Читаем Лед онлайн бесплатно

— Нефто мы с волколаками дел не имели⁈ — оскорбился возница. — Почитай в каждом дому по фкуре! Оборотень это! И на людей волков специально науськивает, не по нутру ему, когда другим хорофо. Злоба его точит. Батюфка на профлой проповеди прямо сказал: «Пока не изничтожим это сатанинское отродье, житья нам не будет».

— Ну, священнику видней, — усмехнулся я. Шкура волколака в каждом доме? Вот заливает! Что, я в Волчьем логе никогда не был?

— Не верифь? — обернулся Мишка. — Сам увидифь. Нефто к нам со всего Приграничья охотники просто так собрались? О Диего Следопыте слыфал? А об Айболите? То-то же…

Я только присвистнул. Если он нам лапшу на уши не вешает, дело серьёзное. Эти товарищи на всякую мелочевку не размениваются.

Тут я чуть не схлопотал стволом по носу, когда полозья телеги соскользнули в раскатанную колею, и решил убрать ружьё от греха подальше, пока голова на месте.

Если сдвинуть лыжи в сторону, места там для штуцера вполне хватит.

— А сотенку золотом за голову оборотня я тоже выдумал? — продолжил распаляться Ряхин. — Приедем, сам об этом охотникам скажефь.

— Да верим мы, верим, — откликнулся Макс, судорожно цепляясь за борт саней. — А чего вы этой дорогой едите? Разве через Ляховскую топь не короче?

— Дак я из Елового возвращаюсь, — объяснил возница. — А через топь дорога даже хуже.

— Куда хуже-то? — простонал Дубин. — Колдобина на колдобине!

— Здесь колдобины. И там колдобины, — начал Мишка, обернулся и подмигнул: — Но здесь простые колдобины, а там они через букву «ё». Понял?

— И часто мотаться приходится? — спросил Ветрицкий, кое-как пристроил лыжи между собой и Максом и облокотился на свой рюкзак.

— Когда как, — степенно проговорил Ряхин. — Когда товар есть, каждую неделю. А раньфе и два раза получалось оборафиваться.

— Что возите?

— А, ерунду всякую, — отмахнулся Мишка. — В основном съестное.

То ли Николай просто не мог ехать молча, то ли ему и в самом деле было интересно, но он решил поддержать разговор:

— И как по деньгам получается?

— Денег остается кофкины слёзки, — помрачнел возница. — Перекупфики, чтоб им пусто было, всё за бесценок скупают.

— Миш, а чего сам не торгуешь?

— Тю-ю-ю! За место на базаре платить — без портов остаться можно. — И Ряхин повернулся к Ветрицкому. — Знаефь, Коля, я раньфе ещё кое-как концы с концами сводил, а теперь полный фвах.

— А что такое?

— Конкуренция, мля, и свободный рынок, мать его за ногу!

— А-а-а, — с умным видом протянул Николай, но было видно, что он ничего толком не понял.

— Есть такие — в деле без году неделя, а уже правила свои устанавливают, — тяжёло вздохнул возница и забубнил себе под нос: — Ничего, меня на хромой кобыле не объедефь. Мы ещё тоже кой-чего могём…

— А если скооперироваться? — сумничал Коля.

— С этим козлом? — сплюнул Мишка. — Да я с ним даже срать рядом не сяду! А за зуб он мне ответит. Я ему кифки ещё помотаю. Волчий выкормыф!

Николай решил сменить тему и спросил:

— Миш, а что у тебя лошади такие странные?

— Чего странного? Лофади, как лофади.

— Я про масть.

— А! Мутация это.

— Чего⁈ — чуть не подавился Ветрицкий, а у Макса от удивления и вовсе глаза на лоб полезли.

— Сена-то мало, приходится в корм серый мох и снежную ягоду добавлять, — пояснил Ряхин и усмехнулся в усы. — Ничего, масть дело десятое.

— И не дохнут они на такой диете? — удивился я.

— А чего с ними станется? — пожал возница плечами. — Вон на севере и люди снежные ягоды трескают. Голод не тётка.

— И что, тоже сереют? — рассмеялся Николай.

— Не, лысеют, — вроде на полном серьёзе ответил Мишка, помолчал и добавил. — Футка.

— И как на вкус? — стало интересно мне.

— Сам не пробовал, но говорят, есть можно. Вот брафку из снефных ягод пробовать доводилось, — Ряхин аж причмокнул от удовольствия, — на фто наф выморофень забористый, а та брафка по мозгам ефё сильней бьет.

Макс поёжился.

— Надо будет прежде, чем за стол садиться, спрашивать, что за харч подают, — вздохнул он.

— Далеко собрались? — в свою очередь полюбопытствовал возница.

— К Снежным Пикам, — как на духу выложил Дубин.

Блин, ну зачем первому встречному всё рассказывать?

— От оно как! — крякнул Мишка. — Путь неблизкий. Я так далеко на север не забирался, но ничего там интересного нет, уж поверьте моему опыту. Вот помню, раз занесла меня с племяфом нелёгкая к Стылому морю… Ох, и натерпелись мы тогда страху! Холод лютый, нечисть толпами бродит, а тут ещё туманники волной пофли…

Я только вздохнул: ну, начал заливать! Туманники волной пошли…

Да кто их за последние пару лет видел? Если не по белочке, то считай, что никто. Балабол, дай только языком потрепать. Интересно, когда он один едет, молчит или с лошадьми разговаривает? Если разговаривает, ещё б им нервными не быть.

Тут сани выехали из леса и неспешно покатили по дороге, проложенной прямо посреди заснеженного поля. Насколько можно было разглядеть через метущую позёмку — кругом никого и ничего. Только два небольших лесочка тёмными пятнами маячили впереди. Один тянулся метрах в двухстах слева, второй — тот, который подальше — подходил к дороге с другой стороны.