Читаем Моридун онлайн бесплатно
Молчание стало неловким. Немайн принялась поправлять растрепавшуюся косу. Красные пряди, недавно туго заплетённые, упрямо выскальзывали наружу, будто бунтовали против порядка, который пыталась навязать им сида-императрица. Теперь её быстрые пальцы споро подавляли бунт, загоняли непослушные локоны внутрь плетения. Клотен ещё раз отметил, какие тонкие у Немайн пальцы — рукоять её меча окажется совершенно несподручной для кого угодно другого.
— А что за два секретных оружия ты держала про запас? — спросила Екатерина.
— А, это… — Немайн поскучнела. — Первое — вот.
Она отвернула ворот и достала рубиновую печать на цепочке.
— Хорошо, что не пришлось его показывать.
— А второе?
Сида подняла бровь и в упор посмотрела на Клотена.
Тот чуть закатил глаза.
— Августа, ушастая сида, богиня… но в первую очередь женщина. Всё надеется, что мужчина поймёт её танцы и ужимки.
— Мы такие, — подтвердила Екатерина. — Мы продолжаем надеяться.
Немайн пожала плечами.
— Но ты-то понял?
— Я Защитник, мне положено. Вторым тайным оружием был я. Спасибо, что не применила.
— Повезло.
Клотен чуть удивился.
— Мне казалось, ты контролировала ситуацию от начала до конца. Это не просто везение…
Сида перебила его.
— Екатерине повезло.
Клотен захохотал. Всё-таки она его выставила мужчиной, которому не понять…
Под его смех Немайн заставила себя подняться из объятий кресла и спуститься вниз, к камням мостовой и растущим теням зарождающегося вечера. День угасал, а дел у неё оставалось невпроворот.
Сначала был притихший после её танца форум. Торговцы занимали места — часто наследственные, даже если на брусчатке форума было запрещено строиться, право развернуть на кусочке площади лёгкой лоток или прикатить тележку оставалось, его признавал суд и защищали вигилы. Немайн погрузилась в знакомую любому горожанину суету, слегка поджав уши от неистребимого рыночного галдежа. И всё-таки это не был неистребимый сумбур востока — римляне даже на рынке оставались римлянами, так же, как местный песчаник, сколько ни полируй его подошвами башмаков и сапог, остаётся малость шершавым.
Никакого хаоса — регламент сжимал палатки и лотки в строгие ряды, повторяющие прямоугольную планировку города вокруг. Сине-серые форменные плащи вигилов упорядочивали движение, и временами казалось, что сморгни — и увидишь, как толпа покупателей начнёт шагать в ногу с патрулём. Здесь был не хаос дикой закваски — направленный кровоток. Форум оставался сердцем города, и он методично перекачивал по торговым рядам человечков, которые потом растекутся по венам и артериям больших улиц, просочатся в капилляры переулков, растащив по резиденциям коллегий, зажиточным и благопристойно бедным домам всё, что нанесла на форум округа. Лишнее не пропадёт, выплеснется в предместья, ближние и дальние деревни, брызнет на синеющие над городом гряды холмов.
Трюмы кораблей и караваны ломовых телег заполняют в других местах.
Самое хорошее на рынках-форумах римского типа — на них трудно совсем уж заблудиться. Всегда можно сориентироваться по крышам входных портиков, башенке храма, китообразной туше базилики, которая в солнечный день ловит своими окнами солнечные лучи, подмигивает на все стороны искрами и вспышками, в пасмурный — нависает ещё одной предгрозовой тучей.
Сейчас Немайн интересовал ряд с готовой одеждой. Она ведь собирается в путешествие, и не просто пролететь с курьерской подорожной по одной из последних римский дорог, не замечая ничего по сторонам, и падая почти замертво в казённые постели на станциях. Немайн желает не мельком мазнуть взглядом по обочине, но действительно хоть немного узнать людей и страну. При этом выглядеть очень уж волшебным существом или непристойно богатой чужеземкой не хотелось: что они увидят? Холмы да реки, и те покажутся по-другому! К счастью, у неё есть вполне официальный статус, не настолько высокий, чтобы люди внизу казались муравьями, но и не настолько низкий, чтобы уже её кто-то мог надеяться безнаказанно раздавить башмаком.
Сида намеревалась вовсю использовать образ центуриона баллистариев в отпуске. Вообще-то в Диведе налог одеждами государство получало централизованно, от гильдии ткачих, и так же проявляло дополнительную к жалованию щедрость, выдавая рядовым и командирам положенные одежды в положенные сроки, но… Сказывалось, что диведцы, сколько бы ни оставались бриттами, ирландцами или сарматами, прежде всего стали римлянами. А уж кто, как не римляне, любили покрасоваться!
Кто придумал сделать перевязь для спаты чуть не во всю грудь шириной — похоже, лишь для того, чтобы украсить её огромными бронзовыми или латунными бляхами, тиснением и изящными вырезами.
