Читаем Кит онлайн бесплатно
Только через семь дней ее нашли чернорабочие, которые снимали у железнодорожной станции комнаты и подрядились рубить лес. Они пришли в столовую с мыслью отогреться после тяжелой работы. А до этого посетители лишь заглядывали в столовую, где не горел свет, и почти сразу уходили ни с чем, недовольно бурча. Однако последним, наверное, очень хотелось горячей похлебки, и они от нетерпения даже открыли дверь комнаты. Увидев лежащую неподвижно старуху, мужики сначала подумали, что она умерла. Однако несчастная стойко цеплялась за жизнь: лежа в темной комнате, она грызла оставшийся вареный рис, уже превратившийся в ледяной ком. Правда, из-за этого сломались два зуба из тех немногих, что у нее еще сохранились.
Теперь к ней изредка приходила вдова, жившая по соседству, приносила холодный рис и выносила судно, но скоро у старухи, лежавшей без движения, на спине и ягодицах появились пролежни, и комната наполнилась едким запахом нечистот и гниющего тела. Злая по натуре вдова, не испытывавшая к людям добрых чувств даже размером с булавочную головку, появлялась один-два раза в неделю и постоянно выражала свое неудовольствие:
– Фу-у, как это вы, бабуля, так много дерьма выдали!
– Едите-то всего ничего, и откуда столько дерьма из вас выходит?
Но со временем она стала все реже заглядывать в комнату, а затем и вовсе перестала приходить, и скоро судно переполнилось испражнениями, а старухе несколько дней пришлось голодать. Ее скрюченное, высохшее тело продолжало гнить. Таковы были законы этого мира.
В это время в самый разгар зимы, совсем не в сезон, вдруг налетели пчелы и черной тучей закрыли небо над Пхёндэ. Люди в ужасе заговорили, что быть большой беде. Вслед за этим у входа в деревню появилась женщина с посохом в руке. Она оказалась кривой, без одного глаза, отчего выглядела такой безобразной, что в дрожь бросало. Лицо женщины было чистым, как белый нефрит, без единой морщинки, однако голову покрывала седина. В детстве она ела слишком много меда, вот волосы и поседели. Из-за необычной внешности никто не мог определить, сколько ей лет.
Ведя за собой рой пчел, она медленно направилась к дому, где лежала старуха. Жителям поселка женщина сказала, что приходится ей дочерью. Люди со страхом смотрели на чудную одноглазую женщину, однако укусы круживших над ней пчел были еще страшнее, и они шли, вобрав головы в плечи, и осторожно говорили, что, мол, надо скорей позвать врача или что от пролежней хорошо помогают цветки сухого сафлора. Однако кривая изрекла: «Я сама знаю, как лечить свою мать», – и выпроводила всех из дома. После этого она единственным глазом пристально посмотрела в лицо старухи, над которой уже явно нависала тень смерти. Через несколько дней женщина объявила людям, что именно эта старуха сделала ее калекой, и ее слова в какой-то мере были правдой. К тому времени прошло около двадцати лет, как мать и дочь расстались.
История возвращает нас в прошлое. Давным-давно из-за уродливого лица старуха, а тогда молодая женщина, в первый же день после свадьбы, не побывав ни разу в объятиях супруга, была выгнана из его дома, и этот случай неожиданно для всех опроверг поговорку: «Муж может выгнать из дома красивую жену, а некрасивую не может». После этого ей так и не удалось найти себе пару, и она до тридцати с лишним лет скиталась по чужим домам, помогая по хозяйству, и в конце концов попала в благородную семью кухаркой. На ее грубом лице, даже если очень захотеть, нельзя было найти ничего привлекательного: нос картошкой, спрятанные глубоко крысиные глазки-щелки, черные гнилые зубы, обнажавшиеся при каждой улыбке. Конечно же, на такую безобразную, да еще с короткими ногами при малом росте, никто в доме, даже старые мужланы, не обращали внимания, и, когда жаркими летними ночами она спала, раскрыв самые потаенные части тела, не находилось ни одного мужчины, который раздвинул бы створку двери и переступил порог ее комнаты. Перед уродством этой женщины меркли слова о том, что даже у лаптя есть пара.
