Читаем Кит онлайн бесплатно

А еще, если честно, я был и на кирпичном заводе, где ты живешь.

Но почему ты не позвал меня?

Это произошло глубокой ночью, все спали, так что я не стал тебя будить. Как тебе там живется, девочка?

Живется нормально. Я учусь у отчима делать кирпичи.

Вот как. Он к тебе хорошо относится?

Хорошо. Но у него портится зрение. Говорит, что еще немного, и ослепнет.

Да, это новость нехорошая, – грустно отозвался Джамбо.

Но почему ты не исчез? – спросила Чхунхи. – Ведь ты сам как-то сказал, что после смерти исчезаешь навсегда.

Ты умная девочка, – улыбнулся Джамбо. – Все помнишь. Да, я говорил. Но твоя мама сделала из меня чучело, так что я не могу исчезнуть, как бы мне того ни хотелось. Поэтому прошу тебя о помощи.

Как же я могу тебе помочь?

Я уже устал и хочу отдохнуть. Очень тяжело вот так стоять и днем и ночью. К тому же я стесняюсь, когда люди на меня смотрят. Так что уничтожь меня, пожалуйста.

Но как? Ты вон какой большой. Я не смогу.

Девочка, не спеши говорить «не смогу». Ты лучше подумай, что в твоих силах. Внутри у меня солома, и она совершенно сухая! К тому же, посмотри, сейчас и ветер дует как следует.

И только после этих слов Чхунхи поняла, на что намекает Джамбо.

В тот день Кымбок и сестры-близнецы, увлеченные болтовней о прошедшей накануне церемонии, не заметили, как Чхунхи вошла в кофейню и потихоньку умыкнула спички. Вдруг с улицы кто-то громко закричал: «Пожар!» – и женщины, подбежав к окну и увидев охваченное огнем чучело Джамбо и черный дым над ним, в ужасе бросились вниз, но в какой-то момент кожа слона, вздувшаяся от горячего воздуха, как воздушный шар, с грохотом лопнула, и тут же пламя вспыхнуло ярче и перекинулось на кофейню. Кымбок и сестрам ничего не оставалось, как только нервно топтаться на месте и наблюдать за огнем, пожирающим их заведение, пока с громким ревом сирены не примчалась большая красная машина, посланная из новооткрытой пожарной части. Жители поселка с восхищением наблюдали, как мужчины в красивой форме и шлемах, стреляя из длинных шлангов сильными струями воды в горевшее здание, тушат первый в их поселке пожар. За считаные минуты они справились с огнем, чем вызвали аплодисменты зрителей, довольных их безупречной работой, после чего пожарные, сняв с себя шлемы, поклонились людям с очаровательными улыбками и сели в машину. Только тогда все увидели Чхунхи в промокшей насквозь одежде, все это время стоявшую рядом.

Кымбок узнала от людей, что слона подожгла дочь, но в этот раз не стала ругать ее. Должно быть, решила: в Чхунхи на несколько минут вселился дух старухи. Она заявила во всеуслышание, что пожар в кофейне и есть тот самый «столб огненный» и теперь проклятие утратило силу. Ремонт кофейни обошелся в кругленькую сумму, но Кымбок была так рада освободиться от проклятия старухи, что ущерб ей показался сравнительно небольшим.

Кымбок осталась в Пхёндэ, чтобы следить за ремонтом кофейни и продвигать проект по строительству кинотеатра, а Чхунхи вернулась одна на завод, где вовсю кипела работа. Зрение Муна стремительно ухудшалось, к этому времени он различал предметы на расстоянии трех-четырех шагов от себя. Зато перед его внутренним взором все отчетливее появлялись картины родной деревни: облака на вершинах гор, река, отражающая солнечные лучи, волчата, найденные в пещере, когда они с отцом заготавливали дрова, лица родственников и близких знакомых, с которыми он расстался очень давно… Мун становился все молчаливее, все чаще целыми днями он не ронял ни слова, хотя постоянно находился среди людей. Так он переходил из настоящего в прошлое, из реальности в мечты, из существующего в уже исчезнувшее, из разговоров и общения с людьми – в свое безмолвное одиночество.