Читаем Кит онлайн бесплатно
Составив новую родословную, Фармацевт начал писать и новую биографию. По его выдумке, несмотря на принадлежность к королевскому роду, он представлял собой убежденного республиканца. В юности он учился на Западе, получил там должные знания, познакомился с новой цивилизацией, но затем осознал, что в этом мире, где правят военные, ему нечего делать, и поселился в тихой провинции, ожидая своего звездного часа. Стали даже поговаривать, будто к нему несколько раз приезжали из центрального аппарата страны с важными дипломатическими поручениями, но он категорически отказывался: заявлял, что никогда не будет сотрудничать с правительством, пока политическая власть принадлежит Генералу, который выдает себя за главу республиканского государства, а на самом деле ничем не отличается от деспота. Естественно, в обмане людей не последнюю роль сыграло его красноречие. Член королевской семьи, родившийся не в ту эпоху и скромно живущий среди народа, – вот за кого хотел выдать себя ростовщик, исподтишка сосавший кровь бедных предпринимателей.
На подделке сведений о себе Фармацевт не остановился. Чтобы придать биографии правдоподобности, он часто посещал кофейни в центре города, знакомился там с культурными людьми и старался сойтись с ними поближе. Но поскольку должного образования он не получил, то, даже будучи весьма красноречивым, с трудом держал себя на равных с деятелями культуры и искусства, как правило самолюбивыми и гордыми. Благодаря жизненному опыту и смекалке, приобретенным на суровом поле рыночной конкуренции, он понял, как войти в их круг. Просто следовало говорить как можно меньше. Это был самый эффективный способ скрыть свое невежество и показать, что обладаешь обширными знаниями, проницательным взглядом на культуру и искусство, ну и благородством. Создать такой имидж он сумел, научившись изображать глубокое понимание сути сказанного собеседником, в меру вежливую улыбку и, если надо, изрекать впечатляющий короткий комментарий по поводу услышанного. Усвоить эти приемы было довольно трудно, однако благодаря таланту оратора и умению подражать он вскоре стал беседовать с интеллигентными людьми без особых препятствий.
Фармацевт ходил от кофейни к кофейне, общался со множеством деятелей культуры и искусства. Он заключил, что каждое заведение привлекало разную аудиторию. Так, литераторы пили кофе в одном месте, художники – в другом, музыканты – в третьем, а критики – в четвертом. Такое разделение было вызвано желанием представителей одного вида деятельности общаться в своем тесном кругу. Фармацевт участвовал во всех разговорах, поднимая в одних кругах вопросы, которые подслушал в других. Эффект получался потрясающим. Например, он приходил в одну кофейню и бросал такие реплики:
«Формализм – это мощный вызов мимесису».
«Борхес однажды сказал про французское кино, что оно представляет собой поклонение скуке. А голливудское кино, как вы думаете, чему поклоняется?»
«В современной прозе наблюдается склонность к минимализму. Как вы думаете, не доказывает ли это, что мир становится все сложнее и сложнее?»
Чтобы люди удивились его прозорливости и признали своим, было достаточно произнести вот такие лаконичные фразы. Если кто-то из них начинал углубляться в тему, Фармацевт многозначительно и по-доброму улыбался и спешил увернуться от дискуссии с помощью следующих слов:
– Ну, как вам сказать… просто это мое скромное мнение.
И, сделав маленький глоток кофе, переключал внимание на другие темы:
– А вот позиция жюри, присудившего в этом году премию в области художественной литературы, по-моему, слишком консервативна, хотя, конечно, я признаю, что писатель этот превосходно излагает мысли…
Этого всегда хватало с головой. Стоило ему только бросить фразу, как другие тут же подхватывали ее и сами продолжали разговор. А он мог сидеть и с подходящей для любой ситуации улыбкой слушать умных людей. Таковы были законы дискуссии. Люди, считавшие себя интеллигенцией, как правило, не обнажали скрытые коварные мысли, потому что, с одной стороны, боялись раскрыть свои недостатки, а с другой – не хотели наживать врагов. Поэтому обсуждения неизменно отличались поверхностностью, и Фармацевт понимал это лучше всех.
Проблемы создавала Сурён. Она тоже вела себя как образованная женщина из состоятельной и знатной семьи, представители многих поколений которой занимали важные чиновничьи посты, но полностью избавиться от фривольности, свойственной девицам легкого поведения, не могла. К тому же Фармацевт всегда переживал из-за яркой красоты жены, которую редкий мужчина мог забыть, стоило ему увидеть ее хотя бы раз.
