как Тал глотает — то, что было в бокале, оказалось куда большей дозой, чем то, что досталось другим высококровным. Для него не было никакой задержки. Кровь выступила у него в глазах и потекла из носа, сразу же начав действовать.

— Скажи Эверлейн… что я… прости, — сказал он.

Он рухнул на пол и начал биться в судорогах.

Глава 39.

СУД

САЭРИС

Чёрное.

Вонючее.

Мерзкое.

Кровь на полу была толщиной в дюйм и скользкая, как ад. Я едва удерживалась на ногах, мчась к слуге, который наклонился и прижимал что-то к губам высококровной женщины. Её глаза вспыхнули безмолвным упрёком, когда она оттолкнула его руку, отвергая спасение, которое он ей предлагал, даже захлёбываясь в гнилой крови, что сама же и украла.

— Давай сюда, отдай мне! — Я протянула руку, ожидая, что слуга передаст мне флакон из кожаной сумки, которую нёс, но он покачал головой.

— Не для него, — сказал он. — Он велел нам не давать.

— Мне плевать, что он тебе велел.

Я вырвала сумку и развернулась туда, где на полу бился и дёргался Тал… но Фоули уже был рядом, просовывая пальцы между зубами Таладея.

— Справедливо… теперь отвернись, — процедил он. — Я сказал ему, что не хочу возвращаться вампиром. Ну а теперь у него выбора нет. Он вернётся феем, нравится ему это… или нет!

Таладею это не нравилось. Он ярился и плевался, но в конце концов Фоули вдавил прозрачное содержимое одного из флаконов ему в горло и массировал шею, пока тот не проглотил.

Вампир перестал извергать кровь… но вместо неё изо рта пошла отвратительная белая пена, вспухая пузырящейся лужей на полу. Я не могла решить, что хуже.

На залитом кровью полу лежали и другие, с пеной у рта. Не так много, как я ожидала. Один из восьми высококровных? Нет, меньше. Один из десяти сделал выбор — жить и столкнуться с последствиями своих лет в Аммонтрайете.