Читаем Моридун онлайн бесплатно

Ушёл в свой кабинет, хоть немного ещё поработать с отчётами и счетами, сам досточтимый Давид. При этом буркнул, что пора Кейра простить и допустить в дом, а то ужин без гостей в девичник превращается. Глэдис вздохнула — и привычно, движением брови, увела за собой полудесяток дочерей.

Нет. Поредевший полудесяток.

Эйлет, дочь в плаще с таблионом, осталась со свитой сиды. А ведь Анна её мамашу не проклинала, даже вслух ничего не пропела — а вот, уже сбывается. Немайн, выходит, просто самим присутствием передаёт немного силы. Ну, от того, что девица посидит с подругами и послушает сиду, ничего дурного не случится. Нужно только впредь быть более осторожной.

Эйлет поймала взгляд, пожала плечами.

— Что мне там делать? Вышивать?

Вскинула подбородок совершенно немайновским движением, зашагала со всеми к бывшему императорскому кабинету, сейчас служащему комнатой Немайн, но у двери притормозила и пропустила Анну вперёд. Как и должно.

Эйлет может быть более титулованной, Ангарат — первой подружкой, Вивиана — сестрой-воительницей. Только они все чьи-то. Первый две — дочери отцов, третья — воин Защитника.

Одна Анна ни от кого, сама пришла, от себя лично. Она для Немайн целиком своя.

Кресло у Немайн всего одно, но пол тёплый — нет, его не топили, не зима, просто вечером закрыли заслонки, не пуская холодеющий вечерний воздух к нагревшимся за день керамическим трубам, ну а ковры и подушки Моридун вывозит. Они хорошие и их много. Ожидая вечернего разговора, сида попросила дочерей досточтимого Давида превратить бывший императорский кабинет в беличье гнёздышко: чтобы мягко, тепло, без обид и спора за места. Всё сделали, да ещё и горячий кувшин с травяным отваром оставили. Анна чуть принюхалась. Ромашка, сушёные ягоды тёрна и шиповника, и чуть заметный дух мёда. Да, почтовые служители расстарались.

— Устраивайтесь, дамы, — сказала Немайн. — Вот правда, совершенно не ждала, что доведётся собрать чисто женскую компанию.

Вивиан отцепила ножны от перевязи, аккуратно пристроила меч на пустую столешницу, словно задавая тему разговора.

Ангарат, как самая шустрая, и подушку себе подгребла первой, и в шерстяные покрывала завернулась — и сразу перешла к обвинениям.

— У тебя длинней! — она ткнула пальцем в меч, едва уместившийся на диагонали стола. — А для Немайн что, длинного пожалели? Или не осталось?

— Язва ты. — констатировала Вивиан. — Она сама выбирала. Ещё и из простейшего дела, приобретения дорогой вещи при свидетелях, устроила то ли языческий ритуал, то ли политическое действо.

Ангарат встречными обвинениями сбить с курса нельзя. Похоже, риторику она понимает как военное искусство, и применяет с изяществом стенобитного тарана.

— Из семи коротких! Я сама видела!

Немайн налила в расписную чашу из белой корнуолльской глины ароматный напиток, протянула ей.

— Вот недостаток любого публичного действия, включая самые важные ритуалы: публика поймёт не так. Ангарат вот поняла так, что то ли меня обделили, то ли страна на оружие оскудела. Что не так.

Девочка насупилась.

— Я — не публика! Я дочь начальника оружейной фабрики! Я росла среди клинков, пока меня деньги считать не загнали! То, что тебе предложили, очень достойно по металлу и работе, но одной длины. Довольно короткое. Пехотные клинки, Флавия Немайн.

Немайн уселась на подушку, точно на стул. Анна улыбнулась этому непринуждённому проявлению древних привычек: римляне-то приучили всех, коли уж дадут ковры да подушки, возлежать.

— Спасибо, что защищаешь меня, Ангарат филиа Лорн. Только длину я выбрала сама — внизу, в оружейной при дворцовых складах. Мне нужен не пехотный меч или всаднический, а свой. Тот, что будет по росту, по руке и по душе. Да и вообще, не женское это дело, длиной клинков мериться.

Ангарат кивнула. Теперь она хорошая и спокойная — пока не найдёт новую цель для своего словесного тарана.

Зато Вивиан осталась раззадоренной. Как же, её ненаглядного Клотена погладили против шерсти, не всё случилось, как он задумал!

— Может, тогда ещё скажешь, зачем устроила из простой церемонии то ли камлание, то ли проповедь?

Анна затаила дыхание. Смотреть, слушать, запоминать — хорошо. Только пора ей всё-таки показать себя, и показать полезно. Пока вот, хотя бы, на уровне чернявой. Ангарат маленькая ещё, глупая? Только это быстро пройдёт, и Немайн видит на её месте будущую соратницу: искреннюю, верную и не без соображения. Надо ей показать, что она уже имеет одну такую.

— Наставница, — сказала Анна, точно на школьном уроке. — Можно я отвечу?

Сида кивнула.

— Нужно.

Сказала, как печать наложила. Потом, правда, с улыбкой сунула в руки чашу с отваром. Сначала Анне, потом Вивиан. Верно, ромашка немного успокаивает, кислинка терна и шиповника бодрят, а мёд всё облагораживает и придаёт сил. Ну, насколько его положили, настолько и придаёт.

Анна приняла чашу, чуть просмаковала, как тепло растекается по рукам, и начала говорить.