Читаем Крууга онлайн бесплатно
– А зачем сначала привлекаешь, а потом говоришь – не надо? – Тома поставила перед Тайсто пустой стаканчик. – Хотя мясом меня тоже не напугать. Меня ничем не напугать. Я очень смелая. Меня воспитали так, что я всюду выживу.
– И зверей не боишься?
– Ну а кто там? Медведи? Волки? Люди – самые опасные, так говорят. Но я не боюсь.
– На Кольском вообще зверей больше, чем людей, они там главные. И они за тобой следят! Вот медведя не видно, но запах его чувствуешь рядом, постоянно.
– А как спастись от медведя? Говорят – надо удивить.
– Да никак, инструкции не существует. – Тайсто вытащил из кармана барбариски и высыпал на стол. – Но вообще он ведь мирный, медведь, в лесу пасется – большой и мохнатый конь, ягодки собирает, корешки всякие… Ты пей, пей, у меня еще есть.
Тайсто встал, засунул руку под свою подушку и вытащил еще одну бутылку.
– А можно потише? – снова шикнула Катя.
– Да-да, извините, пожалуйста… У нас в деревне охотники приносили огромного медведя, короля-медведя, я из детства помню – размером с баню. – Тайсто поставил на стол настойку, сел обратно, но как будто еще ближе, чтобы шептаться. – И когда шкуру сняли, так он похож на человека, только голова у него другая, чужая голова… У нас говорили, что одичавший человек уходит жить в лес и со временем становится королем-медведем. Знаешь, на востоке в горы уходят, а у нас – в лес. Мы поэтому медведей очень уважаем – это странники, поумневшие люди. Пускай ходят и стерегут наш мир. Я бы и сам так ушел, превратился бы в зверя…
Тома посмотрела Тайсто в глаза: от алкоголя она становилась сильнее и радостнее, а Тайсто – почему-то грустнее.
– А жена как же одна?
– У меня нет жены. Кто меня такого выдержит?
– Сильная женщина все выдержит! И мужа, и Поной, и любую щель…
Тома снова взглянула на звезды и вспомнила, как хотела однажды уйти из дома. Шла, шла, добралась до парка, до колючих кустов шиповника, а потом вдруг поняла, что идти-то и некуда.
– А еще у нас был в деревне охотник, который мечтал медведя руками убить, – сказал Тайсто с еще большей печалью. – Один на один.
Тома вздохнула. Может, Тайсто напоил ее лишь для того, чтобы не пить в одиночку, но она отогнала эту мысль подальше.
– И что ж, не смог?
– Не смог, конечно, куда ему? И всегда есть такая сила, которая человека победит. Может, он и жив будет до того момента, пока с этой силой не соприкоснется… А тут уж каждому свое: кого медведь съест снаружи, кого собственная голова – такой же медведь, но внутри, – Тайсто постучал себя по лбу.
Тома придумала шутку и повернулась с улыбочкой, чтобы ответить, но в лицо ей полетела подушка.
– Задолбали трепаться! – зашипела Катя. – Дайте спать!
Тайсто вышел вместе с Томой и Катей в послеобеденную тугую жару. Звуков не было, ветра не было, только гудел наэлектризованный воздух, а вдалеке стрекотали кузнечики. Пахло нагретыми шпалами и обгоревшей до пыли землей. Катя выжидающе смотрела на Тому. За все утро она не сказала ни слова.
У Томы на бумажке, вложенной в паспорт, был адрес, написанный твердой рукой Елены Сергеевны, но на станции никто о санатории ничего не знал. И простых домов толком нет, какой еще санаторий?
– Имени Ленина, – осторожно сказала Тома, но ей так и не поверили.
Вышли к магазину, стали всех расспрашивать: так оказалось, что нужный санаторий закрыт уже много лет, потому что вот-вот рухнет. Уставший водитель «Оки» сначала покрутил пальцем у уха, а потом все-таки предложил отвезти, но уточнил, что ехать долго и дорого. Тома верила, что все сложится: Елена Сергеевна не могла обмануть.
Перед тем как расстаться, Тайсто написал на билете свой телефон и даже адрес общежития. Пообещал, что возьмет Тому когда-нибудь в поход: не на Поной, но хотя бы туда, для начала, где тоже свободно.
Тома забралась в раскаленную солнцем «Оку» и невежливо хлопнула дверью. Высунулась из окна, чтобы махнуть Тайсто рукой еще раз. Он махнул ей в ответ.
Катя прощаться не стала, только трясла коленкой и постоянно вздыхала.
– Он больной, ты неужели не видишь? – сказала она, когда «Ока» выехала на разбитую дорогу. – Философ. Зануда. Пьяница.
– Зато свободный, вон сам решает, куда ему ехать, еще и других ведет.
– Работы нет нормальной.
– Ну, на меня будет время, чего пристала?
– Ехал-ехал, а вышел с нами.
– Так я ему важная.
– Наклюкался – затосковал. Такую тоску в дом нагонит – не выдержишь.
– Сильная женщина все выдержит!
– И пошел непонятно куда.
– Говорю ж тебе, потому что свободный! Отстань!
– Тома?
– Да чего?
– Вот ты дура. Он и сам тебя отговаривал, сам сказал, никто не выдержит.
– Я все выдержу, – Тома ойкнула, подпрыгнув на очередной кочке. – И больного вылечу. Я без бабки нашей в любом месте буду счастливая. Человек любовью лечится! Да и обожди еще планы строить… Наслушалась, тоже мне, змеюка. А сама еще шикала.
Катя отвернулась. Ехали мучительно долго. Остановились неожиданно и просто так, у запутанных деревьев. Тома вышла: крыша какого-то здания вдалеке была сокрыта зеленью и стала частью голодного леса.
