Читаем Кит онлайн бесплатно
Так ответил Джамбо, и Чхунхи кивнула, будто знала, где это место находится. А между тем голубая жемчужина уменьшалась и уменьшалась и вот уже стала размером с ноготок. На небе сияли звезды, бесчисленное множество звезд. Вскоре Джамбо достиг межзвездного пространства. Он летел с ужасающей скоростью, но в этом пространстве отсутствовало сопротивление, поэтому создавалось впечатление, что они плывут по глубокому морю, а вокруг них царит полнейшая тишина. В какой-то миг Чхунхи вдруг обнаружила, что от нее исходит то же свечение, что и от Джамбо. Глядя на свое тело, которое становилось все прозрачнее, она произнесла:
Чхунхи вдруг поняла, что произнесла эти слова вслух. Голос и в самом деле принадлежал ей, на Земле не вымолвившей ни слова. Он звучал нежно и слабо, как ветерок, что перебирает листочки на деревьях. Джамбо улыбнулся.
Он летел дальше. Никто не знает, насколько быстро они проносились между звездами. Вскоре они уже пролетали недалеко от галактики Андромеды. Однако движение совсем не ощущалось, казалось, они застыли на одном месте. В какой-то миг тела Чхунхи и Джамбо стали такими прозрачными, что свет будто стекал с них, как сахар растворяется в воде. Чхунхи испуганно спросила:
Чхунхи хотела спросить еще что-то, но не успела раскрыть рот, как в одну секунду они оба исчезли, и в бескрайнем космосе остались только тихие голоса.
Моей бабушке сейчас девяносто девять лет. Она родилась в районе Апкучжон, а после того как вышла замуж за моего дедушку, долго жила в районе Кондок. Мне говорили, дедушка нанимал кучеров и занимался своего рода транспортным бизнесом в районе Мапхонару. Наверное, его экипажи развозили кувшины с солеными креветками, которые покупали богатые женщины, проживавшие в центре Сеула, внутри городских ворот. Бабушка же готовила суп из собачатины и продавала его торговцам теми самыми солеными креветками. До самой смерти дедушки она никогда не покидала Сеул, поэтому внешний мир для нее делится на две части: пространство внутри городских ворот и пространство за их пределами. А что находится дальше, она плохо себе представляет.
Людей она тоже делит по-своему. По ее убеждению, каждый человек относится к одному из двух типов: либо к мелким, наполненным завистью к более успешным людям, либо к вредным и упрямым, причиняющим хлопоты близким и окружающим. Почему она так считает, бабушка не объясняет. Просто показывает на кого-нибудь и определяет, мелкий он или вредный. Когда я спрашиваю, на основании чего она делает такие выводы, бабушка отвечает:
– Ну разве не видно? Говорю же: вредный он.
Сначала я не разбирался в критериях, по которым она определяет тип человека, но потом понял. Более того, сам стал оценивать людей по этим критериям. Например, мы с ней относимся к мелким, а покойный дедушка – к вредным. При желании я мог бы разъяснить принципы такого разделения, но, думаю, в этом нет необходимости. Как говорит бабушка, стоит один раз взглянуть – все понятно. Кроме того, по ее мнению, человек обретает гармонию, лишь когда встречает свою противоположность и образует с ней пару – будь то друзья, супруги, начальники и подчиненные. В общем-то, я с ней согласен: мир действительно так устроен.
Моя бабушка живет вот уже почти сто лет, и скоро ей предстоит попрощаться с этим миром. Ее классификация людей теряет актуальность. Однако она, тщедушная старушка, всем своим видом словно говорит мне: «Смотри внимательно: таким был прошлый век, в котором я прожила жизнь».
Считается, что современный роман неспособен охватить и запечатлеть действительность в том виде, какова она есть. Люди задаются вопросом: «Какой смысл множить иллюзии, когда действительность сама стала иллюзией?»
Повествование как жанр застыло на месте, а время рассеялось. Новое потеряло новизну. Как Чужой – паразитирующий организм, ищущий себе носителя, – душа писателя блуждает в далеком космосе. Снова и снова стремясь к размножению, Чужой пожирает даже собственное тело – единственного оставшегося носителя. Ради выживания он готов на все, словно отчаявшийся полководец на поле битвы. Так быть писателем в наше время – это счастье или несчастье?
