Читаем 90-е: доктор Воронцов онлайн бесплатно
Дмитрий взял, не глядя сунул в карман. Семеныч отвернулся, делал вид, что рассматривает плакат на стене.
В машине, когда отъехали, Семеныч хмыкнул:
— Ну вот, опять ты в плюсе, Дим. А государство бы тебе грамоту выписало и 20 рублей на книжку.
— Ой молчи ты. Половина твоя, на, — Дмитрий смотрел в окно.
Семеныч благодарно кивнул.
Через час по рации дали срочный вызов. ДТП на Ленинском проспекте. Дядя Коля врубил мигалку, выжал из «рафика» все возможное.
На месте уже работали спасатели и гаишники. Легковушка: «шестерка» всмятку влетела в столб. Капот смяло, стекла выбиты. В машине, зажатая искореженным металлом, сидела девушка лет двадцати пяти. Бледная, без сознания. Водителя парня уже вытащили, он лежал на асфальте, ему помогали.
Дмитрий с Семенычем подбежали к девушке. Спасатели пытались вырезать дверь, но дело шло медленно.
— Долго еще? — крикнул Дмитрий.
— Минут пять-семь, не меньше!
— Черт.
Дмитрий полез в салон через разбитое окно. Запах бензина, крови, металла. Девушка висела на ремне безопасности, нога зажата панелью.
— Семеныч, укладку давай! — крикнул он, пытаясь добраться до раны.
Семеныч протиснул сумку. Дмитрий нащупал ногу — кровь хлестала сильно, задета бедренная артерия или крупный сосуд. Пальцами прижал выше раны.
— Жгут!
Семеныч подал жгут. Дмитрий, работая в неудобном положении, кое-как наложил поверх одежды. Лучше, чем ничего.
Девушка застонала, открыла глаза. Испуганные, мутные.
— Больно… — прошептала она, — Не хочу умирать…
— Все будет хорошо, — Дмитрий говорил ровно, хотя внутри все дрожало от адреналина, — Сейчас легче станет. Семеныч, обезбол!
Семеныч достал шприц-тюбик, передал в салон. Дмитрий воткнул иглу в плечо девушки, сжал.
— Сейчас отпустит, милая. Потерпи немного.
Минуты тянулись бесконечно. Наконец спасатели справились с дверью. Девушку аккуратно извлекли, переложили на носилки.
— Реанимация уже выехала, минуты три! — крикнул подбежавший гаишник.
Дмитрий и Семеныч продолжали работать: обрабатывали раны, ставили капельницу. Через пару минут подъехал реанимобиль. Дмитрий быстро передал девушку коллегам-реаниматологам, пересказал ситуацию.
Когда машина с пострадавшей уехала, он отошел в сторону. Руки дрожали. Достал сигарету, прикурил — пальцы не слушались.
Семеныч молча подошел, протянул зажигалку, хотя Дмитрий уже прикурил. Встал рядом, закурил сам. Дядя Коля подошел, сунул в руки термос с чаем.
— На, Димон, глотни.
— Спасиб… Да, повезло ей что реамобиль приехал, вы бы хрен довезли ее, их сколько осталось, штук 30? — Дмитрий смотрел на искореженный метал, удаляющийся звук сирены.
— Фиг знает Димка, но девушке и правда повезло, надеюсь выживет. Узнаем потом через Зину, — сказал Семеныч, стряхивая пепел.
Дмитрий сделал глоток. Горячий, сладкий чай обжег горло.
Стояли втроем, курили, молчали.
Смена закончилась поздно вечером. Дмитрий чувствовал тяжелую усталость, но домой не тянуло. Подошел к Семенычу, который собирал свою сумку.
— Слышь, Семеныч. Есть предложение. Давай посидим где-нибудь? Я угощаю. Устал я, посидеть охота, поговорить.
Семеныч посмотрел с пониманием:
— А давай, Дим. Не вопрос. Я тоже сегодня… набегался. Где сидеть будем?
— Тут недалеко бар есть, «Встреча» называется, на Пятницкой.
— Бывал когда-то. Нормальное место.
Пошли пешком. Москва вечерняя, огни, сырость, редкие прохожие. В баре «Встреча» пахло табаком и жареным луком. Деревянные панели на стенах, красные барные стулья, несколько столиков. На стене телевизор, по нему новости. Диктор рассказывал о VI Съезде народных депутатов, о спорах между Ельциным и Хасбулатовым.
Сели за столик у окна. Подошел бармен в белой рубашке.
— Добрый вечер, чего желаете?
Дмитрий посмотрел на Семеныча. Тот пожал плечами:
— Давай коньяк. Российский, трехзвездочный.
— Бутылку? — уточнил бармен.
— Ага. И закуску: лимон, шоколадку, бутерброды с колбасой.
Бармен кивнул, ушел.
В телевизоре показывали очередь за хлебом где-то в провинции. Потом снова зал заседаний, спорящие депутаты.
— Смотри, Семеныч, — Дмитрий кивнул на экран, — Власть делит, а народ… как тот дед со свечами — не знает, куда их девать. Обещали райскую жизнь, а вышло вон что.
Семеныч усмехнулся:
— А ты думал, Дим? Я в Афгане быстро понял: командиры планы в штабах рисуют, карту передвижений составляют, а мы под пулями ползаем. Здесь то же самое. Ельцин с Гайдаром карту перекроили, а нам теперь в этих клетках жить.
Принесли коньяк, закуску. Разлили. Выпили, закусили лимоном. Помолчали.
Дмитрий смотрел в рюмку, потом решился:
— Слушай, Семеныч, я вот чего не пойму. Отец сегодня опять скандал устроил. Из-за Креста, из-за денег этих. Говорит продался ты бандитам, честь потерял, клятву Гиппократа нарушил. А я Нину спасаю. И сегодня девчонку эту в машине… я же ее спас. А кто мне спасибо скажет? Государство? Оно мне две ставки платит и талоны на масло дает, которые отоварить негде.
Семеныч слушал, кивал. Закурил, пустил дым в потолок.
