Читаем Кит онлайн бесплатно
Тогда Кымбок тоже разгневалась и уехала в Пхёндэ, тем самым показывая, что ей все равно, пусть делают что хотят, хоть кирпичи, хоть рисовые хлебцы. Это случилось к концу четвертого месяца после того, как благодаря деньгам сестер-близнецов были построены печи.
Мун, пробуя разные способы обжига кирпичей, всю зиму безвыездно торчал в Намбаране. «Неужели, чтобы делать кирпичи, нужно такое большое мастерство?» – недоумевали люди, но Мун их не слышал. До наступления зимы он все экспериментировал, чтобы выяснить, какими дровами надо топить печи для достижения высокой температуры, каким образом укладывать кирпичи для обжига, чтобы жар распределялся внутри равномерно, какая температура требуется для получения необходимого цвета. А Кымбок, окончательно потеряв интерес к его делам, сосредоточилась на чайном доме и только иногда через попутчиков передавала в Намбаран продукты. Кто беспокоился о деле, так это сестры-близнецы. Они не находили себе места от нетерпения и все спрашивали:
– Да что ж такое? Сколько месяцев уже прошло, как построили эти печи, а кирпичи все не делают!
Но Кымбок, вложившая все свои деньги в этот завод, оставалась невозмутимой:
– Пусть поступает, как считает нужным. Кто знает, может, он скоро золото отливать научится.
За это время Мун несколько раз ездил в крупные города и осматривал там кирпичные заводы, а еще привозил с собой так называемых мастеров этого дела, но даже они в большинстве своем оказывались халтурщиками: на их кирпичах появлялись трещины, и если даже вид кирпичей его устраивал, то страдала прочность, они легко разбивались. Так Мун шел к успеху через бесконечные пробы и ошибки.
Весной следующего года случился поздний снегопад. Кымбок беспокоилась о Муне, который остался один в Намбаране, как вдруг ночью он, тихо открыв дверь в комнату, где спала Кымбок, предстал перед ней, весь покрытый снегом. Прошло несколько месяцев, как Мун покинул Пхёндэ. На его почерневшем от копоти лице клоками торчала борода и печально поблескивали красные, как у волка, глаза. Испуганная его неожиданным появлением, Кымбок спросила, как он оказался здесь в такое время, взяла Муна за ледяные руки, усадила на самое теплое место, быстро подогрела ему суп с рисом, налила браги. Заметно похудевший Мун с усталым видом проглотил принесенную еду. Всю зиму не вылезавший из Намбарана, он не мог не тосковать по Кымбок, и это было видно по его распаленному взгляду. В ту ночь Кымбок, как никогда горячо разделившая с Муном под одеялом его страсть, настаивала:
– Бросьте эти кирпичи или что там. Хватит. Возвращайтесь и давайте жить вместе. Должно быть, не судьба нам делать кирпичи.
Но к вечеру следующего дня Мун, прервав сладкий отдых, через сугробы отправился в Намбаран.
В тот день из-за сильного снегопада торговец не вывел машину на дорогу. Он мог управлять грузовиком даже с закрытыми глазами и ни разу не сбиться с пути, однако пробиваться через снежные заносы оказалось делом неразумным. Торговец, у которого благодаря непогоде образовалось несколько внеплановых выходных, однажды утром не обнаружил своей машины, оставленной у ворот. Он испугался, но затем, оглядевшись вокруг, заметил следы колес на снегу. Он поспешил по этим следам. Они вывели его далеко за пределы поселка. Присмотревшись внимательнее, торговец заметил на снегу огромные отпечатки размером с тазик, оставленные, без сомнения, слоном, а рядом – беспорядочные следы человека.
Вскоре в заснеженном поле он обнаружил и догнал свой грузовик, который за канат тащили куда-то слон и Чхунхи. Прикатить машину назад труда не составило, но узнать, куда эти двое намеревались ее утащить, он так и не смог. Правда, торговец заподозрил, что Чхунхи хотела сбросить грузовик с обрыва, что в конце поля.
Услышав от торговца эту историю, Кымбок взяла розги и устроила Чхунхи большую порку. У девочки впервые в жизни на глаза навернулись слезы, и она жалобным взглядом посматривала на грузовик. Сестры-близнецы, утешая Чхунхи, стали укорять Кымбок и выговаривать, зачем ей нужна такая рухлядь, пусть и пропала бы, ничего страшного, и только невиновный торговец с несчастным видом стоял рядом и пыхтел папиросой.
Мун снова вернулся в Пхёндэ в один из апрельских дней, когда вокруг все начало зеленеть. В руке он держал красный кирпич. Кымбок босиком выскочила из дома с вопросом, получилось ли у него наконец, но Мун без всякой радости на лице протянул ей кирпич. Внимательно рассмотрев его, Кымбок сразу поняла, сколько сил Мун вложил в работу – качество было превосходным. Гладкий на вид, благородного цвета, прочный на ощупь. Выразить радость Муну не позволяла сдержанность, но хоть разок он мог бы и улыбнуться. Однако, глядя на кирпич, полученный после долгих испытаний и лишений, он застенчиво раскрыл рот:
– Кирпич такого качества, что дом, построенный из него, ввек не развалится.
На что Кымбок с улыбкой осведомилась:
– Ну, тогда сколько штук можно сделать в день?
– Если топить по очереди две печи, то в сутки получится тысяча кирпичей.
