Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно

– Ты выглядишь потерянным, – сказала Элена на третий день. Они сидели в командном центре, проверяя курс. Рутина – девять месяцев пути, автопилот справляется, но протокол требует ежедневных проверок.

– Я и есть потерянный.

– Это нормально. – Элена не смотрела на него, сосредоточившись на дисплее. – После того, что мы пережили – нормально чувствовать себя потерянным.

– Дело не в экспедиции.

– Я знаю. – Она подняла глаза. – Дело в Лене.

Томас не удивился. На корабле с шестью людьми секретов не бывает. Или – бывают, но недолго.

– Да.

– И ты не знаешь, что делать.

– Знаю. – Он потёр лицо. – В том-то и проблема. Знаю, что хочу быть с ней. Знаю, чем это закончится. Знаю – и всё равно выбираю.

– Это пугает?

– До чёртиков.

Элена улыбнулась. Тепло, понимающе.

– Я прожила пятьдесят четыре года, – сказала она. – И поняла одно: самые важные решения – самые страшные. Потому что мы понимаем их цену.

– И как вы справляетесь?

– Не справляюсь. – Она пожала плечами. – Просто живу. День за днём. Выбор за выбором. Это всё, что у нас есть.

Томас молчал. Смотрел на экран, где траектория «Прометея» уходила к далёкой точке – Земле. Девять месяцев пути. Девять месяцев рядом с Леной.

И потом – три года. И потом – огонь.

– Командир.

– Да?

– Спасибо.

– За что?

– За то, что не даёте советов.

Элена рассмеялась.

– Советы – для тех, кто не знает, что делать. Ты знаешь. Просто боишься.

– И это нормально?

– Это – человечно.

День 65

Они установили ритуал.

Каждый вечер – ужин вместе. Не в кают-компании, с остальными, а в её каюте или его. По очереди. Синтетическая еда из рационов – одинаковая везде, но вкус менялся в зависимости от компании.

Томас не знал, как это получилось. Просто – однажды она предложила, и он согласился. И на следующий день – тоже. И на следующий.

Теперь – шестой вечер подряд.

Они сидели в его каюте. Маленькое пространство – койка, стол, шкаф, терминал. Всё, что нужно пилоту. Всё, что у него было.

– Расскажи о себе, – попросила Лена.

– Что именно?

– Всё. Откуда ты. Как стал пилотом. Почему выбрал космос.

Томас отложил вилку. Посмотрел на неё – на её лицо в тусклом свете каюты, на её глаза, ждущие ответа.

– Я родился на Ганимеде, – начал он. – Спутник Юпитера. Станция «Эврика-7». Семь тысяч человек, трёхсменная работа, синтетический воздух.

– Там выросло много пилотов?

– Там не было выбора. – Он усмехнулся. – На Ганимеде два пути: шахты или корабли. Отец был механиком – чинил грузовики. Я с детства крутился рядом. К десяти годам мог разобрать двигатель с закрытыми глазами.

– А мать?

– Умерла, когда мне было семь. Рак – от радиации. Станция была старая, защита – дрянная. Много кто болел.

Лена протянула руку, коснулась его пальцев.

– Мне жаль.

– Давно было. – Томас пожал плечами. – Отец растил меня один. Научил всему – как чинить, как летать, как выживать. В шестнадцать я уже был вторым пилотом на местных рейсах. В двадцать – получил лицензию капитана.

– Так рано?

– На Ганимеде взрослеют быстро. Или не взрослеют вообще.

Лена молчала. Слушала. Её рука всё ещё лежала на его пальцах – тёплая, лёгкая.

– А потом?

– Потом – всё. – Томас откинулся назад. – Тридцать лет в космосе. Грузовые рейсы, пассажирские, исследовательские. Три аварии. Два развода. Много… много всего.

– Расскажи об авариях.

– Зачем?

– Хочу знать. – Лена смотрела ему в глаза. – Хочу знать, кто ты. Не только пилот, который умрёт за меня. Человек.

Томас молчал долго. Никто никогда не спрашивал – не так, не с таким интересом, не с такой… нежностью.

– Первая авария – «Орион-12», – начал он. – Мне было двадцать три. Рейс Земля – Марс, стандартный. Отказ навигации на подходе. Корабль начал входить в атмосферу под неправильным углом.

– Что ты сделал?

– Перешёл на ручное управление. Вывел корабль по приборам – старым, аналоговым, которые не зависели от компьютера. – Он усмехнулся. – Отец научил. Говорил: «Электроника подведёт. Руки – нет».

– Все выжили?

– Все. Тридцать два человека. Меня потом наградили – какая-то медаль, не помню какая. Пылится где-то.

– А вторая?

– «Гермес-4». Мне было тридцать один. Пожар в жилом модуле. Задымление, паника. Двое погибших – задохнулись, прежде чем добрались до скафандров.

– Ты мог что-то сделать?

– Мог. – Томас посмотрел на свои руки. – Мог быть быстрее. Мог заметить раньше. Мог… – он замолчал.

– Ты винишь себя.

– Каждый день. Тридцать лет – и каждый день.

Лена сжала его пальцы.

– А третья?

– «Селена-7». – Он поднял глаза. – Я рассказывал. На собрании, когда Юлиан…

– Расскажи мне. Не экипажу. Мне.

Томас смотрел на неё. На женщину, которая хотела знать его – настоящего. Не героя, не пилота, не человека, который умрёт за неё. Просто – его.

– Разгерметизация грузового отсека, – начал он медленно. – Трое техников внутри. Я был ближе всех к переборке. Мог попытаться их вытащить – но это означало рискнуть всем кораблём. Отсек был компрометирован, давление падало. Если бы я открыл переборку…

– Ты закрыл её.

– Да. – Томас кивнул. – Закрыл. Услышал, как они кричат за металлом. Как бьют по стене. Потом – тишина.

– И ты живёшь с этим.