Читаем Раскольники онлайн бесплатно

– А еще архимандрит Никанор, – снова вступил в разговор Митрофан. – Архимандрит-то наш святых тайн уж лет пять как не причащался. Со шведами-еретиками дружбу водил.

– Ну, говори и ты. – Мещеринов покосился на послушника Иудку Иванова.

– Еще до вашего приезда, боярин, – запинаясь, произнес Иудка. – В обители холопы шептались: дескать, бить надо стрельцов государевых. Самим монастырем и островом Соловецким править.

– Надо же. – Мещеринов поморщился. – Далеко измена в обители зашла.

– Как зашла, так и выйдет, – сурово произнес старшина, слушая рассказы монахов. – Брать монастырь надо, и все тут.

Мещеринов лениво махнул рукой:

– Да знаю я. Теперь уж не отступимся. Еще что скажете, чернецы? – поинтересовался воевода.

Монахи потупили взор.

– Позволь мне, воевода, – вмешался Иудка. – В прошлом году собор у них был…

– Далее сказывай. – Мещеринов заинтересованно подмигнул послушнику.

Иудка вытер сопли рукавом рубахи и выпалил:

– Келарь Азария погавкался с сотниками Исачко и Самко.

– Чего погавкались? – хрипло спросил Мещеринов.

– Не велел Азария монахам за государя молитвы произносить, а сотники ему угрожали, что, дескать, бросят они ружья на стену. А Никанор велел сотников тех в подвале запереть, пока не образумятся. – Иудка замолчал, но после пояснил: – Кажись, все, боярин. Остальное сам знаешь.

Воевода хлопнул себя ладонями по коленям и встал.

– Знаю! – сурово изрек он. – Лучше бы не знал, да Господь и государь сподобили мятеж этот укоротить.

Старшина покачал головой. Монахи продолжали сидеть неподвижно и смотреть в пол.

– Отведи им, Степан, отдельную палатку, – добавил воевода. – Да спроси: с нами останутся или в другой монастырь пойдут?

Митрофан и Амвросий подняли глаза на воеводу.

– Дозволь, боярин, подле монастыря побыть? – попросили они.

– Черт с вами, оставайтесь, – безразлично ответил Мещеринов. – Старшина вас в лагере устроит. К монастырю не ходите более, иначе вздерну и не посмотрю, что чернецы.

Монахи испуганно перекрестились и замотали головами:

– Бог с тобой, воевода. Более не пойдем.

– Ступайте со старшиной, – повторил воевода, – а ты, послушник, останься.

Монахи согласно кивнули и тихо исчезли снаружи.

Иудка не находил себе места. Что воевода удумал? Все же пересказал ему, что было в обители. Что сам знал, что от других слышал.

Воевода налил в бокал вина.

– Предложил бы тебе, да знаю, что послушание держишь, – ехидно ухмыльнулся Мещеринов. – А оставил я тебя вот с какой надобностью.

Воевода опрокинул бокал, крякнул от удовольствия и закинул в рот кусок жареной семги, что лежала на тарелке. Иудка пустил слюни, но тут же утерся, стыдясь присутствия знатной персоны.

– В лагере стрельцы покормят, – добродушно заметил воевода. – Дело у меня к тебе! – осторожно, пытаясь не спугнуть мальца, пояснил Мещеринов. – Нет ли где потайного хода в монастырь?

Иудка напрягся.

– Может, лаз тайный где в стене видел? – продолжил допытываться воевода.

Иудка ухватился руками за голову и почесал затылок. Затем он почесал нос и задумался, пытаясь вспомнить время своего послушания при монастыре. Из разговоров братии он ничего о ходе и лазе не слышал. Слыхал краем уха, что мальчонка местный, поморский, с острова, без спросу архимандрита за стену ходил. А в каком месте, не слыхал. Да и послушник он, Иудка, всего-то. От братии отдельно был. Они его в свои тайны не посвящали. Стороной ходил и в трапезную, и на службы.

– Не слыхал, воевода, – наконец выдохнул Иудка. – Про то архимандрит и келарь его Азария знают, если есть он, ход этот.

Мещеринов погрустнел. Вино и рыба не лезли в рот. Воевода отпихнул от себя полный стакан и тарелку с рыбой. Стакан, не удержавшись на столе, упал, и струйка вина, словно кровь, побежала к краю стола.

– Говорили еще, – вздохнул Иудка, – будто мальчонка Макарка без спросу за стену ходил. Видимо, через этот лаз.

Мещеринов приосанился.

– А где Макарка тот?

– В монастыре не видел, как стрельцы пришли, – ответил Иудка. – Может, в Кемь он ушел с отцом.

Мещеринов довольно облизнулся.

– Ступай, отрок, покормят тебя. Поди Никанор на сухарях держал.

Воевода вновь налил себе вина и погрузился в размышления. Вот он и ключ. Сподобит Господь, найдут этого Макарку стрельцы в Кеми. Нужно ладью с десятком стрельцов на материк отправить и сыск учинить.

– Эх, мать! – Воевода вдарил широкой ладонью по деревянному столу. Серебряная тарелка с рыбой подпрыгнула и звякнула. – С утра распоряжусь кораблем. А монахи пусть в лагере до зимы остаются.

Мещеринов за допросом и вином не заметил, как с неба стали пропадать последние звезды. Исхудавший месяц, словно чего-то напугавшись, спрятался за куполами соборов. И по верху палатки забарабанили редкие капли дождя.

Утро 26 июля выдалось дождливое. Еще с самого рассвета заморосил холодный северный дождь. Угрюмое солнце скрылось за пеленой тугих серых облаков. С моря дул промозглый морянник, заставлявший все живое в округе искать себе убежище.