Читаем Тэнгу онлайн бесплатно
Первый нагинатчик, лишившись оружия, с которого не смог стряхнуть труп товарища, поднял оброненную катану с земли, успел отразить выпад Хицу, ударил, задел. Но юноша, резко пригнувшись, сначала обрубил ему ноги от колена, а потом, подскочив, снес голову. Та полетела в толпу, и в ушах зазвенело от визгов.
На площади остались лишь Хицу и Мукаи. Катаны в их руках дрожали, но противники не спешили сходиться вновь. Хицу дышал тяжело: кровью была залита не только катана, но весь он. От правого плеча до левого бедра кимоно было рассечено: рана была не пустяковая. Но гневное, демоническое выражение так и не исчезло.
Мукаи опустил меч и выкрикнул:
– Достаточно! Ты показал, что хорош! Я готов принести извинения!..
– В задницу извинения! – прорычал Хицу.
– Хицу, хватит! – закричал Фоэ. – Ты искупил позор!
Но Хицу не ответил, упрямо глядя на Мукаи. Тот вздохнул и пошел в наступление.
Толпа снова возликовала, глядя, как Мукаи теснит противника. Игураси вцепилась в рукав Аяшике и громко кричала. Не сразу Аяшике понял, что это не плач: она орала какую-то из своих храмовых сутр – громко, насколько хватало связок и легких, и люди вокруг затыкали уши. Когда Мукаи, запыхавшись, опустил клинок, Хицу поднял голову и рассмотрел Игураси в толпе – он узнал голос, кричавший сутру. Его лицо снова преобразилось – страшная «маска» сошла, глаза посветлели, исчезла кровожадная ухмылка. Аяшике засомневался было в собственном рассудке, но Соба не сдержал изумленного вскрика: монах вертел головой, глядя то на Игураси, то на Хицу, будто понял что-то, над чем уже долго размышлял…
Собрав последние силы, Хицу отражал удары врага. Когда самурай отскочил, Хицу подбросил сияющую катану и схватился двумя пальцами за навершие рукояти. Теперь длины оружия хватило, чтобы достать противника, а силы пальцев – чтобы нанести резкий и точный удар сверху вниз, вскрывая череп от макушки к подбородку, между глаз, которые все еще смотрели в ужасе…
Аяшике нечасто видел в Оцу славных самураев и мастеров меча, но откуда-то знал точно: так умел драться только один человек на свете. Кадзуро, чувствовавший клинок как продолжение руки. Кадзуро, брезговавший отсечением голов. Как, должно быть, Кадзуро гордился бы этой битвой, если бы ему довелось ее видеть!
Тело Мукаи упало на землю в полной тишине. Зрители не смели издать и вздоха: кто знает, что еще придет в голову этому демону и не решит ли он взрезать черепа всем оскорблявшим его?
– Почтенные сыны Младшей Гирады, – прохрипел Хицу, – сегодня я забрал жизни ваших соратников… Я не хотел, но так велела честь. Если кто-то из вас чувствует себя оскорбленным, я готов сойтись и с вами.
– Замолчи, болван! – крикнул Соба.
Монах и Дзие бросились к главе Шогу, подхватили под руки и оттащили с залитой кровью площади. Слабость Хицу вернула зрителям пыл. Другие самураи выступили на поле битвы, окрасив гэта красным, и Аяшике услышал, как выскальзывают из ножен катаны. Противники – множество их – медленно приближались к Шогу.
Аяшике прижал к себе Игураси, пятясь, Шогу обнажили оружие. Сосчитать врагов не получилось бы. Но чтобы уничтожить Шогу, их было более чем достаточно.
– Вы убили славных воинов, защитников Младшей Гирады! Вы служите Укири! Вы хотите нашей смерти!
– Это был честный поединок, и Хицу выиграл! – рявкнул Танэтомо.
– Он демон, а не человек!
– Это конец, – прошептал Фоэ, отступая.
Дзие, взваливший на плечи Хицу, вдруг потерял равновесие: Хицу слез с его спины, выступил обратно к толпе и замахнулся сияющей сквозь кровь катаной.
– Я убью любого, кто сделает еще шаг! – Аяшике не видел его лица, не знал, снова ли Хицу обратился демоном, но на сей раз никто не осмелился оспорить его победу. – Убью! Убью! Убью! – срывая голос, орал Хицу, подкрепляя слова взмахами клинка.
Они собрали пожитки и оставили «Пляшущий журавль». Старуха-смерть решила, что подношения, сделанного Хицу, ей достаточно.
Из заметок путешественника Гонзы Стракатого:
