Читаем Моридун онлайн бесплатно
Моридун начинал жизнь в качестве поселения при лагере легиона, и остался таким же деловитым и внимательным: кто не таков, того быстро чем-нибудь займут, да проследят, чтобы не увильнул. Моридунец что солдат: должен быть занят, иначе натворит такого… Здесь каждый всё знает, все на виду: от уличного подметалы до Защитника, тут за чужими спинами не спрячешься. Впрочем, «осмотреться по сторонам» здесь тоже считается занятием. Любой случай несёт возможность! Даже отлетевшее у ломовой телеги колесо. А уж поймавший крупную форель рыбак, чужеземный корабль с необычными парусами или не сумевшие разъехаться тележки продавцов копчёной скумбрии и горохового супа — и подавно. Здесь живут люди, готовые не только снять ради соседа последнюю рубаху и рискнуть головой, но и беззастенчиво до наглости потребовать потом награды за подвиг. Это здесь отобранные у богачей поместья не порезали на мелкие участки, а назначили управляющих — вроде Кейра! — и делят прибыль, вместо того, чтобы голодать на скудных полосках, которые по отдельности, вот шутка, могут прокормить в семь раз меньшее население, чем взятые вместе. Здесь сами решают, сколько монет оторвать от семей на городские нужды. Здесь Защитник лается с советом, и если кто зарывается — граждане суматошно бегают по улицам, запирают лавки, а служители божьи, что потеряли божий страх, разом покидают страну. Из соображения сохранения здоровья, не иначе.
Таков город, населённый ветеранами. Здесь каждый, сам того не замечая, шагает в ногу с невидимым строем.
Вот именно по восточному предместью такого города бодро и целеустремлённо шагало волшебное существо: треугольные уши подрагивали, ловя непривычные звуки, подошвы размеренно стучали по брусчатке, волосы развевались боевым стягом. Вслед сиде пялились распахнутые глаза, выворачивались шеи. Любые дела, что можно отложить, шли побоку. Бросай всё, ступай следом! Иногда — потратив мгновение-другое, чтобы привести себя в приличный вид или прихватить оружие. Без кинжала моридунцу, что без туники.
Заодно можно и обсудить видение с другими любопытствующими.
— Уши-то, уши… Ух как она ими может!
— Только с пращой?
— Неа, под сумкой для пуль что-то мелкое. И такой рукояти я прежде не видал…
— А сапоги?
— Всё равно одноцветное платье — больно уныло.
— Лорика хамата, амуниция подогнана в тютельку, плащ под мешком сложен дельно. Но — всё необмятое!
— За такие волосы убить можно…
Вот и восточные ворота. Над ними среди местного камня красуется мраморная плита с выпуклыми буквами: VICTORIBUS LEGIONIBUS ROMANIS. Вот что-что, а помпезность римляне любили. Ворота — гордость города. В них могли бы разъехаться две большие колесницы, но это не двойная арка — а одна, огромная, точно через дорогу мост перекинули. Над ней сурово смотрят вниз бойницы надвратных башенок. Фэйри восхищённо покрутила головой. Верно, первый раз в таком большом городе! Левое ухо дёрнулось, точно пчелу отогнала. Решительно подошла к стражнику. Что-то спросила. Тот обалдело кивнул, махнул рукой вдоль самой широкой улицы города.
Там, вдалеке — форум.
Что деве холмов нужно на форуме? День обычный, там просто рынок.
Дома вдоль главной улицы стояли, как шеренга ветеранов — небогатые, но крепкие. Старики, что, сидя в двойных креслах у порогов собственных домов, наслаждались тёплой погодой, уже пялились на пришелицу, да негромко обсуждали редкое явление.
Что именно сиды, знали уже все.
Какой-то идиот истошно выкрикнул с крыши входного портика: «Сида на форуме!», и торговцы с покупателями замерли, будто окаменели. Не все. Один из ветеранов в поношенном, не по погоде тёплом сагуме поднял бровь и скептически заметил:
— Дожили. Перед холмовой девчонкой строятся скорей, чем перед префектом легиона…
Луций Нератий выслушал торопливый доклад брата Марка. Как же не хватало привычного викария! Увы, своего заместителя глава миссии престола Святого Петра в Диведе, Валентии и всей Британии отослал в Рим — с добрыми вестями и за новой верительной грамотой. Что поделать, в предыдущей умники из папской канцелярии написали, что приор Нератий есть глава миссии в Дивед и весь Валлис. Показывать местному королю кусок телячьей кожи, на которой его землю назвали вражеской кличкой, Луций не стал, ума хватило. Спасибо, заранее показал переводчику-бретонцу. Тот сперва проржался — и с его тяжёлым подбородком и длинным лицом был особенно похож на коня. Потом объяснил, в чём дело. Добавил:
— Много же у тебя, святой отец, врагов в высоких местах.
Друзья, и не по счастью, а по трудам неустанным, тоже есть. К ним и пришлось направить лучшего соработника, а пока он не вернётся обходиться… ну, кем есть. Брат Марк, например, вовсе неплох — как диакон. В вере твёрд, к ересям нетерпим, голос — пусть не труба иерихонская, но пламя свечей колеблет и паству пробирает до печёнок. Для миссии к простоватым варварам — прекрасно, только местные ничуть не глупей италийцев или греков. Правда, хитринка у них какая-то своя. Они сами бы сказали: малость вывернутая.
