Читаем Лед онлайн бесплатно

— И что дальше? — ёжась, поинтересовался у меня Ветрицкий.

— Помоги Максу вон до тех кустов добраться, — указал я вдоль дороги. — Будем попутку караулить.

— До каких? Которые у пригорка?

— Ага.

Именно подъём в горку меня и заинтересовал. Кони там тянуть сани в полную силу не смогут, и будет время найти с возницей общий язык.

— Идём! — поторопил Ветрицкий Макса, машинально дотронулся до уха и вздрогнул, увидев оставшиеся на пальцах кровавые отметины. — Да чтоб тебя! — с досады ругнулся он, зачерпнул полпригоршни снега и приложил её к мочке.

— Что случилось? — удивился Макс.

— Веткой серьгу зацепил.

Меньше всего сейчас хотелось возиться с разорванной мочкой, но деваться было некуда, я обречённо вздохнул и просил:

— Вырвал?

— Нет, надорвал только, — ответил Николай и швырнул заляпанный кровью снег под ноги. — И не заметил ведь сразу…

— Не прокалывал бы ухо, целее был бы, — заявил Макс, которому никак не давала покоя злополучная серьга.

— Хочу и прокалываю, — вспыхнул Ветрицкий. — Тебе какое дело?

— Да никакого, — усмехнулся Дубин. — Хоть кольцо в нос вдень, я тебе и слова не скажу. Просто ходишь, как нефор какой.

— Вот и помолчи тогда, гоп.

— Сам помолчи, нефор.

— Заткнулись, оба! — рявкнул я на враз притихших парней, подхватил свой мешок и поплёлся вдоль обочины. — Валите, давайте!

Если Макс заляжет за наметённым ветром сугробом, с дороги его видно не будет. Коля может занять позицию на пригорке в ельнике, а сам я закопаюсь в снег где-нибудь на середине подъема. Там, где сани уже точно сбросят ход.

Ветрицкий помог Максу дохромать до пригорка и спустился ко мне.

— Теперь куда? — спросил он.

— Жди наверху, без меня не высовывайся. Подсядем к кому-нибудь, через пару часов в Волчьем логе будем, — прояснил я и передал Коле свои лыжи и вещмешок.

— Хорошо бы, а то этот гоп меня уже достал.

— Гопы, быдло… — поморщился я. — Когда навешиваешь ярлык, начинаешь думать, что человек так и будет себя вести. Но ярлык — это всегда обобщение. И тот, кого ты окрестил «гопом», запросто может тебя озадачить.

— Но он и есть самый натуральный гоп, — не понял меня Ветрицкий и закашлялся.

— Это ты считаешь его гопом. А кто-то может считать гопом тебя.

— Меня? — удивился Николай.

— Тебя, — кивнул я, решив немного поболтать и отдышаться. Всё лучше, чем в сугробе лежать. — Был у одного моего друга знакомый музыкант — весь из себя такой панковый. На голове гребень, на шее цепочка с вилкой. И остальные в группе ему под стать. Выступали они однажды в клубе для продвинутой молодёжи, а мы с товарищем пошли их послушать, ну и пивка заодно попить. Правда, с деньгами тогда напряг был, поэтому бутылочное в баре брать не стали, вместо этого сгоняли одного из музыкантов за разливным. Раз в пять дешевле обошлось. И вот сидят за столиком три панка и я с корешем. Музыка долбит, не слышно даже, что тебе в ухо кричат. Полторашку с пивом, понятно дело, по кругу передаем. И в перерыве между песнями из-за соседнего столика доносится: «Ё-мое, ну и гопы!». Понял?

— Что именно? — выпятил Николай нижнюю губу.

— Терпимей надо быть, вот что.

— Подумаю над этим.

— Подумай. Хорошо подумай, потому как, если ещё раз в рейде занозитесь, отгребете оба.

Надо это дело пресекать, пока один другому мозги не вышиб. И мне заодно. Как дети, блин…

— Я, что ли, первый начал?

— Без разницы, кто начал. Всё, дуй на позицию, — подтолкнул я Ветрицкого к горке. — И не кашляй, когда сани рядом будут. Лады?

— Постараюсь, — буркнул Николай и зашагал вверх по склону.

Я покачал головой, потом разбежался и выпрыгнул с дороги за обочину. Снегу там оказалось по пояс, но это нормально: и вылезать легко будет, и укрыться есть где.

Вот и клён здесь как нельзя более кстати растёт…

Перебравшись к дереву, на котором под порывами ветра покачивались сухие пачки семян, я несколько раз глубоко вздохнул, но в глазах по-прежнему мелькали чёрные точки. А вот голова больше не кружилась, и силы восстановились почти полностью.

И всё же про любое колдовство на недельку лучше забыть. Во избежание рецидива, так сказать…

Позёмкой между тем мело всё сильнее и сильнее, а колючий ветер то и дело забирался под фуфайку, воруя последние крохи тепла, и находиться на открытом пространстве стало как-то совсем неуютно.

Что-то стало холодать…

Я достал из внутреннего кармана фуфайки фляжку, свернул колпачок, глотнул.

Хорошо! Сразу стало теплее и стихла головная боль, но увлекаться выпивкой не стоило: ещё не хватало заснуть в самый неподходящий момент.

Не без сожаления убрав фляжку обратно в карман, я развернулся спиной к ветру и поудобней устроился в снегу.

Блин, а двое суток с приёма «Синего лекаря» уже прошло?

Впрочем, какая теперь разница? Даст Бог, не сдохну.

Как же меня это задолбало! Бегаешь, ползаешь, а всё без толку. Оно мне надо? Плюнуть бы и свалить куда подальше. Только вот куда?

Усмехнувшись, я прогнал хандру — не дождётесь! — и вздрогнул, когда из леса долетел далёкий волчий вой.

Этого ещё не хватало! Совсем обнаглели серые, посреди дня из лесу выходят.

Как бы на них не нарваться…