Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
Элена встала, подошла к его койке. Он смотрел на неё – снизу вверх, как смотрит подчинённый на командира. Или обвиняемый на судью.
– Юлиан, – сказала она, – я не знаю, что будет через восемь месяцев. Каталог говорит одно. Сегодня я видела другое. Я не могу это объяснить. Не могу примирить.
– Я тоже.
– Но я хочу, чтобы ты знал: сегодня ты был частью этого экипажа. Не предателем, не угрозой. Членом команды, который рисковал жизнью ради других.
Он молчал. Потом:
– Это что-то меняет?
– Не знаю. – Элена отвернулась, посмотрела на тёмный иллюминатор, за которым висел невидимый сейчас Горизонт. – Может быть, нет. Может быть, через восемь месяцев ты сделаешь то, что записано, и всё это будет неважно. Но сейчас – сегодня – это имеет значение. Для меня.
Она не видела его лица. Но слышала, как он дышит – неровно, с усилием. И слышала, как он сказал – тихо, почти шёпотом:
– Спасибо.
Элена вернулась в командный центр под утро. За окнами – космическая темнота, пронизанная далёкими звёздами. Горизонт – невидимый, но присутствующий, как бог, который всегда смотрит.
Она села в командирское кресло и закрыла глаза.
Восемнадцатый день. Авария. Спасение. Вопросы, на которые не было ответов.
Она пережила этот день – как и должна была, согласно Каталогу. Сто один год. Ещё сорок семь лет жизни. Достаточно времени, чтобы увидеть, как изменится мир. Достаточно времени, чтобы понять – или не понять – смысл всего этого.
Привилегия. Или бремя.
Она открыла глаза и посмотрела на свои руки. Руки женщины, которая сегодня должна была умереть – и не умерла. Не потому что была храброй. Потому что знала исход.
Томас бросился в модуль, не думая о своём бессмертии. Юлиан закрыл собой пробоину, не зная, переживёт ли этот день. Они рисковали – по-настоящему, не понарошку.
А она?
Она воспользовалась своим знанием. Пошла первой, потому что знала, что выживет. Приняла решение, основанное не на храбрости, а на информации.
Это делало её хуже? Или просто – другой?
Элена не знала. Но она знала одно: она будет думать об этом ещё много дней, недель, может быть лет. Будет возвращаться к этому моменту – к аварии, к разгерметизации, к лицу Юлиана, закрывающего собой пустоту космоса.
И каждый раз будет задавать себе один и тот же вопрос.
Корабль «Прометей», дни 19-21
POV: Томас Андерсен
Руки всё ещё пахли дымом.
Томас стоял под душем уже двадцать минут, растирая ладони жёсткой щёткой до красноты, но запах не уходил. Не настоящий запах – настоящего дыма в модуле не было, только вакуум и холод, – но его мозг упрямо достраивал картину. Пожар. Огонь. То, что он видел в зеркале Горизонта восемнадцать дней назад.
Кресло пилота. Пламя за спиной. Силуэт человека, которого он выталкивает в спасательную капсулу.
Лена.
Он закрыл глаза и позволил воде стекать по лицу. Горячая вода – роскошь на космическом корабле, но после вчерашнего никто не стал бы считать литры. Они все заслужили немного роскоши. Они все чуть не умерли.
Нет. Не все. Лена чуть не умерла. Остальные просто бегали вокруг, изображая героев.
Томас усмехнулся – горько, без веселья. Герои. Он бежал по коридору, не думая ни о чём, кроме одного: она там. Она в опасности. Нужно вытащить.
Он не думал о том, что знает свою смерть. Не думал о том, что, согласно Каталогу, умрёт только через три года, на другом корабле, в другом пожаре. Не думал о своём странном, извращённом бессмертии – гарантии того, что сегодня, что бы ни случилось, он выживет.
Он просто бежал.
И рядом с ним бежал Юлиан.
Томас открыл глаза и уставился на свои руки. Красные от горячей воды и щётки. Руки пилота – широкие ладони, короткие пальцы, мозоли от штурвала. Руки, которые через три года будут держать управление горящего корабля, пока Лена уходит в капсулу.
Руки, которые вчера помогали вытаскивать её из разгерметизированного модуля. Вместе с руками Юлиана.
Он выключил воду и вышел из душевой кабины. В зеркале над раковиной отражалось его лицо – усталое, с новой ссадиной на лбу (когда успел?), с тёмными кругами под глазами. Сорок пять лет. Через три года ему будет сорок восемь. Это всё, что у него есть. Сорок восемь лет – и огонь.
Он оделся, не глядя на своё отражение.
Собрание было назначено на десять утра по корабельному времени. Командный центр – единственное помещение на «Прометее», где могли поместиться все шестеро. Хотя сейчас их было пятеро: Юлиан всё ещё лежал в медотсеке, замотанный в регенерирующие бинты.
Томас пришёл первым. Сел в своё обычное кресло – второе слева, с видом на главный экран – и стал ждать. За панорамным окном висел Горизонт, далёкая точка света среди звёзд. Отсюда он казался безобидным. Просто яркая звезда, чуть ярче остальных.
Но Томас знал, что это не звезда. Это зеркало. Зеркало, которое показало ему его смерть.
