Читаем 90-е: доктор Воронцов онлайн бесплатно
Тетя Зина, будто прочитав его мысли, глянула поверх очков:
— Ты чего, Димка, скис? Аль ночь тяжелая была?
— Да нормально все, — Дмитрий допил чай, поставил стакан, — Просто задумался.
— О жизни думать надо, а не задумываться, — наставительно сказала тетя Зина, — А то задумаешься, и на вызов опоздаешь. Вон, кстати, — она глянула на рацию, — Тихо пока. Сидим, отдыхаем.
— Анекдот давайте, что ли, расскажу, — предложила тетя Зина, — Про нашу работу. Звонит мужик на «скорую»: «Алло, скорая? У жееы сильное кровотечение!». Диспетчер: «Откуда?». Мужик: «Ну… из одного очень интересного места».
Дядя Коля хмыкнул, Семеныч улыбнулся в усы.
— Это ты к чему? — спросил он.
— А к тому, — тетя Зина поправила очки, — Что звонки у нас половина дурацкие. То живот болит, а там муж пьяный спит. То ребенок температурит, а там просто жарко. Работаем, орлы. Работаем.
Когда мужики пошли курить Дмитрий подошел к телефону.
— Мне позвонить надо, — сказал он, — Личное.
Тетя Зина кивнула, вышла во двор, прикрыв дверь.
Дмитрий набрал номер. Гудки тянулись долго, потом ответили.
— Дежурка, капитан Греков.
— Капитан, это Воронцов. Я договорился по вашему вопросу. Сегодня в четырнадцать ноль-ноль поликлиника на Пироговке. Лев Борисович посмотрит твоего сына.
На том конце повисла тишина. Дмитрий уже хотел повторить, но Греков ответил — глухо, сдавленно.
— Спасибо, будем вовремя.
Дмитрий положил трубку. Вышел во двор. Тетя Зина курила у крыльца, глядя куда-то в сторону больничного парка.
— Дозвонился?
— Ага.
— Ментов лечишь, Димка? — она не оборачивалась, — Смотри, засосут. Они такие, сначала руку протянут, а потом наручники наденут.
Дмитрий встал рядом, достал сигарету, прикурил.
— Не ментов, теть Зин. Пацана лечу малого, десять лет.
Тетя Зина повернулась, глянула внимательно. Взгляд у нее был тяжелый, но добрый.
— Ладно. Десять лет это святое. Только осторожнее, Димка. Ты нам живой нужен.
Вызов пришел через пол часа. «Болит спина, подозрение на инфаркт».
Квартира оказалась в центре, в старом доме с высокими потолками. Пахло дорогим табаком, кофе, еще чем-то сладким. Пациент сидел в кресле: грузный мужик лет сорока пяти, в цветастом пиджаке, на пальце перстень, на шее золотая цепь.
— Доктор, — заныл он, увидев Дмитрия, — Спасай! Сердце схватило, не дышу!
Семеныч с трудом наложил манжету на руку — толщиной с хорошую ногу. Давление сто пятьдесят на девяносто.
— Раздевайтесь, — Дмитрий достал кардиограф, — Сейчас посмотрим.
Сняли кардиограмму. Пленка выползла, Дмитрий глянул: ровные зубцы, без отклонений.
— Встаньте, — он помог мужику подняться, — Наклонитесь.
Мужик наклонился, закряхтел. Дмитрий помял спину, сплошной жир, ничего не нащупать. Но заметил: боль отдает не в руку, а в поясницу, в позвоночник.
— В груди как давит? — спросил он.
— Давит, — мужик округлил глаза, — Очень давит!
— А в спину отдает?
— Ну… в спину тоже. А что это?
Семеныч шепнул на ухо Дмитрию:
— Похоже на остеохондроз. Но может и сердце. Давай его все равно отвезем, пусть в больнице полежит, анализы сдаст. Нефартовая фамилия у него, как бы чего не вышло.
— Какая фамилия? — спросил Дмитрий.
— Смертин.
Дмитрий вздохнул.
— Одевайтесь, Смертин. Поехали в больницу.
Грузили мужика в «рафик» всей бригадой. Дядя Коля крякнул, когда тот забирался в салон.
— Тяжелый, зараза. Всю подвеску мне угробите.
В больнице сдали пациента дежурному, заполнили бумаги, поехали на подстанцию. Уже под вечер Дмитрию позвонил знакомый хирург из двадцатой, с кем вместе учились.
— Слушай, Воронцов, — сказал он, — Интересный случай. Твоего Смертина вскрыли. Аппендицит, но с аномалией — ретроцекальное расположение, за слепой кишкой. Если б не привезли завтра был бы перитонит. Везет дуракам.
Дмитрий повесил трубку, устало потер лицо.
«Везет, — подумал он, — Кому-то везет. А кому-то пули на кухне доставать».
Он вернулся домой, упал на кровать, провалился в сон.
29 апреля
Крест вызвал срочно. Сказал только: «Подъезжай к метро, я за тобой заеду». Дмитрий отпросился у тети Зины на час — сказал, по делам.
На улице у метро «Таганская» стояла знакомая черная «Ауди». Крест сидел за рулем. Дмитрий сел рядом, захлопнул дверь.
Крест выглядел уже лучше: без костылей, но все еще заметно прихрамывал, когда выходил из машины.
— Привет, док, — он протянул руку, — Как сам?
— Нормально. Что случилось?
Крест завел мотор, вырулил со стоянки. Поехали в сторону центра, потом свернули в переулки.
— Дело такое, — Крест говорил спокойно, глядя на дорогу, — Послезавтра стрелка с кавказскими за Южный порт. Место выбрали, промзона в Нагатино, там у воды пустырь, далеко от жилья. Наши будут, ихние будут.
Дмитрий молчал, смотрел в окно.
— Мне нужен ты там, — продолжил Крест, — На всякий случай.
— Ты понимаешь, что просишь? — Дмитрий повернулся к нему, — Я врач, а не боевик.
— Я знаю, — Крест на секунду глянул на него, — Ты там будешь просто стоять в машине. С дядей Колей. Если все тихо получишь по договоренности. Если пальба начнется, то ты нужен пацанам. Никто кроме тебя пули не достанет. И сумку свою возьми с инструментом, под руку положи.
