Читаем Каталог горизонта онлайн бесплатно
Или может быть – и эта мысль была самой тревожной – Горизонт показывает то, что хочет показать. То, что служит какой-то цели, которую они пока не понимают.
– Готово, – сказала она, выпрямляясь.
Маркус, который весь день помогал ей с оборудованием – подавал инструменты, записывал показания, иногда просто молча стоял рядом, – посмотрел на конструкцию, которую она собрала.
Лазерный излучатель, модулятор сигнала, система зеркал для фокусировки луча, детектор отражённого света. Всё это было соединено с бортовым компьютером через интерфейс, который она написала за последние шесть часов.
– Что это? – спросил он.
– Интерфейс. – Аиша позволила себе улыбку – первую за два дня. – Если Горизонт – голографическая поверхность, то информация на нём закодирована в интерференционных паттернах. Чтобы прочитать эту информацию, нужен когерентный источник света – лазер. Модулированный определённым образом.
– Ты хочешь… поговорить с ним?
– В каком-то смысле. – Она проверила настройки в последний раз. – Я хочу задать вопрос и получить ответ. Если моя теория верна, Горизонт должен откликнуться.
– А если не верна?
– Тогда ничего не произойдёт. И я начну сначала.
Маркус кивнул. Его лицо было серьёзным – без обычной иронии, без защитных шуток.
– Ты уверена, что хочешь это делать? – спросил он. – После того, что мы видели… может, лучше не копать глубже?
Аиша посмотрела на него. На его взъерошенные волосы, сползшие очки, усталые глаза. Он был напуган – они все были напуганы – но он всё равно был здесь, помогал ей, рисковал вместе с ней.
– Я физик, – сказала она. – Это то, что я делаю. Задаю вопросы. Ищу ответы. – Она помолчала. – И у меня девятнадцать месяцев. Недостаточно, чтобы бояться. Достаточно, чтобы попытаться понять.
Маркус не ответил. Просто кивнул и отступил к своей консоли – записывать.
Аиша повернулась к интерфейсу.
– Прежде чем мы начнём, – сказала Аиша, – я должна кое-что показать.
Она вывела на экран график, который отслеживала с первого дня. Кривая опустилась заметно ниже.
– Помнишь, я говорила о чём-то, что расходуется? Скорость уменьшения возросла. Резко. После того, как мы начали активно сканировать поверхность.
– Ты думаешь, это связано?
– Я думаю, что каждое наше взаимодействие с Горизонтом имеет цену. Голографический принцип утверждает, что информация на поверхности ограничена. Что если мы не просто читаем – а
– Запас чего?
– Не знаю. Стабильности? Самой возможности хранить информацию? – Она покачала головой. – Но если я права – у нас есть лимит. Конечное число вопросов.
Маркус смотрел на падающую кривую и думал о колодцах из сказок. О колодцах, которые казались бездонными – пока не пересыхали.
– Сколько у нас запросов?
– Не знаю. Но намерена выяснить. Это будет мой первый вопрос.
И символ. И число.
– Кассандра, – произнесла она, – активировать протокол «Вопрос-Один». Направить лазерный луч на поверхность объекта «Горизонт», сектор двенадцать-семь.
– Протокол активирован, – отозвался бортовой ИИ. – Начинаю передачу.
На экране появилась визуализация: тонкий красный луч, протянувшийся от корабля к сфере. Он коснулся зеркальной поверхности и…
Ничего.
Аиша смотрела на показания детектора. Отражённый свет возвращался без изменений. Никакой модуляции. Никакого ответа.
– Попробуй другую частоту, – предложил Маркус.
– Уже пробую.
Она изменила параметры модуляции. Отправила новый сигнал. Снова ничего.
Ещё раз. И ещё. И ещё.
Час проходил за часом. Аиша перебирала частоты, амплитуды, фазовые сдвиги. Меняла угол падения луча. Пробовала разные участки поверхности.
Горизонт молчал.
– Может, теория неверна, – сказал Маркус. Его голос был мягким, осторожным – голос человека, который не хочет причинить боль, но должен сказать правду.
Аиша не ответила. Она смотрела на данные – сотни неудачных попыток – и чувствовала, как усталость давит на плечи, как разочарование сжимает горло.
Она была так уверена. Так уверена, что это сработает.
Но Горизонт молчал.
Они все видели это в ту ночь – каждый по-своему, но одновременно.
Маркус проснулся от ощущения, что кто-то стоит у его койки. Он открыл глаза – и увидел себя. Другого себя. Старика с седыми волосами, который смотрел на него без выражения.
Он закричал – или попытался – но звук не вышел из горла.
Старик исчез. Растворился в темноте.
Лена видела больничную палату. Не образ – она
Над ней склонилось лицо – незнакомое, молодое.
– Мне жаль, – сказал человек. – Мы сделали всё, что могли.
Реальность корабля вернулась, как пощёчина. Лена сидела на койке, мокрая от пота.
Томас видел огонь.
Чувствовал жар на лице, слышал треск горящего пластика. Его руки лежали на штурвале – другом штурвале, другого корабля – и он знал, что должен держать. Держать, пока не…
Видение закончилось. Томас стоял посреди каюты, руки вытянуты, пальцы сжаты вокруг пустоты.
На его ладонях остались ожоги. Настоящие. Красные полосы, которых не было минуту назад.
