Читаем Венценосец онлайн бесплатно
Взгляд его скользнул в сторону и нашёл смеющегося Дира.
И тут же шальная мысль промелькнула в голове Аскольда.
Он снова повернулся к Станилу и, ухмыльнувшись, спросил:
– А знаешь, почему Дена не хочет оставаться здесь и быть женой твоего сына? – И, не дожидаясь ответа, громко произнёс, отчеканивая каждое слово: – Она согласилась стать моей женой и последовать туда, куда я поведу её за собой! Сватовства и сговора не было, ведь девка, как ты сам знаешь, сирота, а потому мы с ней всё решили полюбовно! Если тебя или твоего сына что-то не устраивает, можешь теперь обращаться ко мне!
Казалось, от слов ярла что-то помутилось в голове вождя.
Он долго непонимающе глядел на Аскольда, косился то на Дену, то на сына и, наконец, тяжко вздохнув, махнул рукой своим людям:
– Уходим! Здесь нам нечего более делать! – И тут же оборотился к ярлу: – Не знаю, зачем это тебе надобно, но ежели ты не солгал, то пусть боги принесут вам обоим счастье!
Он поднял правую руку вверх и скороговоркой пробормотал:
– Лёгкого пути вам к морю, ярлы! Прощайте!
Сложив руки на груди, Аскольд с улыбкой смотрел вслед удаляющимся жителям посёлка.
– Ну ты и затейник, брат! – раздался за спиной голос Дира. – Как же перепугались бедный вождь и его подручные! А потом ещё так удивились твоим словам! Я думал, что лопну от смеха!
– Да ладно, – отмахнулся от него Аскольд. – Давай займёмся делом. Лодки загрузили? Люди готовы?
– Две сотни уже сидят на конях, оставшиеся пойдут следом за ними рысью. Ну а в лодках викинги рассаживаются на румы. Все готовы к отплытию. Ждут только твою будущую жену. Отпусти её!
Веселье переливалось из Дира через край, и он всё никак не мог остановиться.
Пришлось Аскольду взять брата за плечи и слегка потрясти:
– Пора, ярл, нам нельзя здесь задерживаться. Посади Дену в лодку и давай команду к отплытию!
Крики и свист наполнили воздух, заржали где-то неподалёку кони, грохот сотен копыт всколыхнул утреннюю тишину.
Началась вторая часть пути.
…Первые солнечные лучи озарили округу, пронзили серую туманную массу и коснулись смеженных ресниц лежащего на брёвнах князя.
Аскольд открыл глаза, прогоняя от себя воспоминания.
Ему так и не удалось уснуть этой ночью.
Сумерки за окном быстро сгущались, превращаясь в черноту ночи, но он этого не замечал. Большой стол и лежащие на нём свитки ярко освещали пять толстых восковых свечей, расставленных на резных деревянных полках, подвешенных на боковой стене.
Ахтуб откинулся на спинку кресла, потянулся и расслабился. Все тяжкие мысли куда-то отступили, и тудун погрузился в воспоминания.
После удачной охоты на тура близ крепости Езгур, сидя у костра и наслаждаясь сочным мясом, друзья рассказали царевичу всё, что знали о повстречавшейся им у ручья девушке.
Церен выросла на их глазах, и оба хорошо о ней отзывались. Но всё же Захид видел её чаще, он и начал тогда рассказ:
– Девушка живёт в городе в доме кади Икбара – местного судьи, состоящего на службе у тудуна Ульмаса – ближнего родича тархана Ханукки. Сам тудун в крепости появляется редко, а потому всем командуют его ставленник Рахат и кади. Они сильно сдружились и вместе творят свои чёрные делишки.
– Город далеко, – задумчиво произнёс Ахтуб. – Что же эта красавица тут делает?
– А здесь она часто гостит у своей старой бабки Джайлан, дом которой стоит на самом краю посёлка. Когда Церен была совсем маленькой, её отец и мать погибли от рук арабов, пытавшихся захватить Езгур. Бабка хотела забрать малышку, но жила слишком бедно и не могла себе это позволить. Вот так сиротка и стала приёмной дочерью брата своего отца кади Икбара. У того своих детей бегало тогда семеро, а потому смотреть за ней было некому. Но девчушка оказалась умненькой и смышлёной, быстро научилась читать и писать, перетаскала у кади все книги, а к десяти годам стала помогать ему вести переписку. Теперь же в городе её знают и часто обращаются за помощью по толкованию законов.
– То, что она умна, я понял из нашего разговора, – кивнул головой царевич. – Но от моих глаз ещё не ускользнули красота и доброта.
– Что ж, – согласился с ним Жалиль. – Так же о девушке отзываются и жители Езгура.
– А с прошлого лета к ней со всей округи женихи свататься начали, – вступил в разговор Захид. – Вот только кади никого не привечает. Говорит, что Церен мала ещё для замужества. Ждать велит, а самых нетерпеливых сватов со двора грубым словом гонит.
– Но почему она так печальна, что её гложет?
– Слух по посёлку идёт, – опустил взгляд вниз Захид, – что Икбар уже сговорился отдать Церен за своего друга – тамгачи Мотреба.
– За хранителя печати? – удивлённо поднял брови Ахтуб. – Но почему? Он богат, умён, влиятелен?
– Этот человек стар и глуп, но зато тамгачи – ближний родич тудуна Ульмаса! Как видишь, всё просто!
– Нда-а-а, – протянул царевич. – Теперь понятно, что так мучает Церен!
Ахтуб задумчиво посмотрел куда-то в сторону и неожиданно спросил:
– Скажи, а можно как-то расстроить эту свадьбу?
– Почему бы и нет, – пожал плечами Захид. – Если, конечно, сам желаешь взять девушку в жёны! Но это тоже непросто будет сделать.
