Читаем Кит онлайн бесплатно
Много лет назад какая-то вдова средних лет так напилась, что без стеснения начала переодеваться перед ним, подростком, только вступившим в переходный период, а затем в темноте залезла к нему под одеяло, обдав горячим дыханием его щеки и нос, и от резкого запаха алкоголя и ее разгоряченного тела у него закружилась голова, а она захихикала и, пропев: «А ну-ка, сейчас посмотрим, насколько вырос перчик у нашего малыша…», недолго думая, залезла в его штаны, от чего у бедного мальчика голова опустела, дыхание участилось настолько, что он, близкий к состоянию скорой смерти, стал задыхаться, как вдруг почувствовал такое удовольствие, идущее от низа живота, что содрогнулся, затрясся всем телом и едва не зарыдал. Неожиданно он бросился на грудь вдовы, обнял ее и, сам не понимая, что делает, плотно прижался к ее бедрам и стал тереться своим «перчиком», да так неистово, что у женщины покраснела кожа между ног и началось раздражение. А он после этого метался между сильным, до смерти, страхом и безудержным желанием вернуть те минуты блаженства и ничего другого не нашел, кроме как мечтать о том, чтобы он сам, или его мама, или весь мир превратились в космическую пыль, которая будет вечно носиться в холодном и безграничном космическом пространстве, и это сокровенное желание не покидало его.
В знак благодарности Кымбок за помощь в строительстве церкви пастор начал первую в Пхёндэ церемонию бракосочетания и предложил собравшимся помолиться, для чего попросил всех закрыть глаза. Гости, пришедшие поздравить новобрачных, выполнили его просьбу, но жениху такая благоговейная атмосфера пришлась не по душе: его раздражало, что надо стоять без движения, и мало того, что у него разболелась голова, так еще свербело в паху и урчало в животе. Газы вырывались из кишечника, и он, едва справляясь с собой, крутил задницей и силился держать глазами закрытыми, от чего невольно дрожали веки. Тем не менее даже в таком мученическом состоянии он сквозь прищуренные веки оглядывал невесту, стоявшую рядом в белоснежном платье, и, сгорая от желания как можно скорее оказаться в ее объятиях и неистово потереться об нее низом живота, принужденно покашливал. В конце концов он невольно поперхнулся, чем нарушил благоговейную атмосферу в церкви, и у всех пришедших поздравить молодоженов отныне создалось впечатление, что храм для богослужений – весьма забавное и нелепое место.
– В постели он мужчина никудышный. – Так младшая из близнецов отозвалась о муже на следующий день после первой брачной ночи, зайдя в кофейню, где сидели ее сестра и Кымбок. – Он всю ночь терся своим вялым хрящом о мои бедра, как возбудившийся щенок, только и всего!
От ее слов все громко захохотали и захлопали в ладоши. Однако инженер постепенно восстановил мужскую силу благодаря поддержке жены, опытной в обращении с такими делами, и их супружеская жизнь наладилась. Но вскоре настал грустный момент: следом за коллегами, которые уже давно закончили работы и переехали на другой объект, инженеру пришлось покинуть Пхёндэ, а сестрам-близнецам – расстаться друг с другом. Поскольку те с рождения не жили порознь, печаль разлуки была нестерпимее боли от отрезанной руки. В день отъезда Кымбок выделила инженеру-электрику и младшей из сестер автомобиль, и молодожены, загрузив свой скарб, отправились в соседний городок. При расставании сестры со слезами на глазах обещали, что после окончания инженерных работ вернутся и снова станут жить вместе. Но, увы, сдержать данное слово им не удалось.
Вместе с Кымбок в Пхёндэ на церемонию бракосочетания приехала и Чхунхи. Она прошлась дорогой, по которой когда-то верхом на Джамбо дважды в день совершала обход. В конце той дороги, у кофейни, она увидела чучело слона. Как и раньше, Джамбо стоял с высоко поднятым хоботом, демонстрируя свою былую мощь. За это время горячие солнечные лучи и ветер изменили цвет его кожи, она потеряла упругость и скукожилась, то попадая под снег и дождь, то снова просыхая. Глядя на набитого соломой Джамбо, от которого осталась лишь дряблая оболочка, Чхунхи вспомнила время, проведенное с ним, и от тоски у нее сжалось сердце. Вдруг откуда-то до нее донеслось:
Джамбо. Чхунхи чуть не заплакала от удивления и радости, но сдержалась и поприветствовала его как раньше:
