Читаем Лед онлайн бесплатно
Пусть с синтетической набивкой мороз не страшен, но для выхода в рейд это вовсе не самый лучший выбор: каждый шаг в таком одеянии сопровождается шуршаньем трущихся друг об друга штанин, а на холоде звук заметно усиливается. Остаётся только колокольчики нашить и люминесцентной краской на спине мишень нарисовать.
Но теперь уже ничего не поделаешь; переодеть его при всем желании не во что.
— Привет! Я не опоздал? — спросил Николай.
— Нет, — хмыкнул я, озадаченно разглядывая экипировку парня, который скинул с плеча камуфляжный рюкзак с пристегнутым к нему свёрнутым спальником.
Лыжи он прислонил к стене рядом с моими, после заткнул перчатки за пояс рядом с тактическим чёрным ножом и достал из нагрудного кармана зажигалку и пачку сигарет. И не какую-нибудь «Астру» или «Приму», а «Marlboro».
Кто это его подогревает, интересно? Хотя, кто — не вопрос, вопрос — зачем?
— Это что ещё? — Я ткнул пальцем в длинный чехол, который выглядывал из-за спины Ветрицкого. Не мог же он так автомат запаковать? И что это за странный сверток из рюкзака торчит?
— Лук.
— Что⁈
— Лук, — невозмутимо повторил Николай.
— Какой-такой лук⁈ Ты же «калашников» должен был получить⁈ — Меня самым натуральным образом затрясло. — Вы что, с Максом оба с дуба рухнули⁈ Я же ясно сказал: берёте два «калаша» и четыре рожка патронов!
— Мне вы ничего не говорили, — надулся Ветрицкий. — Да и зачем мне автомат? Я его в руках никогда не держал.
— А лук держал?
— У меня по стрельбе из лука первый взрослый! Я даже на область ездил, — с нескрываемой гордостью ответил Николай.
— Ты как на таком морозе стрелять собрался?
— Кладовщик сказал: магическая защита до минус сорока держит.
— Пальцы не отсохнут? — В том, что от холода тетиву и древко защитили, сомнений нет, но не в варежках же стрелу накладывать?
— У меня перчатки, и ещё браслет к луку прилагался. — Ветрицкий присел на корточки, расстегнул боковой карман рюкзака и протянул мне кожаную полоску, по краям прошитую металлической нитью.
— Вижу, что браслет, — буркнул я, разглядывая крупный желтоватый опал.
Вложенное в камень заклинание предохраняло кисть владельца от холода, а заряда должно было хватить недели на две, но мне-то от этого не легче! Документы были на два АК оформлены и, зуб даю, Макс их исправить не догадался.
Получается, после возвращения из рейда с меня потребуют не лук и автомат, а два автомата.
Засада!
Ладно, буду решать проблемы по мере их возникновения.
— Стрелы дали не только простые с дюралевым древком, но и с осиновым. И ещё вот, — Николай никак не мог понять, почему я не прыгаю от восторга, и достал из свертка длинную стрелу, — три штуки с серебряными наконечниками!
— Если профукаешь хоть одну из этих стрел, я собственноручно засуну тебе лук в одно место и там три раза проверну, — очень тихо и спокойно произнёс я, а потом ткнул ошарашенному парню под нос наконечник, на котором было выбито «611.00143». — Знаешь, что это?
— Цифры какие-то, — захлопал глазами Ветрицкий.
— Это инвентарный номер, — объяснил я и сунул стрелу обратно в рюкзак. — И если ты их после возвращения из рейда не сдашь, на мне повиснет очень нехилый долг. Сам понимаешь, я этому рад не буду. Так что прими к сведению.
— Приму. — Ветрицкий застегнул рюкзак, закинул его на плечо и замолчал.
Обиделся? Да ну и фиг с ним. Лучник, бля, серебряный.
Я подхватил свои пожитки и вышел на улицу. Минуту спустя из караулки появился Николай; он закурил и при каждом выдохе из его рта вместе с дымом вырывались клубы пара.
— А почему никто не в курсе, что столько людей пропало? — Парень выкинул окурок в жестяную пятилитровую банку, использовавшуюся в качестве урны, и пояснил свою мысль: — Я к тому, что в Приграничье уйма народа угодила.
— Люди постоянно пропадают, — философски заметил я. — И тем, кому надо, об этом прекрасно известно.
Вот так всегда, только соберешься простоять в тишине, обязательно кому-нибудь приспичит выговориться. Можно подумать, Коля со своими приятелями это не обсуждал.
Обсуждал? Обсуждал. Так какого рожна он от меня хочет услышать?
— Кому надо? Супер-секретной и очень тайной службе? — съязвил Ветрицкий. — Несколько лет назад в один день пропала громадная территория с тремя городами и населением в сотню тысяч человек! И никто ничего об этом не узнал? Я сюда месяц назад попал, но о таком никогда не слышал.
— Ну, насчёт громадной территории ты загнул.
— Загнул? — усмехнулся Николай. — Город, Форт и Северореченск — не детская песочница.
— Ещё посёлок Туманный забыл. Только, может, ты не в курсе, но до того, как провалиться в Приграничье, между Фортом и Североречинском расстояние было пять сотен километров. А теперь только сто. Город — вообще бывшая военная база откуда-то из-под Хабаровска. И китайцы до сих пор через границу в окрестностях Города переходят. Ты, вот, много китайцев в Форте видел? Я — ни одного. А там их целая община уже.
— Китайцы? — ошарашенно переспросил Николай, но не дал увести себя от первоначальной темы разговора и отмахнулся: — Да причем здесь китайцы? Меня интересует, почему никто пропавших городов не хватился!
