Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
Заявка отклонена. Финансовые ограничения.
Юлиан представил: Каталина – мать, которую он ещё не знал – стоящая перед чиновником. Умоляющая. Получающая отказ.
Потому что денег нет. Потому что протокол дорогой. Потому что…
Потому что он умер за год до этого. И не мог помочь.
Семнадцать лет. Не восемнадцать, как он думал раньше. Семнадцать.
Она не дожила до совершеннолетия.
Юлиан смотрел на экран. На слова, которые описывали жизнь и смерть человека, которого не существовало.
Его дочери.
Он запросил фотографии.
Не знал, зачем. Может быть – чтобы сделать её реальной. Чтобы увидеть лицо, а не строки текста.
Ответ пришёл в виде файлов. Десятки файлов.
Юлиан открывал их – один за другим.
Первая фотография: младенец. Несколько дней от роду. Тёмные волосы, закрытые глаза, крохотные кулачки.
Он смотрел на это лицо – красное, сморщенное, как у всех новорождённых. И не чувствовал ничего.
Потом – вторая фотография. Годовалая девочка. Уже с открытыми глазами. Тёмными. Его глазами.
Она смотрела в камеру – серьёзно, внимательно, как будто пыталась что-то понять. И Юлиан…
Юлиан почувствовал, как что-то сдвинулось внутри.
Третья фотография. Три года. Девочка на фоне красных скал – марсианский пейзаж, знакомый до боли. Улыбается. Держит в руках игрушечный корабль.
Она любила космос. Корабли. Как он.
Четвёртая, пятая, шестая… Фотографии сменяли друг друга. Девочка росла – на его глазах, в ускоренной перемотке.
Пять лет – первый день школы. Рюкзак больше её самой. Гордая улыбка.
Семь лет – за партой, над какой-то схемой. Сосредоточенное лицо.
Десять лет – с наградой в руках. Научная олимпиада. Первое место.
Двенадцать лет – подросток. Уже не ребёнок. Те же глаза – его глаза – но в них что-то новое. Взрослость? Понимание?
Юлиан листал фотографии – и чувствовал, как стена внутри него рушится. Камень за камнем. Кирпич за кирпичом.
Это была его дочь. Не абстракция. Не строка в отчёте.
Человек.
Пятнадцать лет. Последняя фотография до болезни.
Она стояла на фоне заката – марсианского, красно-оранжевого. Длинные тёмные волосы. Высокая, худощавая. Лицо…
Лицо было его. Почти. Те же скулы. Тот же разрез глаз. Та же линия подбородка.
Но улыбка – другая. Мягче. Теплее.
Юлиан смотрел на неё – на эту девочку, которая была им и не им одновременно – и чувствовал…
Что?
Любовь?
Слово было странным. Неуместным. Как можно любить того, кого никогда не видел? Кого не держал на руках, не качал, не учил ходить?
Но он чувствовал это. Что-то глубокое, первобытное. Что-то, что не требовало объяснений.
Она была его. Частью его. И он…
Он готов был на всё ради неё.
На всё.
Следующие фотографии были другими.
Шестнадцать лет. После диагноза.
Она сидела в больничном кресле. Худая – худее, чем раньше. Бледная. Под глазами – тени.
Но всё ещё улыбалась. Слабо, через силу – но улыбалась.
Юлиан смотрел на эту улыбку – и чувствовал, как что-то внутри него ломается.
Семнадцать лет. За несколько месяцев до смерти.
Она лежала в кровати. Трубки – в руках, в носу. Мониторы за спиной. Глаза – полузакрытые, усталые.
Рядом – женщина. Тёмные волосы, измученное лицо. Держит её за руку.
Каталина. Мать. Его… жена?
Он не знал её. Не знал, как они встретятся. Как полюбят друг друга. Как создадут эту девочку.
Но она была там. Рядом с дочерью. До конца.
