Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
Он посмотрел на неё. На её тёплые карие глаза, на морщинки у губ, на седую прядь в тёмных волосах. Женщина, ради которой он должен был умереть. Женщина, ради которой, возможно, умрёт – но не так, как он думал.
– Уйди, – сказал он. Голос был чужим, хриплым.
– Томас…
– Пожалуйста. – Он закрыл глаза. – Просто уйди.
Тишина. Потом – шаги, шёпот, звук закрывающейся двери.
Он остался один.
День двадцать первый. Томас вышел из каюты только к обеду – и то лишь потому, что Элена прислала Кассандру с сообщением: «Явиться в командный центр. Это приказ».
Он сидел за столом и смотрел на лица коллег. Элена – собранная, командирская. Аиша – погружённая в свои мысли, рука машинально рисует уравнения на салфетке. Маркус – подозрительный, настороженный. Лена – обеспокоенная, бросающая на него взгляды.
И Юлиан.
Юлиан был здесь. Первый раз после аварии – сидел на своём обычном месте, с забинтованными руками и свежими шрамами на лице. Он выглядел… обычно. Устало, но обычно. Как человек, который пережил трудный опыт и пытается вернуться к нормальной жизни.
Не как убийца.
Но Каталог сказал…
– Томас. – Голос Элены вернул его в реальность. – Ты слышишь меня?
– Что? – Он моргнул. – Да. Извините, командир. Задумался.
– Я спрашивала о графике дежурств. Нам нужно перераспределить нагрузку с учётом потери лабораторного модуля.
– Да. Конечно. – Он кивнул, не слыша собственных слов. – Как скажете.
Элена посмотрела на него – долго, внимательно – но ничего не сказала. Продолжила совещание.
Томас старался не смотреть на Юлиана. Старался не думать о том, что знал. Но его глаза всё равно возвращались к забинтованным рукам инженера, к шрамам на его лице.
Нет. Стоп. Не руки. Юлиан не будет душить его, не будет бить. Это будет саботаж. Удалённый, безличный. Данные, которые попадут не в те руки. Цепочка событий, которая приведёт к декомпрессии.
Это меняло что-то? Убийство – это убийство, независимо от способа.
Совещание закончилось. Экипаж начал расходиться. Юлиан поднялся – медленно, осторожно, берегя обожжённые руки – и направился к выходу.
И остановился рядом с Томасом.
– Спасибо, – сказал он негромко.
Томас поднял глаза. Юлиан смотрел на него – открыто, без хитрости. В его взгляде была благодарность. Искренняя, настоящая.
– За что? – Голос Томаса прозвучал резче, чем он хотел.
– За то, что защитил меня на собрании. Элена рассказала. – Юлиан помолчал. – Я знаю, что вы все… что вы все боитесь меня. Из-за того, что написано. Но ты встал и сказал… – Он не договорил.
Томас смотрел на него. На человека, который спас Лену. На человека, который убьёт его через восемь месяцев.
– Я сказал то, что видел, – ответил он наконец. Слова царапали горло, как осколки стекла. – Ты рисковал ради неё. Это правда.
– Но ты не веришь мне.
Не вопрос. Констатация.
Томас молчал. Что он мог сказать? «Я верил тебе, пока не узнал, что ты меня убьёшь»? «Я защищал тебя, а ты станешь причиной моей смерти»?
– Я не знаю, во что я верю, – сказал он наконец. – Но я знаю, что видел. Ты рисковал. Это реально. Это случилось. Что будет потом… – Он пожал плечами. – Это потом.
Юлиан кивнул. Не улыбнулся – его лицо было серьёзным, почти печальным – но кивнул.
– Спасибо, – повторил он и вышел.
Томас остался сидеть. Смотрел на закрывшуюся дверь, на пустой командный центр, на далёкую точку Горизонта за окном.
Ответа не было. Горизонт молчал – огромный, равнодушный, знающий всё и ничего не объясняющий.
Томас встал и пошёл к двери. На пороге остановился.
– Кассандра.
– Да, Томас Андерсен?
– Мой запрос прошлой ночью. Удали его из логов.
– Это противоречит протоколам документирования.
– Мне плевать на протоколы. Удали.
Пауза. Потом:
– Запрос удалён. Предупреждаю: копия данных сохранена в основном архиве Каталога и может быть восстановлена.
– Знаю. – Он помолчал. – И ещё, Кассандра. Если кто-то спросит, чем я занимался ночью…
– Вы были в пилотской кабине. Просматривали навигационные данные. Запросов к Каталогу не делали.
Томас кивнул. Не поблагодарил – Кассандра была машиной, благодарности не понимала – но кивнул.
И вышел.
Вечер двадцать первого дня. Томас сидел в пилотской кабине, как обычно. Руки на штурвале, глаза на звёздах. Горизонт – далёкая точка света, которая знала всё.
Он думал о Юлиане. О его словах, о его лице, о его забинтованных руках.
Он защитил человека, который его убьёт. Встал перед экипажем и сказал: «Это не поступок предателя». Поверил – или хотел поверить – в то, что будущее не определяет настоящее. Что человек – это не его предсказанные поступки, а его реальные действия.
И теперь он знал правду. Знал, что его имя – первое в списке погибших. Знал, что через восемь месяцев Юлиан сделает что-то, от чего Томас перестанет дышать.
Что теперь?
