Читаем Жиль онлайн бесплатно

— Как? — воскликнул Каэль, по инерции все еще рассчитывая на успех только что выработанной им вместе с Галаном тактики. — Да я буду первым, кто этого не допустит.

— Вы великолепнейшим образом допустите выступление мсье Поля Мореля, сына мсье президента.

— Как? — повторил дрогнувшим голосом Каэль.

Он и Галан смущенно переглянулись, что полицейский сумел, конечно, по достоинству оценить.

— Да, господа, по поводу ваших отношений с этим юношей у нас есть весьма прискорбная и внушающая тревогу информация.

Он впервые сказа "мы", и это словечко вновь ввергло двух молодых людей в состояние инстинктивного ужаса, вызванного вторжением незваного гостя. Сначала оба хранили молчание, потом Каэль стал тупо все отрицать.

— У вас неверная информация. Мы едва знакомы с мсье Полем Морелем. И у нас нет никакого намерения его приглашать.

— Ах, простите, я знаю, сколько раз он приходил к вам на этой неделе

— Мсье Поль Морель не придет на собрание. Если именно это вас беспокоит. Я скажу ему, чтобы он не приходил.

Галан посмотрел на Каэля, чье достоинство опять катастрофически убывало, точно вода в дырявом ведре. Видя, что его кумир так унижен, Галан почувствовал новый прилив сил.

— Но одно из двух! — заявил он обидчику. — Или президент предупрежден, и тогда он помешает сыну придти на собрание, или... — Он остановился, надеясь, что собеседник его перебьет. Но полицейский не пожелал этого делать. И Галану поневоле пришлось самому завершить свое рассуждение, так и не найдя верного тона, который мог бы подкрепить неожиданную дерзость его слов. — Или его не предупредили об этом. И тогда я беру на себя позаботиться о том, чтобы он был предупрежден о нашем демарше, дабы я мог узнать, дает ли он на него свое согласие.

Он надеялся припугнуть полицейского и заставить его точно определить границы своей власти. Но результат был ничтожным. Полицейский бросил на них злобный взгляд.

— Послушайте-ка, будет лучше, если вы не станете усложнять это дело; оно и так может для вас плохо кончиться. Ваше собрание не должно состояться, и нечего тут рассусоливать. Будете упорствовать, мы упрячем вас за решетку.

— Как этовы нас упрячете? — вскричал наконец в ярости, но еще больше в страхе Каэль. — Хотел бы я на это посмотреть!

— О, я думаю, нетрудно будет найти способ вас приструнить.

Каэля и Галана обожгло жуткое чувство, что они уже несколько дней сидят за решеткой, не догадываясь об этом. Галан, казалось, потрясен был сильней, чем Каэль. Полицейский же тем временем продолжал, обращаясь к Каэлю:

— Вы ведь знакомы с мсье Галаном? Мсье Сириль Галан — ваш близкий друг, не так ли?

Хотя Каэль обратил взгляд на этого друга, будто собирался представить его полицейскому, тот притворился, что ничего не заметил, и продолжал:

— Неплохо было бы сказать этому господину, что мы сумеем его утихомирить, если он, да и вы вместе с ним, не откажетесь от своей милой затеи провести подрывное сборище.

Тут он обвел мрачным взглядом все помещение, не высказывая больше в отношении кубистических полотен ни почтительности, ни испуга, и за­вершил:

— И потом, все это, знаете...

Больше он ничего не стал говорить. Каэль смотрел на Галана и видел, насколько тот потрясен и взволнован; он догадался, что означают последние слова этого человека, и в ярости стиснул зубы. Каэль всегда подозревал своего выученика в ереси, в отклонениях от введенных им правил, а это сей анархист­вующий пророк осуждал с непреклонной суровостью обыкновенного мещанина.

Визитер направился к двери, но, видимо, передумал и быстро шагнул к эскизу плаката, которого до сих пор будто не замечал, так что Каэль с Галаном забыли и думать о его криминальном тексте. Протянув руку, он сдвинул книгу в сторону, хищными пальцами схватил со стола бумагу, скомкав ее, секунду на нее глядел, потом небрежно сложил и пошел наконец к двери. На пороге он подытожил результаты своего визита:

— Надеюсь, вы поняли, что мы с вас глаз не спускаем. И вы хорошо сделаете, если будете сидеть смирно. Собрание не состоится, потому что помещение, которое вы сняли, в этот вечер уже занято. Но не ищите другого. Прощайте.

И, смерив их взглядом палача, он вышел.

Каэль и Галан остались одни. Понадобилось несколько минут, чтобы они сбросили с себя туго спеленавшие их путы страха. Первым оправился от оцепенения Каэль. Основной удар пришелся по нему, наибольшая доза испуга тоже досталась ему, и теперь ему не терпелось выместить свою злость на Галане.

— На какую историю он там намекал?

Галан ничего не боялся так сильно, как гнева Каэля по поводу его, Галана, любовных авантюр; он знал за Каэлем подобное предубеждение, давно с ним смирился, но боялся по-прежнему.

Каэль обрушил на него град упреков:

— Я тебе не раз говорил, что меня ужас берет от всех этих поганых историй. Я подозревал, что в твоей жизни есть нечто подобное, и вот посмотри, к чему это нас привело. Не будь твоих шашней, полицейский никогда не посмел бы сюда вторгаться. Я должен знать полную правду.