Читаем За солнцем онлайн бесплатно
Он смотрел незнакомо и тускло, но Анкарат знал, о чём Имра не говорит.
Ты выбрал за нас. Ты нас заставил. Ты привёл нас сюда, из-за тебя его нет.
Но вслух произнёс другое:
– Мы видели твою клятву.
Курд оторвал взгляд от цепи, кивнул:
– Да. Спасибо.
Шид так и не очнулся.
Мама отвела Анкарата в свои покои – лабиринт рубленых комнат на линии Лау, возле лаборатории. Занавеси и широкие отрезы багряных тканей, россыпи самоцветов в стенах, напоминавшие о тайнике дворца Сада-на-Взморье, прожилки руды в камне – всё здесь пылало лихорадочным светом, напоминавшим о свете каньонов. Той земли она не могла коснуться – понимала ли, как похоже новое жилище на пещерные переходы?
Всюду валялись бумаги с расчётами, исписанные, изорванные в клочки и почти чистые, всюду вспыхивали клубки спутанных магических нитей. Мама устроилась на кушетке и Анкарата заставила сесть рядом. Так надолго она никогда к нему не приближалась. Смотрела с незнакомым восторгом – никогда подобный её восторг не обращался к нему. Но Анкарат вспоминал другое.
Ритуальный круг, вычерченный кровью, кровью, превратившейся в грязь, мама так и осталась там, в сердце своей клятвы. Знал всегда, но только теперь понял.
Мама держала ладонь Анкарата в своих, и он видел, по-прежнему видел: её руки в крови, эту кровь не смыть.
Гриз принёс вино и фрукты, пытался поймать взгляд, но мама отослала его прочь: всё в порядке, не бойся. И повторяла, уже Анкарату:
– Всё в порядке, ну что ты! Что с тобой?
Кровь, столько крови, она изменила себя, перекалила кости, перемешала элементы своей души, чтобы создать его особую судьбу, его новый меч, его безграничную удачу.
– Я принёс клятву Правителю.
Мама улыбнулась, заговорила стремительно, страстно:
– Да, да, конечно, принёс, теперь ты станешь сильнее, сильнее всех, разве не чувствуешь? Ты пришёл в ту точку, что я подготовила, так должно было случиться, я тобой горжусь!
Обняла, мир на вдох посветлел, потеплел. Никогда она не говорила такого. Темнота, пробившая сердце перед Испытанием, эхо жестокого: «Ты – оружие Старшего Дома», – от маминой ласки, от слов, которых он ждал всю жизнь, а услышал только здесь, на Вершине, всё отступило. Лишь саднил кровоточащий след в душе, о нём можно легко позабыть, не так это важно, главное – Анкарат здесь, главное – теперь исполнит её мечту…
…Но Китема нет. Китема, с которым они бегали по крышам, строили убежище, Китема, мечтавшего собрать кожаный доспех в мастерской отца, Китема, вечно спорившего с братом и всегда его защищавшего.
Китем ушёл со Скалы Правосудия и остался бы жив, если бы не последовал за Анкаратом.
– Он забрал моего друга.
Мама отстранилась, нахмурилась. Потом обняла снова, руки заскользили в его волосах:
– Ну что ты. Разве не понял? Он от тебя отказался, вот и сгорел. Не жалей о нём, не жалей о ничтожествах, что не верят в тебя.
Анкарат задохнулся. Не мог её остановить, перебить. Она говорила и говорила, утешала, увещевала. Рассказывала о великой судьбе, о подвигах, о сбывшемся ритуале. И эти слова правда были как ритуал. С каждым моментом молчания Анкарат будто сплавлялся с плотью Дома, превращался в закаменевшую солнечную руду.
Наверное, об этом предупреждала Атши. Этого боялся Гриз. Дом изменил его, Испытание изменило.
Нет.
Что бы ни произошло.
Моя воля сильней.
Разомкнул её цепкие руки, поднялся и ушёл.
Гриз встретил его за порогом, спрашивал, спрашивал, спрашивал, таким молящим, испуганным тоном – что там было, скажи, тебе станет легче, что произошло, скажи, скажи, скажи, – словно перебирал элементы, искал ключ к заклинанию.
– Хватит, – отрубил Анкарат. – Китема нет. А со мной всё в порядке.
Гриз замолчал, и больше они в тот день не говорили – по пути к линии Черуты Анкарата встретил Тэхмирэт, и Гриз как-то отстал, исчез.
А может, исчез и раньше.
В этот раз он услышал скрип железных цепей ещё издалека – сила Отряда волной катилась впереди, искрила под копытами Чатри. «Всё для тебя теперь переменится», – сказал Тэхмирэт, сказал так сдержанно и тихо, что нельзя было понять, поздравляет или предупреждает. Анкарату было не важно.
Ворота открывались медленно, и он пустил Чатри шагом. Та фыркнула, недовольная потерей скорости, встряхнула гривой. Анкарат махнул прохожему, застывшему на пути. Прохожий запрокинул голову, открыл рот: человек Отряда на городских окраинах почти такая же редкость, как катящееся по улицам солнце.
– С дороги, – рыкнул Анкарат, – а то Чатри собьёт тебя или цапнет.
Прохожий выдохнул извинение, метнулся в сторону.
Вот как всё изменилось.
Когда Анкарат появлялся на этих улицах обычным жителем, никто его даже не видел. Когда был Стражником, люди косились на его доспех, улыбались, кто-то и удивлялся: как же он молод! А теперь не видели снова – иначе. Не было ни возраста, ни лица, золотой гул новой брони затмевал всё. Анкарат был осколок Вершины, не человек.
Возле ворот Чатри пришлось остановить – те ещё не открылись.
