Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
Она смотрела на цифры.
Квантовая подпись? Что это значит?
Лена перечитала сообщение. Раз. Другой.
Она отдала часть себя. Пять процентов – чего? Сознания? Души? Информации, которая делает её
За что?
За три запроса. Диагноз. Лечение. Биография Вернера.
Она не прочитала статью. Не узнала механизм. Не украла чужую судьбу.
Но она заплатила.
Пять процентов себя – за право узнать, что она умрёт. За право увидеть имя человека, который её не спасёт.
За право
Лена вернулась в медотсек на рассвете.
Её руки дрожали – снова. Хуже, чем раньше. Она села в кресло, уставилась на экран с биометрией экипажа и попыталась работать.
Не получалось.
Мысли возвращались к тому, что она узнала. К цене, которую заплатила.
Пять процентов. Это много? Мало? Она не знала. Не понимала, что это значит на практике.
Она чувствовала себя так же, как раньше. Те же мысли. Те же воспоминания. Та же личность.
Но что-то – пять процентов чего-то – теперь было на поверхности Горизонта. Навсегда.
Часть её. Застывшая в зеркале.
Лена закрыла глаза. Попыталась думать рационально. Разложить проблему на компоненты.
Факт первый: чтение Каталога имеет цену. Не метафорическую – реальную. Измеримую.
Факт второй: цена необратима. То, что потеряно – потеряно навсегда.
Факт третий: она уже заплатила. Пять процентов. За информацию, которую решила не использовать.
Это было… ирония? Трагедия? Она не могла определить.
Она заплатила за право отказаться.
В 08:00 пришла Аиша.
Физик выглядела такой же измотанной, как Лена себя чувствовала – тёмные круги под глазами, взъерошенные волосы, кофе в руке.
– Ты рано, – сказала она, заглянув в медотсек. – Или поздно?
– Не спала, – ответила Лена. Это было правдой.
Аиша кивнула – понимающе, без расспросов. Они все не спали. Все справлялись как могли.
– Я буду в лаборатории, – сказала она. – Если что-то нужно…
– Аиша, подожди.
Физик остановилась в дверях.
Лена колебалась. Рассказать? О том, что она сделала ночью? О цене, которую обнаружила?
Но это означало признаться в нарушении приказа. В личных запросах. В…
– Есть кое-что, – сказала она наконец. – Насчёт Каталога. Насчёт цены.
Аиша нахмурилась.
– Какой цены?
Лена встала. Подошла к ней ближе.
– Когда я… когда человек отправляет запрос, – она запнулась, подбирая слова, – что-то происходит. С наблюдателем. Квантовая подпись меняется.
– Откуда ты…
– Я видела сообщение. На экране. – Лена не уточнила, когда именно. Не уточнила, что делала ночью. – Каталог сообщает об изменениях. Минус пять процентов. Необратимо.
Аиша молчала. Её лицо изменилось – от усталости к напряжению, от напряжения к пониманию.
– Часть квантовой информации, – произнесла она медленно, – интегрируется в структуру записи. – Это было не вопрос. – Это… это имеет смысл. С точки зрения голографического принципа.
– Имеет смысл?
– Горизонт – голографическая граница. Информация кодируется на поверхности. Когда мы взаимодействуем с ним – когда задаём вопросы, получаем ответы – мы становимся частью системы. – Аиша потёрла лоб. – Как… как записывающее устройство. Оно не просто читает – оно копирует. Оставляет след.
– След чего?
– Нас. – Аиша посмотрела на неё. – Наших… сознаний? Личностей? Я не знаю точно. Но это объясняет, почему Горизонт показывает разное разным наблюдателям. Он взаимодействует с нами на квантовом уровне.
Лена молчала. Она думала о пяти процентах, которые теперь навсегда застыли на поверхности сферы за Плутоном.
Часть её. Там. Среди записей о будущем.
– Сколько? – спросила она.
– Что?
– Сколько можно потерять? Прежде чем… – Она не закончила. Не хотела заканчивать.
Аиша покачала головой.
– Я не знаю. Нужно исследовать. Нужно… – Она замолчала. – Ты видела сообщение. Значит, ты отправляла запрос.
Это было не обвинение. Просто констатация факта.
Лена кивнула.
– Личный?
Снова кивок.
– О своей смерти?
– Да.
Аиша молчала долго. Слишком долго. Лена ждала осуждения – или сочувствия, или злости. Ждала реакции.
Но Аиша только вздохнула.
– Я бы тоже не удержалась, – сказала она. – На твоём месте.
– Элена запретила…
– Элена не знает, каково это. – Аиша говорила тихо, но твёрдо. – Сорок семь лет впереди. Ей легко быть рациональной. А нам… – Она не закончила.
Лена поняла. Они были в одной лодке – она и Аиша. Обе с короткими сроками. Обе с датами, которые уже виднелись на горизонте.
Девятнадцать месяцев для Аиши. Шесть лет для Лены.
Не так уж сильно отличалось. В масштабе человеческой жизни.
– Что ты узнала? – спросила Аиша. – Если можешь сказать.
Лена думала. Рассказать? О Вернере? О статье, которую она не прочитала? О выборе, который сделала?
– Болезнь, – сказала она. – Синдром Лейбовица-Чена. Редкое. Аутоиммунное. Неизлечимое.
– Сейчас неизлечимое?
