Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
– Я не хочу, чтобы ты умирала, – сказал он. Слова вырвались сами – без контроля, без фильтра.
Аиша замерла. Потом – медленно, осторожно – положила руку ему на плечо.
– Я тоже, – сказала она тихо. – Я тоже не хочу.
– Тогда…
– Тогда – ничего. – Она покачала головой. – Я видела свою смерть. У доски, с формулой в руке. Это… – она замолчала.
– Что?
– Это лучше, чем я боялась. – Аиша улыбнулась. – Знаешь, чего я боялась больше всего?
– Чего?
– Что умру в постели. Старая, беспомощная, забытая. Что мой мозг откажет раньше тела. Что последние годы проведу, не понимая, кто я и что делала. – Она сжала его плечо. – А вместо этого – умру работая. У доски. С формулой. Делая то, что люблю.
– Это должно утешать?
– Это утешает меня. – Аиша отступила. – Не знаю, утешит ли тебя.
Маркус встал. Папка в руках – тяжёлая, реальная.
– Я буду скучать, – сказал он.
– Не надо. – Аиша покачала головой. – Не скучай. Работай. Это лучшая память, которую ты можешь мне дать.
– Память?
– Когда человек умирает – он живёт в памяти других. Но память блёкнет. Через десять лет ты забудешь мой голос. Через двадцать – моё лицо. Через пятьдесят…
– Я не забуду.
– Забудешь. – Она улыбнулась. – Это нормально. Это – человечно. Но работа – не забудется. Книга останется. Формулы останутся. И каждый раз, когда кто-то откроет эту книгу – я буду жить. В словах, в идеях, в разговоре, который мы начали.
– Это… – Маркус искал слова. – Это красиво. И страшно.
– Жизнь такая. – Аиша пожала плечами. – Красивая и страшная одновременно. Я только сейчас это поняла – когда осталось три дня.
Закат догорал за окном. Последние лучи – красные, тёмные – ложились на пол лаборатории.
– Аиша.
– Да?
– Спасибо.
– За что?
– За доверие. За работу. За… – он замолчал.
– За что?
– За то, что выбрала меня.
Аиша смотрела на него. Долго, внимательно.
– Я не выбирала, – сказала она наконец. – Ты сам выбрал. Когда остался. Когда спорил. Когда не сдавался, даже когда я кричала на тебя.
– Ты часто кричала.
– Я знаю. – Она рассмеялась. – Плохая привычка. Надеюсь, ты простишь.
– Давно простил.
Они стояли в сумерках – двое людей, связанных работой, временем, приближающейся смертью.
– Маркус.
– Да?
– Последняя просьба.
– Какая?
– Будь здесь. – Аиша смотрела ему в глаза. – Двадцать второго. Когда… когда это случится. Я хочу, чтобы ты был рядом.
– Я буду.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Она кивнула. Отвернулась к окну – к последним отсветам заката, к наступающей ночи.
– Тогда – иди. – Её голос был ровным. – У тебя много работы. У меня – тоже.
Маркус хотел сказать что-то ещё. Найти слова, которые всё изменят, которые отменят неизбежное, которые вернут ей девятнадцать месяцев – или девятнадцать лет – или всю вечность.
Но слов не было.
Только папка в руках. Восемьсот сорок семь страниц. Двадцать лет работы.
И двадцать пустых страниц в конце.
Для него.
– До свидания, Аиша, – сказал он.
– До свидания, Маркус.
Он вышел.
Дверь закрылась за ним.
За окном догорал закат.
Три дня спустя он держал её за руку, когда она упала.
Три года спустя он закончил книгу.
И на обложке – два имени.
Как она хотела.
Как было записано.
Как должно было быть.
Часть первая: 2143
Юлиан
Марс, Олимп-СитиНоябрь 2143 года
Мария не хотела спать.
Юлиан ходил по комнате – три шага к окну, три обратно – и качал её на руках. Маленькое тело, тёплое, живое. Шесть месяцев. Шесть месяцев назад её не существовало, а теперь – вот она. Тёмные глаза, его глаза, смотрят на него с детским любопытством.
– Тише, маленькая, – шептал он. – Тише. Папа здесь.
За окном – марсианский закат. Небо – розовое, переходящее в фиолетовое. Олимп-Сити раскинулся внизу: купола, башни, огни. Два миллиона человек – больше, чем на любой другой планете, кроме Земли.
Его дом. Теперь – их дом.
Мария зевнула. Глаза начали закрываться – медленно, неохотно. Борьба со сном, которую она проигрывала каждую ночь.
– Вот так, – прошептал Юлиан. – Спи.
Он положил её в кроватку. Осторожно, как хрупкий механизм, который боялся сломать. Она вздохнула, повернулась на бок, затихла.
Юлиан стоял над ней. Смотрел.
Год назад он не знал, что она будет существовать. Знал только – из Каталога – что она родится, заболеет, умрёт. Знал дату. Знал цену, которую должен заплатить, чтобы она выжила.
Теперь – не знал ничего.
И это было лучшее, что у него было.
Кабинет примыкал к детской. Маленькая комната – стол, терминал, стена, увешанная распечатками. Формулы, графики, схемы. Синдром Кейна-Масуды.
Юлиан сел за стол. Экран ожил – данные, которые он анализировал уже месяцы. Генетические маркеры. Биохимические пути. Возможные точки вмешательства.
Он не был врачом. Не был биологом. Был инженером – человеком, который чинил системы. Но синдром Кейна-Масуды тоже был системой. Сломанной, но системой. И он учился её понимать.
Каталог показал ему статью. Его собственную статью, 2152 год. Девять лет в будущем. Он нашёл лечение – или найдёт. Но
Теперь он создавал эти детали сам.
Терминал мигнул – входящее сообщение. Юлиан открыл.
