Читаем Лед онлайн бесплатно

Я скинул вещмешки и, хрустнув суставами, с наслаждением распрямил спину.

— Коля, займись костром, — распорядился я, потом ослабил шнуровку мешка и начал перебирать продукты. — Посмотрю пока, что на обед сготовить.

Макс рухнул прямо в сугроб и с облегчением выдохнул:

— Во, блин, я там именно эту поляну видел!

— Морок.

Николай насобирал сухих веток, настрогал лучин и занялся растопкой костра.

— Не лежал бы на снегу — спину застудишь, — с неодобрением глянул парень на Дубина.

— Я? Да никогда! — отмахнулся Макс и любовно погладил рукав. — У меня ж полушубок из шкуры серка! — сообщил он, но, тем не менее, поднялся из сугроба и уселся на бревно.

Появился маленький язычок пламени, по сухим иголкам с лёгким треском побежал огонь, а следом занялись и расщепленные ножом деревяшки. Я достал котелок, наполовину наполнил его чистым снегом и, пропустив через дужку ветку, подвесил над костром. Потом забрал у Макса второй и пристроил рядом. Этот для чая.

— Что за зверь такой, серк? — спросил Ветрицкий, безуспешно пытаясь зажечь щепки зажигалкой.

— Серк — это такой саблезубый хомяк, — на полном серьёзе выдал Макс. — Скребутся они так «серк», «серк», «серк», вот и прозвали.

— Да ну? — не поверил Николай. — Первый раз слышу.

— Их мало осталось. У Форта всех повывели, а они в основном в развалинах домов норы роют.

— Слышь, юный натуралист, ты чай взял? — окрикнул я Макса.

— Нет. Но зато кофе почти полную банку вытряс.

— И то хлеб.

Мне больше чай по вкусу, но и от кофе не откажусь.

Я помешал закипевшую воду и высыпал в котелок два пакета горохового супа.

— Там ещё шоколадные батончики были. По паре на брата, — сообщил Макс достал упаковку галетного печенья и придвинулся к костру с ложкой в руке.

— Обожди, рано ещё, — остановил я его, не обратив внимания на вырвавшийся у Николая смешок.

Шоколад — это хорошо. Плохо только, что в батончике его мало.

— Угощайтесь, — протянул нам Николай открытую пачку сигарет.

— Не курю, — отказался я.

— Уже два месяца, как бросил, — вздохнул Макс.

— Сила воли у тебя, однако! — рассмеялся Ветрицкий, выщелкнул из пачки сигарету и вытащил зажигалку. — Я сколько раз пробовал, так и не смог.

— Сила воли и отсутствие денег — это куда круче, чем просто сила воли.

— Не скажи. У меня друзья, когда курить начинали, говорили: «Курить будем, но только если угощают», потом стали говорить: «Сигареты можно и купить, но бычки собирать — никогда». Через годик их волновало лишь, сколько табака осталось в окурке и не плавает ли он в луже. — Коля закурил и принялся вертеть меж пальцев свою серебристую зажигалку.

— Веселые друзья у тебя, однако, — рассмеялся Макс и заинтересовался изображенной на зажигалке Горгоной. — Это что, оберег какой-то?

— Апотропей.

— Хрен редьки не слаще, — сделал вид Дубин, будто понял о чем речь.

— И от чего он? — стало любопытно мне.

— От гипноза должен помогать, — пояснил Николай и убрал зажигалку в карман, — и от сглаза тоже.

— А серьга у тебя тоже апо… ну в смысле, оберег? — с невинным видом полюбопытствовал Макс.

— Серьга обычная.

— Тогда зачем нацепил?

— Нравится, вот и нацепил, — напрягся Ветрицкий. — Что, проблемы?

— Да нет, — пожал плечами Дубин, — смотри, ухо только не отморозь.

— Благодарю за заботу. — И Николай посильнее натянул обшитую кожей меховую шапку с козырьком и выступавшими вниз короткими наушниками.

Если верить фильмам про войну, именно такие носили немцы во вторую мировую.

— Налетайте, суп готов, — позвал я парней.

Быстро перекусив и выпив кофе с галетами, мы засыпали снегом костерок и начали собираться в путь. Теперь тащить палатку я поручил Ветрицкому, сам подхватил его рюкзак.

— Места начинаются глухие, — первым выехав на дорогу, предупредил остальных. — Смотрите по сторонам внимательней, оберег оберегом, но если переть напролом, он вам не поможет.

— Кстати, а что за тварь Диму уволокла? — вспомнил, наконец, Макс.

— Думаю, водяной, — не очень уверенно предположил я. Точно не навья или кикимора, те хоть и живут на болотах, открытую воду не любят. Ундины тоже отпадают — топи они не жалуют. А для водяного там в самый раз.

— Лёд, у тебя-то самого какой оберег? — спросил Ветрицкий.

— Никакой, он мне без надобности.

— Как так?

— Уж с мороком как-нибудь сам справлюсь.

Способности к колдовству у меня были не шибко сильные, да и вылетел из Гимназии уже на втором месяце обучения, но первым делом новичков как раз и учат различать наваждения и закрывать сознание от ментального воздействия.

— Ты колдун⁈ — опешил Николай.

— Слабенький.

— А этому любой может научиться? — тут же загорелся Ветрицкий.

— Нет, врождённые способности нужны, — ответил я и ускорил шаг.

Солнце уже начало клониться к горизонту, стоило шевелиться.

— Жалко, — расстроился парень.

Надеялся на другой ответ? Неужто не просветили?

— В Гимназию обращаться не пробовал?

— Толку-то? Оксану взяли, меня нет.

— Да ты не переживай, — попытался успокоить я парня. — Кроме колдунов ещё маги и чародеи есть, алхимики опять-таки. У тебя как с химией?

— Никак.

— Тогда чародеи и алхимики отпадают. Ладно, вернемся в Форт, познакомлю с одним магом. Может, научит, если способности имеются.