Читаем Прощай, горизонталь! онлайн бесплатно
Эккстер знал это не понаслышке. Он как раз сам был на горизонтали – копил средства на открытие своего дела, когда вышла запись Коддера. Эккстер тоже ее приобрел: сперва по минимальной таксе за однократный просмотр, а потом, поняв, что не сможет выбросить мертвого ангела из головы, заплатил за перекачку видео в собственный архив. И долгие месяцы (суммарно, если задуматься, – годы), что он вкалывал на помоечных работах, для которых не нужно было подписывать пожизненный договор, ночами напролет оттачивая навыки графиста, делая наброски воинских декоров и военных айконов, наполняя рабочий архив, скупая кусочки биофольги, чтобы тренироваться в имплантации, и откладывал каждый с потом заработанный цент на покупку присмотренного на рынке подержанного фрилансерского терминала (тут уж было не до суеверий по поводу того, что тебе передастся неудача предыдущего владельца), боясь, как бы какой-нибудь молодой выскочка не выкупил его прежде, чем Эккстер накопит скрупулезно рассчитанную сумму, с которой можно рискнуть выйти на вертикаль… Все это время он пересматривал знаменитую съемку мертвого газового ангела, сделанную Оптом Коддером. Смотрел, думал и ждал. Или просто ждал, ни о чем не думая. «Да, иначе бы я не сдюжил», – кивнул про себя Эккстер. Видимо, ангел – пускай даже мертвый – символизировал собой свободу. Рожденный воздухом, не принадлежащий ни вертикали, ни горизонтали. Коддер был первоклассным видеоохотником своего времени, но тут ему улыбнулась просто невероятная удача: тело ангела не имело ни малейших следов повреждений. Глядя на запись, поначалу казалось, что самка просто спит, однако едва камера отдалялась от безмятежного личика, как появлялась сдувшаяся, разорванная мембрана. Ангелица лежала, накрытая слегка пузырящимися складками, которые прежде, накачанные нагнетаемыми кровью газами, поднимали ее в воздух. Если бы она зацепилась только этой тонкой тканью, то никогда бы не задержалась на стене Цилиндра: в кадре было видно, как ветерок оторвал кусочек мембраны и унес прочь. Вот только рука ангелицы застряла в петле транзитного кабеля. Объектив Коддера крупным планом показал полоску засохшей крови, стекавшей из запястья под серый металл, – этого хватало, чтобы объяснить, как прелестное обнаженное существо встретило свой конец. Если бы, закрыв глаза, можно было убрать лицо Ленни, Эккстер снова бы извлек то видео из памяти – оно находилось так близко к сегодняшним живым спаривающимся ангелам, что одна картинка будто наложилась на другую. Казалось, влюбленные совокупляются, не подозревая, что в одном с ними кадре, запутавшись в кабеле, болтается труп их сородича – в нескольких шагах от бескрайнего неба, где дрейфует сплетенная парочка.
Опт Коддер воспользовался своей редкой удачей на полную катушку; ни до, ни после никому не удавалось подобраться к ангелу – живому или мертвому – настолько близко. Оправдывая репутацию тонко чувствующего художника, он выстроил кадр так, чтобы угасающее солнце, заходящее на вечернюю сторону Цилиндра, придало бледной щеке ангела красноватый оттенок, создавая впечатление, будто самка живая. Просто спит. Ведь если бы она и в самом деле умерла, не развеялась бы она по ветру и не отправилась бы туда, куда уходят ее сородичи? Куда, кстати?.. Эккстер до сих пор задавался этим вопросом, как и другие, кто раз за разом прочесывал скудные архивы. Возможно, где-нибудь на неизведанном участке поверхности здания есть место, в котором находят окончательное упокоение прелестные ангельские трупики. И остается после них не выбеленный скелет – он бы, надо полагать, тут же рассыпался прахом, – а что-то вроде шелкового лоскутка с серыми прожилками на месте розоватого кружева кровеносных сосудов.
А может, они просто падают: пробивают облачную завесу и летят себе ниже, если там внизу вообще что-то есть. Или падают вечно.
– Так мне искать покупателей или как?
Эккстер моргнул, и лицо Ленни Рэда вновь обрело четкость.
– Конечно, – сказал он, помолчав. – За этим я с тобой и связался. Сколько получится выручить, как думаешь?
«Продавай, недоносок. Такими вопросами ты обрекаешь себя на голодную смерть».
Ленни пожал острыми худыми плечами.
– Сейчас поспрашиваю кое у кого и вернусь к тебе.
Его лицо исчезло.
Эккстер отвернулся от стены к безоблачному небу. Через пару минут – скоростному Ленни редко требовалось больше – в ухе запиликал вызов и бледные очертания барыги проступили на фоне еще более бледного неба.
– Верхняя цена – две тысячи, Най, – произнес тот и заговорщицки подмигнул. – Но я выбил еще двести пятьдесят сверху.
Эккстер уставился на довольное, ухмыляющееся лицо.
– Две двести пятьдесят? И все?! – Нет, точно стоило сохранить запись у себя. – Да ты гонишь.
– Эй, между прочим, чистыми прямо тебе в карман, после вычета моей доли. Ну же, соглашайся. – Виртуальный голос Ленни источал мед. – Знаю, ты не против, да и тебе самому это нужно. Просто перепиши сертификат на меня, и дело в шляпе.
Тут вдруг до Эккстера дошло:
