Читаем Кит онлайн бесплатно
А теперь разрешите мне сделать то, чего я не делал давно, – немного отклониться в сторону. Прошло много лет, и вот однажды в одном из университетов страны для экспедиции сформировали группу студентов, обучающихся таким специальностям, как промышленная архитектура, история, антропология. Экспедиция, названная «В поисках Королевы», поставила целью проследить жизнь Чхунхи, окруженную многочисленными тайнами и загадками. Студенты все летние каникулы провели в экспедиции, посетили конюшню сестер-близнецов, где родилась Чхунхи, исчезнувший город Пхёндэ, а также тюрьму, где она просидела больше десяти лет. Однако успешной эту затею назвать было нельзя, поскольку большинство людей, знавших Чхунхи, к тому времени уже покинули этот мир.
Правда, студентам все-таки улыбнулась удача: им удалось встретиться с бывшим начальником тюрьмы, служившим в то время, когда Чхунхи сидела за решеткой. Но тот уже находился в преклонном возрасте и к тому же страдал старческим слабоумием, поэтому ничего дельного студенты от него не добились. Он то и дело ходил под себя, и невестка подкладывала под него пеленку, обернутую полиэтиленом. Каждый раз, когда начальник тюрьмы пачкал свои штаны, невестка наказывала его, шлепая по голой заднице. Она ухаживала за свекром только ради пенсии, которая регулярно выдавалась на его имя. Когда члены экспедиции вошли в комнату, начальник тюрьмы в свои почтенные годы, ко всеобщему удивлению, занимался мастурбацией, направив свой взор на стену, и был полностью увлечен самоудовлетворением. На стене своим дерьмом он нарисовал умирающую на виселице заключенную.
Группе студентов удалось встретиться и с медсестрой, бывшей сокамерницей Чхунхи. Она превратилась в беззубую старуху, но до сих пор держала публичный дом, где работали две старые проститутки, так и не сумевшие найти себе другое занятие. Одной из них оказалась та самая мать-одиночка, сидевшая в той же камере, что и Чхунхи. Медсестра встретила членов экспедиции с радостью на лице:
– Для групп действует двадцатипроцентная скидка. Но ни в коем случае нельзя обращаться с ними грубо. Эти девки легко могут лопнуть, как шарики с водой.
Когда члены экспедиции спросили ее о Чхунхи, она, к счастью, вспомнила свою давнюю сокамерницу:
– А, вы об этой немой девице… Надо было ее убить тогда… Если вы ее встретите, обязательно передайте мои слова. Рано ей успокаиваться, я о ней еще не забыла.
Экспедиция направилась дальше через затерянный город Пхёндэ на кирпичный завод в Намбаране. Студентам крупно повезло: среди развалин печей они нашли ту самую серебряную зажигалку. Находка взволновала их и подняла настрой, но зажигалка уже покрылась ржавчиной и не высекала огня. В научных кругах вспыхнул очередной спор – на этот раз о подлинности зажигалки.
Проведя одну ночь на заводе, участники экспедиции прочесали ущелье, в котором, как предполагали, жила Одноглазая, но найти ее не смогли. Хотя в одном высоком месте, где роилось особенно много пчел, они обнаружили гнилой ствол дерева с углублением, по-видимому старый улей, и палку, похожую на трость. На этом поиски пришлось прекратить, потому что один из студентов, у которого оказалась аллергия на пчел, погиб от укуса. Ходили слухи, что на обратном пути кто-то, забравшись в чащу леса по нужде, видел среди деревьев совершенно седую одноглазую старуху, но, скорее всего, это была просто галлюцинация перепуганного человека.
Прошло несколько лет. И вот примерно на пятый год небо устроило так, чтобы на сцене, где шел спектакль под названием «Судьба Чхунхи», появилось новое действующее лицо и круто изменило однообразную жизнь героини на заводе, оторванном от всего мира.
Все пространство перед печами сплошь было заставлено кирпичами, но Чхунхи без устали продолжала делать свое дело, как рабочий муравей, рожденный с генами трудяги. Незаметно ее возраст приблизился к тридцати пяти. За это время она совсем одичала и начала стареть: грудь обвисла, на теле со следами от многочисленных ран появились морщины. Таковы законы силы тяжести. От непрерывной работы руки покрылись мозолями, огрубели и стали шершавыми, как ствол дерева, а кожа дочерна загорела на солнце. Чхунхи выглядела настолько грубой и неуклюжей, что ее с трудом можно было назвать самкой, но одинокую душу по-прежнему заполняла тоска по исчезнувшим людям. Каждый вечер она стояла во дворе завода, облюбованном светлячками, и смотрела на огни проходящего поезда. Она верила, что когда-нибудь на этом поезде в долину вернутся люди.
