Читаем Моридун онлайн бесплатно
— Ну вот уродилась, — пожал плечами почтовик. — Верно, и впрямь озёрные в роду были. Вот её и сплавили нам. Считают, что у нас жизнь полегче. Я к чему? Бывают люди, что на холмовой народ просто похожи. Ну и что такое красота по-римски? Длинное лицо, большие глаза, маленький рот. Добавь к этому уши…
Екатерина только отметила, что она со своей пастью в эти понятия о римской красоте не попадает, как тот продолжил:
— … а ты бы лучше сошла за ирландскую сиду, чем та рыжая и мелкая. Да и ездишь в сидовской посадке.
— Это как? — Екатерина искренне считала, что ездит обычно, в мужском седле.
— А так. Когда дама садится в мужское седло в платье, а выглядит всё равно прилично, это оно и есть.
Осталось задуматься, но в пути думать особо некогда: нужно править конём. Тут и пожалеешь, что не выбрала колесницу с возничим! С другой стороны, верхами быстрей. Вот и следующая станция, следующий разговор — на этот раз с почтовиком, что переносил вьюки на новую лошадь.
— У тебя там, светлейшая, камни?
— Нет, свинец.
Почтовик засмеялся — а Екатерина, между прочим, правду сказала. Денарии Диведа в основном из свинца и состоят. А ходят всё равно почти как полновесные. Как такое плучается, ей объяснил Клотен.
— Пока я ими налог принимаю, как полновесными, цену они иметь будут. Больше того, раз они малость дешевле, их с руками оторвут! Просто, чтобы заплатить казне меньше. Больше того, что человек сунет в копилку? Старинное серебро или африканскую монетку. А мои «чёрные» денарии бегают по рукам, истираются… И пусть их. Свинца не жалко, зато люди к ним привыкли и знают, что хотя серебра в них много меньше, чем положено, купить на них можно почти столько же, что и на полноценную монету с востока.
Денарии нужны были, чтобы оттенить подарок. Тунец считается грубоватой едой, треска, которой нет в римском море, и вовсе варварской, зато макрель хороша для всех: её, помнится, сам Цезарь удил. Рыба, которую везёт Екатерина — из её новых коптилен, а денарии — доля сюзерена в небольших пока налогах с растущего промысла. Золота на левобережье почти не видно, а медь… Медь ценней свинца, и именно её откладывают на чёрный день, приберегают для контрабандного торга с иноземцами и зарывают в землю. Лошадь под налог, лошадь под рыбу, лошадь под наряды — не пропитываться же лучшему платью рыбным духом? Ещё компаньонка, секретарь и охранник. Вот и вся свита. С этим и придётся изображать помпезность при въезде в город.
Ушастая же, говорят, в Моридун пришла одна, с мешком за плечами — только смотрелось это не нищенской сумой, а чем-то вроде солдатской фурки. И ничего, заметили! Сходу — диспут со священниками римской миссии, выбор в качестве менялы городского казначея, обвинение в похищении детей и оправдание, ужин с заметными в городе людьми, вмешательство в семейные дела начальника дорог…
Кстати, в пользу местной старины, а не римского обычая. В империи должности, кроме императорской, не наследуются, зато бритты и ирландцы считают нормальным, когда род держит какую-то службу — бывает, что и в нескольких королевствах. Ну, королевства маленькие, одного на всех не хватает, а потом, случись война, родичам друг друга убивать приходится. Потому что исполнение долга важней для рода, чем жизнь одного из членов. Откуда бы римлянке издалека и знать-то такое?
Кейндрих перехватила повод левой рукой и подняла правую. Загнула первый палец, учтя только что обдуманное.
Сиды должны быть высокими и стройными — до болезненной худобы. Пришелица не такова, но её узнают как сиду. Больше того, как древнюю богиню войны. «Та самая Немайн», которая всех уверяет, что не «та самая» — чем только подтверждает их убеждённость.
Ещё палец за сиду.
Что она там дальше натворила? Коллегия механиков ей поклонилась? Было бы аргументом в пользу константинопольского образования, если бы Екатерина не знала подноготной коллегии: её костяком был и остался род крещёных друидов. Могли они поклониться крещёной богине? Ещё как. Кого она взяла в ученицы? Ведьму из этого же рода.
Ещё палец за сиду.
Остальные деяния Немайн в Моридуне ложились в строку, как мили — под копыта лошадей.
Летающая волынка? Вот зачем бы образованной римлянке этакая… и слов-то других не подобрать… Хрень!
Обретение клинка? Больше того, освящение клинка? Явные старинные ритуалы, только церковь, вместо того, чтобы с пеной у рта обличать язычество, не просто, морщась, попускает — участвует.
Екатерине до такого воздействия на людей, как ни печально это признавать, далеко. Тут действует политик с божественным дарованием.
И ни одного пальца против.
Сида. Скорее всего — та самая.
Немайн, ужас битвы, стылый ветер, хладные воды, шелест яблони и ольхи…
