Читаем Девушка-загадка онлайн бесплатно
Сибирские зимы. Роза шила одежду и преподавала во временной школе, а Ян применял свой строительный и инженерный талант, ремонтируя дороги и мосты летом и ремонтируя и утепляя здания зимой. Они выжили, и Ян вырос сильным и способным молодым человеком». Глаза Дианы жестокие и отстраненные, и, кажется, она не видит Слима, когда говорит, а видит только людей из своей истории. «А потом случилось чудо. Не одно, а несколько. Первым было вторжение Гитлера в Россию, которое означало, что Сталин разрешил польским депортированным и некоторым польским военнослужащим покинуть Россию. Были героические долгие марши. Многие погибли в пути. Без денег и еды Роза и Ян проехали более пяти тысяч километров на поезде из Сибири в Красноводск на Каспийском море. Бог знает, как они справлялись без еды и денег. И все же величайшее из них произошло прямо на пристани в Красноводске.
Они обернулись и увидели прямо перед собой Леона, который организовывал отряд солдат, отправлявшихся на корабль в Пехлеви в Иране. Конечно, они едва ли узнали друг друга, но вот он, офицер армии, покинувшей Россию под командованием генерала Владислава Андерса.
«Но представьте себе! Представьте себе, насколько это возможно после всего этого времени, после всего хаоса, опасностей и голода, с которыми им пришлось столкнуться. Огромные расстояния! Миллионы людей погибли, но их семья снова воссоединилась на том причале».
«Невероятно!» — восклицает Слим. Она уже слышала об этом раньше, в основном о встрече на набережной.
«Знаешь, почему я тебе это рассказываю? Чтобы рассказать о моём отце, Яне, на которого ты во многом похож. Он стал солдатом и пошёл в армию».
Но вместо того, чтобы остаться в Палестине с теми молодыми евреями, которые приехали из России и прошли маршем по Ближнему Востоку, он с боями прошел всю Италию и был награжден на свой двадцатилетний юбилей».
«Я видела медаль, мама. Жаль, что я его не знала».
«Я тоже, Слим», — она протягивает руку Слиму.
Слим чувствует, что ей следует отвести её в дом. «Могу ли я принести тебе плед или что-нибудь ещё? Ты выглядишь замёрзшей».
«Слушай, это о тебе! Это о том, что внутри тебя . И о том, что когда-то было внутри меня». Она всё ещё держит Слима за руку. Это, как и настойчивость в её взгляде, совсем не похоже на отстранённую, саркастическую мать зимы.
Диана продолжает: «Ян выучился на инженера-строителя после войны, а затем занялся продажей тяжелого оборудования, чем и занимался по всей Восточной Европе. Он был обаятельным человеком: замечательная компания и очень, очень умный. Он уже свободно говорил по-польски, по-русски и по-английски, а в пятидесятые годы поставил себе цель выучить немецкий. Так что вы знаете, что дальше, не так ли? Человек с его талантами очень скоро попал в поле зрения британской разведки, и не только они — восточногерманская Штази тоже хотела его заполучить. Так что он служил обеим, но все это время он работал на британцев и против коммунизма. Видите ли, он видел жестокость сталинской России — массовые убийства, рабство, голод, людей, поедающих друг друга, — и он люто ненавидел коммунизм. Совершенно! Мой отец, ваш дед, стал одним из самых успешных двойных агентов холодной войны.
Он действовал в Берлине, Дрездене и Лейпциге, где помогал управлять и защищать агентурные сети. Он снабжал коммунистов ложной информацией и водил их за нос, а они и не подозревали об этом. Он шёл на огромный риск, вербуя агентов, а когда они попадали в беду, спасал их, организуя их побег. Настоящий Алый Первоцвет.
«И ты никогда не думал рассказать мне об этом раньше?»
«Нет, не знаю почему. Может, не было возможности». Она отпускает руку Слима и жалко пожимает плечами. «Мне нужно было разобраться с другими вещами, не только с Мэтью и твоим отцом. С эмоциями».
Слим туда не пойдёт. «Те люди, которые приходили меня проверить, ты им об этом говорил?»
«Да, вероятно, так и было».
«Значит, вы рассказали этим безымянным чиновникам, но не мне».
«Я упомянула об этом только потому, что хотела, чтобы они поняли: вы из надёжной и находчивой семьи». Слим не может сдержать улыбки. Она вспоминает другого представителя этой надёжной и находчивой семьи, Мэтью, стоящего на
сад ха-ха, в руке косяк, накуренный до чертиков.
«В разговоре упоминался Мэтью?» — спрашивает Слим.
«Думаю, ты им рассказал. Они были заинтересованы, но лишь до определённого момента.
Возможно, они хотели узнать, стал ли он джихадистом.
«Что-то в этом роде», — говорит Слим. Они уже проверили Мэтью? Служба знала, что с ним случилось? Она не отрывает взгляда от матери. «Как думаешь, они знали, куда он отправился?»
Взгляд раздражения. «Нет, конечно, нет! Зачем им спрашивать, если они знают?»
Послушай, я устал. Я просто скажу: я потерял одного ребёнка. Я не хочу потерять ещё одного.
«Я умоляю тебя быть осторожным, что бы ты, черт возьми, ни делал».
«Я сделаю это».
«Ты придёшь завтра, дорогая? Я бы хотел увидеть тебя снова».
«Конечно. А теперь я отвезу тебя обратно к Хелен. Я вижу её у входа».
«И принеси-ка, знаешь что, когда придёшь», — говорит её мать. «И, конечно же, дорогой Лу».
