Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно

Он едва её знал. Несколько месяцев на одном корабле – это немного. Разговоры за едой, медицинские осмотры, случайные встречи в коридорах. Она была коллегой. Членом экипажа. Не более.

Но через три года он умрёт за неё.

Значит – что-то изменится. Между сейчас и тогда. Что-то, что сделает её… чем? Кем?

Томас открыл глаза. Посмотрел на фотографию на столе – Элиза, Даниэль, он сам, молодой и наивный.

Он любил Элизу. Когда-то. Любил так, что женился, завёл ребёнка, пытался построить нормальную жизнь.

А потом – космос. Звёзды. Полёты, которые были важнее всего остального.

Он выбрал работу. Выбрал небо. Потерял семью.

И вот теперь – через тридцать лет – он выберет снова. Только на этот раз выберет человека. Конкретного человека. Лену.

Выберет её жизнь вместо своей.

Почему?

Ответ был один. Единственный, который имел смысл.

Он полюбит её.

Где-то между сейчас и тогда – между этим кораблём и «Икаром» – он влюбится в Лену Ортис. Достаточно сильно, чтобы умереть за неё.

Мысль была… странной. Нереальной. Как будто кто-то другой написал сценарий его жизни, а он просто читал.

Он полюбит. Потеряет. Умрёт.

И всё это – уже решено. Записано на поверхности сферы за Плутоном. Неизменно.

Или нет?

Томас не спал до рассвета.

Он сидел в каюте, смотрел на экран с марсианскими скалами и думал.

О Лене. О «Икаре». О выборе, который сделает через три года.

Каталог показал ему будущее. Но не объяснил – почему.

Почему он будет на «Икаре»? Он мог не соглашаться на этот рейс. Мог уйти на пенсию. Мог…

Но он согласится. Каталог так сказал.

Почему Лена будет вторым пилотом? Она врач. Не пилот. Но через три года – будет на мостике грузовика.

Почему он останется снаружи капсулы? Он мог войти вместе с ней. Мог успеть. Мог…

Но не успеет. Или – выберет не успеть.

Каждый вопрос вёл к одному ответу: потому что так записано.

Но это не было ответом. Это было – отказом от ответа. Капитуляцией перед неизбежностью.

Томас не любил капитулировать.

Тридцать лет в космосе научили его одному: всегда есть выход. Всегда есть шанс. Даже когда кажется, что всё потеряно – остаётся один манёвр, одно решение, одна возможность.

Но здесь… здесь он не видел манёвра.

Он мог отказаться от «Икара». Не брать этот рейс. Остаться на Земле, на Марсе, где угодно – только не на том корабле.

Но тогда – что? Лена всё равно будет там. Пожар всё равно случится. И кто-то другой… или никто… останется за штурвалом.

Тринадцать человек погибнут вместо одного.

Томас думал об этом. О цифрах. О том, что его смерть – цена спасения двенадцати других.

Это было… справедливо? Правильно? Он не знал нужного слова.

Но он знал одно: он не мог позволить этим людям умереть. Не мог – зная, что мог их спасти.

Это было в его природе. В том, кем он был.

Капитан. Пилот. Человек, который остаётся последним.

За завтраком он сидел напротив Лены.

Она выглядела усталой – тёмные круги под глазами, бледная кожа. Что-то произошло с ней в последние дни. Что-то, что забирало силы.

Он не знал – что. Не спрашивал. У каждого здесь были свои демоны.

Но теперь – глядя на неё – он видел не просто коллегу. Видел женщину, за которую умрёт.

Странное чувство. Как смотреть на незнакомца и знать, что он изменит твою жизнь. Что он завершит твою жизнь.

– Томас?

Он вздрогнул. Лена смотрела на него – внимательно, с той профессиональной заботой, которую он видел у всех врачей.

– Что?

– Ты в порядке? Ты смотрел на меня уже минуту.

Он отвёл глаза. Слишком быстро – и она заметила.

– Не выспался, – сказал он. Голос вышел хриплым. – Много думал.

– О чём?

О тебе. О том, как ты будешь смотреть на меня, когда я вытолкну тебя в капсулу. О том, что ты скажешь – или не скажешь – в последнюю секунду.

– О работе, – соврал он. – О Горизонте. О том, что мы нашли.

Лена кивнула. Поверила – или сделала вид, что поверила.

– Мы все плохо спим, – сказала она. – Это… нормально. Учитывая обстоятельства.

– Нормально, – повторил он. Слово звучало пусто. – Да.

Она вернулась к еде. Он смотрел на неё – украдкой, стараясь не попадаться.

Тёмные волосы, собранные в хвост. Карие глаза – тёплые, внимательные. Руки хирурга – изящные, точные в каждом движении.

Он мог представить, как любит её. Мог представить – почти – как это чувствуется. Просыпаться рядом. Видеть её улыбку. Знать, что она – его.

Но он не любил её. Ещё нет.

И знание того, что полюбит – не делало это легче. Наоборот – делало странным, вывернутым наизнанку.

Как любить кого-то, зная, что эта любовь тебя убьёт?

Как начать любить – зная конец?

После завтрака он вышел на мостик.

«Прометей» висел на орбите Горизонта – неподвижный, как камень в потоке. За обзорным окном – чёрная сфера, отражающая звёзды.

Томас сел в кресло пилота. Привычное место. Тридцать лет он сидел в таких креслах – на разных кораблях, в разных секторах, но суть была одна.

Контроль. Ответственность. Решения, от которых зависели жизни.

Он любил это. Любил чувство штурвала под руками. Любил знать, что корабль слушается его – каждое движение, каждая команда.

Через три года он будет сидеть в таком же кресле. На «Икаре». С огнём за спиной.

И он не отпустит штурвал.

Потому что капитаны не отпускают.